ЖАНРЫ

Один экзорцист хорошо, а два — лучше
Шрифт:

— Я бы никогда…

Больше не смогу считать тебя монстром, даже если ты уничтожишь весь мир.

— Знаю. Но так было правильно. Не волнуйся, никто из моего мира больше не побеспокоит нас. Я заставил отца поклясться кровью. А если когда-нибудь кто-то всё же решится, я смогу тебя защитить.

— А если это случится через много лет?

— Конечно.

— Ты всегда будешь со мной?

— До самой смерти.

Я склонилась к нему, прижимаясь к его губам своими. Трудно выразить такие чувства словами. Они будто горят, сжигая всё внутри. Могу лишь отдать ему всю себя. Всю свою любовь, свою жизнь. Пусть забирает их без остатка.

— Эти эмоции, — Иму тяжело дышал, когда мы, наконец, разомкнули губы. Его щёки снова слегка покраснели, и вид он имел весьма потрясённый. — Они сами в меня вливаются, гармонируют с Абсолютом внутри. Гораздо лучше, чем самый сильный страх.

— Думаю, они сильнее страха, в том и причина. А может быть потому, что я отдаю их тебе добровольно. Или же из-за нашей связи. Знаешь, я много думала о ней, особенно после того, как встретила Ларка в пещере.

— Ты встретила Ларка? — нахмурился Иму. — Разве он не мёртв?

Я недоумённо уставилась на него.

— А разве не ты его прислал? Его, и призрака, которые привели меня к тебе в пещеру. Я смогла попасть туда, открыв дверь твоим браслетом, но если бы не они, никогда не нашла бы тебя. Да, Ларк точно мёртв, несмотря на то, что он двигался и реагировал на мои слова.

— Нет, я никого не посылал. Тогда я был совершенно бессилен и не мог призывать духов. И никогда не открывал двери между мирами браслетом. Возможно, твоему подсознанию нужны были зацепки, чтобы найти меня, вот оно и создало их само. Ты невероятна.

Я зарделась от похвалы и хотела было опять набросится на него с поцелуями, но тут в голову пришла ещё одна мысль.

— Когда Ларк вёл меня к озеру, я пыталась с ним поговорить. Правда, он меня игнорировал. Пока не упомянула Морригана. И мне подумалось: может, между ними тоже была связь, как у нас? Он явно испытывал эмоции, когда мы впервые встретились. Выходит, вы можете испытывать эмоции, когда встретите определённого человека? И ваша физиология из-за него меняется?

— Возможно, — откликнулся Иму.

— Значит, то, что ты испытываешь эмоции, как раз не отклонение, а норма? Вам просто нужно искать пару среди людей? Это бы многое объяснило. Существо, которому не хватает эмоций, захочет забрать их у других. А что будет, если каждый оборотень из зеркала получит свой неиссякаемый ресурс? Что если такое единение доступно не только нам с тобой? Может, в этом и заключается смысл нехватки эмоций в одном мире и переизбытка их в другом?

— Не знаю. И не хочу выяснять. Когда я с тобой, мне нет нужды убивать, не нужны ничьи эмоции, кроме твоих. Этого для меня вполне достаточно.

А я представила, как толпы охренительно красивых парней и девушек мечутся по зеркалам в поисках своих человеческих соулмейтов, и вздохнула. Да уж, весёленькая жизнь ждёт человечество, если я права.

— Ты мог бы помочь своему миру стать, наконец, полноценным, — заметила я. — Научить любить.

— Меня это не интересует.

— Не стоило бы так говорить, наверное, но я сейчас эгоистично счастлива. Хочу быть для тебя центром вселенной, ведь и ты для меня весь мир.

Иму некоторое время внимательно смотрел на меня, а потом засмеялся, обхватил за шею и притянул к себе.

Следующие несколько дней я провела в счастливом оцепенении. Не понимала, что происходит вокруг, совсем забросила работу. Лишь бы Иму был рядом. Если не видела его более десяти минут, тут же впадала в панику и неслась искать по всему дому, а когда находила, не могла сдержать слёз облегчения. Иму не смеялся — обнимал меня, укачивал на руках и терпеливо ждал, пока успокоюсь.

Мне хотелось беспрестанно прикасаться к нему. Руки сами тянулись обнять, только я не решалась. Трудно не быть навязчивой, когда так счастлива, но как он к этому отнесётся? Иму улавливал мои эмоции и обнимал сам, а я ещё долго ловила губами отголоски его смеха.

Да, он очень изменился. Бывало, задумывался надолго, безмятежно щурился на солнце, и лицо становилось таким светлым и мягким, что мне даже немного страшно становилось — а точно ли это он?

Иногда я видела сны о жизни Иму после его исчезновения. Видела, как он медитирует, зависнув над водой, и сердце наполнялось трепетом, настолько он был прекрасен и умиротворён. Видела, как пытается обуздать чудовищную силу Абсолюта, вливавшуюся в него бесконтрольным потоком. Тогда он казался совершенно безумным, и я вся сжималась в страхе. Видела Иму в зеркальной комнате, читающим мою книгу о нём. То хмурился, то насмешливо фыркал, но чаще его лицо озарялось улыбкой.

А иногда мне снилось, что Иму умирает у меня на руках, и я просыпалась в слезах.

Но больше всего боялась, что всё ещё сижу у разбитого зеркала в луже крови, и вся моя счастливая жизнь — лишь затянувшаяся галлюцинация. В такие моменты я на самом деле опасалась за свой рассудок. Но любимый не оставлял меня ни на минуту, убеждал, что скоро это пройдёт, ведь мне пришлось слишком многое пережить и теперь нужно подождать, пока нервная система придёт в норму.

Лишь спустя долгое время кошмары полностью отступили, а я безоговорочно поверила, что Иму вернулся ко мне.

Алекс всё время звонил, забрасывал сообщениями, и в конце концов я решила, что не будет ничего плохого, если он станет свидетелем хеппи-энда моей истории. Иму не пришёл в восторг от затеи их познакомить, но не стал препятствовать встрече.

Правда, странности начались, стоило Алексу появиться на пороге. Они с Иму уставились друг на друга, застыв, как изваяния. Я наблюдала эту картину с открытым ртом. Что вообще происходит?

— Ты, — выдал, наконец, Иму вместо приветствия.

Алекс не ответил, только попятился, прижав руку к груди. Кажется, сейчас его удар хватит.

— Не может быть, — его лицо казалось совершенно обескровленным. Губы слегка дрожали. Как призрака увидел. Хотя, Иму по всем определениям страшнее любого призрака.

— Что происходит?! — вскричала я. — Алекс, что с тобой? Тебе нехорошо? Иму, вы знакомы? Какого хрена?

— Сам расскажешь, или помочь? — насмешливо осведомился мой демон, сверля Алекса взглядом. Тот только хватал ртом воздух.

— Эй, полегче, не видишь, ему нехорошо.

Я взяла Алекса под руку и отвела в гостиную. Осторожно усадила в кресло. Сбегала за стаканом воды.

Поделиться с друзьями: