Чтение онлайн

Он очень сильный, и я буду. О чём бы ни догадался Алекс, кому бы ни рассказал, мне не страшно.

Браслет на руке налился теплом. Теперь понимаю, что это не энергия Иму, а моя. Она накапливалась в моменты духовного подъёма, когда я, сжав зубы, боролась изо всех сил, чтобы не потерять себя. А потом, когда становилось совсем худо, приходила на помощь. Нагревала обычно прохладное серебро, вливалась в меня, принося облегчение.

Закрыв глаза, я почувствовала горячие потоки, проходящие через тело. Нужно достичь полной концентрации, отбросить все мысли, приглушить чувства. Медленно и глубоко дышать. И тогда получится увидеть эти потоки, направить, принять их, напитаться и сдержать в себе до нужного момента.

Воздух заполнял лёгкие тонкой струйкой, осязаемый, как вода. Время остановилось. Ни звука, ни дуновения, только наполняющий до краёв жар. Кончики пальцев слегка покалывало, будто на них искрили молнии, перед глазами расцветали замысловатые узоры.

Именно этому безуспешно пытался научить меня Дани. Безуспешно, потому, что я ни в какую не могла сосредоточиться. То мне мешал тяжёлый взгляд Рэя, который, как правило, наблюдал за нашими тренировками, привалившись к косяку и скрестив руки на груди. То отвлекали собственные мысли одна глупее другой, которых у меня постоянно полная башка. То где-то в отдалении мелькал силуэт Иму, и на тренировке можно было смело ставить крест, так как ни о какой концентрации больше и речи быть не могло.

Странно, что Дани преуспел в управлении энергетическими потоками лучше, чем Рэй. Он совершенно не в состоянии усидеть на месте, а вот сосредотачивается мгновенно, и вывести его из этого состояния крайне трудно.

Теперь то, чего он так долго от меня добивался, случилось само собой. Сейчас я непоколебимо верила в себя, свои силы, в то, что обязательно справлюсь. Может быть, этого мне тогда и не хватало?

Всё закончилось в одно мгновение, как и началось. Потоки иссякли, как песок в песочных часах — постепенно, бережно, оставляя моё тело наполненным силой. Я прекрасно понимала, что она не поможет мне против оборотня. Не та это сила, чтобы фаерболами кидаться или вихри поднимать. Она позволит, например, помочь уйти с миром призраку или усыпить восставшего мертвеца. Поможет договориться с духами, если они, конечно, не окончательно обозлённые. Улучшит способности медиума. И это сейчас очень кстати, потому что я хочу увидеть Иму, куда бы мне ни пришлось за ним отправиться. Буду пытаться, пока не получится.

Алекс приехал намного раньше оговорённого времени, но заходить не стал — долго курил возле машины, зажигая новую сигарету от предыдущей. Никогда не замечала, чтобы он курил. Неужели настолько волнуется?

Я дала ему ещё немного времени, а потом открыла дверь.

— Привет. Может, всё же зайдёшь?

— П-привет.

Вид у Алекса был измученный, похоже, тоже хреново спал. Видимо, не только я принимала сегодня судьбоносные решения. Нельзя с этим затягивать, чем раньше всё решится, тем лучше.

Мы устроились в плетёных креслах на веранде. Мне показалось, что такие разговоры лучше вести с видом на что-то успокаивающее, вот и притащила его сюда.

Алекс долго молчал, угрюмо смотрел перед собой. Вижу, что у него на языке крутится уйма вопросов, но он не решается их задать. Значит, начну сама.

— Догадываюсь, о чём ты хочешь узнать. Даже спрашивал раньше, но тогда я не смогла ответить.

— Ливи, если не хочешь об этом…

— Нет. Как бы там ни было, ты уже сделал выводы. Хуже не будет, верно?

Алекс промолчал, бросил на меня напряжённый взгляд.

— В таком случае, я выслушаю, — сказал он наконец. — Как и обещал, постараюсь понять всё правильно.

— Что ж… — я подышала, собираясь с духом. — Как ты уже, видимо, догадался, тот, кого я потеряла и главный герой моей книги — один и тот же человек. Точнее, не человек…

Когда я закончила, за огромными окнами стемнело. Рассказала, ничего не утаивая и не преуменьшая. Во время своего монолога думала о том, что поступаю опрометчиво, сжимаясь от дурных предчувствий, но не остановилась ни на секунду.

Алекс смотрел в пол. Не знаю, что он чувствовал, но хотя бы не смеялся. Наоборот, был слишком серьёзен. Сейчас скажет, что пора прекратить жить иллюзиями.

Многие авторы живут на страницах своих книг. Так погружаются в выдуманные миры, что не могут вернуться в реальность. Ведь не на всех любимый прямо из зеркала вываливается. Видимо, Алекс принял меня как раз за такую — насмерть влюблённую в своего персонажа просто потому, что сама придумала себе идеал. И сейчас начнёт спасать, лечить, обещать, что всё у меня ещё впереди. Или же решит, что со мной лучше вообще не связываться, неловко отговорится неотложными делами и уйдёт.

Но Алекс не сделал ни того, ни другого. Он сидел в глубокой задумчивости, анализировал. Не торопился что-либо говорить. Я уже так извелась от ожидания, что бояться почти перестала. Только нервно сжимала браслет, как и всегда в трудные минуты, безмолвно обращаясь к нему за помощью.

— Так я и думал, — нарушил молчание Алекс, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. — Это многое объясняет.

— Ч-что объясняет? — я ждала от него какой угодно реакции, только не такой.

— Откровенность за откровенность, — усмехнулся он. Мне снова стало нехорошо. — Твоя книга заинтересовала меня не просто так. Я уже слышал о подобном. В детстве. Когда мне было лет пять, по соседству жил мальчик, Эштон Миллс. Он всегда шумел, носился по улице, лазал в чужие сады. Был мастером розыгрышей, и это далеко не всегда хорошо заканчивалось. Все соседи недолюбливали Эша, ходили к его матери, чтобы та приняла меры и, наконец, успокоила не в меру активного отпрыска. Правда, особого результата внушения на него не имели.

Я не слишком любил подвижные игры и крайне редко с ним играл. Зато остальные мальчишки с радостью участвовали в рискованных затеях. Эш просто фонтанировал идеями, с ним никогда не было скучно, поэтому все невольно тянулись к нему, несмотря на действительно опасные задумки.

Беда случилась во время моих первых летних каникул в младшей школе. Громкая была история. Несколько детей залезли в заброшенный дом на окраине города, и там на них кто-то напал. Дети сбежали в целости и сохранности, отделавшись сильным испугом. Все, кроме одного. Эштона Миллса так и не нашли, как и его похитителя. Мальчишки наперебой твердили, что на них напал монстр, вылез прямо из старого зеркала и утащил Эша с собой, но, естественно, им никто не поверил. Списали на шоковое состояние и детскую любовь к преувеличением.

Преступника искали долго, правда, не обнаружили никаких следов. Свидетелей тоже не оказалось. Некоторые энтузиасты изучили злополучное зеркало вдоль и поперёк, жгли в доме свечи, душистые травы, проводили ритуалы, но никто так и не появился. В итоге отступились и они.

Я не верил ни в какого монстра, хотя иногда и мне казалось: из зеркала за мной кто-то наблюдает. Многие тогда опасались смотреть в зеркала, уж очень напуганными и искренними выглядели мальчики чудом выбравшиеся из старого дома. Они рассказывали о чудовище так убеждённо, при этом трясясь от страха, что даже некоторых взрослых озноб пробирал.

Прошло много лет, и я почти забыл эту историю. Тем страшнее было потом читать твою книгу. Сперва решил, что ты описала тот эпизод на другой лад, хотя рассказы детей ни в какие протоколы не вносили. И, читая её, действительно чувствовал твоё одиночество. Так что про крик о помощи вовсе не соврал. Но потом понял, что тут не просто хоррор — нечто большее. Слишком много мелких деталей, уверенные факты, описания. Так пишет человек, который либо создал новый мир до мельчайших подробностей, либо видел всё своими глазами. А потом твоё выступление на презентации окончательно убедило меня, что Иму существует на самом деле, ты пережила практически то же, что и дети с моей улицы, но каким-то образом смогла приручить оборотня. Более того, полюбить его. Стоило внимательно перечитать книгу ещё раз, и всё тут же стало на свои места.