Чтение онлайн

— А Вы чем занимаетесь?

У младшей сестры неожиданно загорелись глаза — к ней еще никто не обращался на Вы, тем более магистр! Я вдруг обрадовалась ожившей сестре, которая даже позволила себе скромно улыбнуться и готова уже была дать ответ, когда Эмилия всё испортила.

— Она у нас уборщица в местном отеле, — надменно произнесла старшая сестра.

— Не уборщица, а горничная, — с вызовом вступилась за младшую я.

— Какая разница, ведь это одно и то же, — снова потускнела Тэмми.

— Замечательная работа, — неожиданно произнес Рик, обращаясь к смотрящей в свою тарелку Тэмми. Сестра от удивления подняла на него взгляд. — Здесь есть несколько знаковых достопримечательностей, из-за чего этот городок весьма популярен среди туристов. Вы наверняка контактируете с людьми из разных стран.

— Да-да, — подхватила я, изо всех сил пытаясь поддержать Тэмми. — Тэмми за прошедший год самостоятельно изучила испанский язык, лишь из-за знакомства с одной интересной особой из провинции Валенсии.

— Правда? — заинтересованно спросил Рик у Тэмми.

— La sonrisa es la ilusion ideal. Nadie nunca sabra, que es lo que realmente se esconde debajo de ella [10] , — улыбнувшись произнесла Тэмми, словно пытаясь доказать, что она не обманщица и на самом деле хорошо владеет языком.

— Cree en ti mismo con tanta fuerza, que el mundo no pueda evitar creer en ti tambien [11] , — неожиданно ответил Рик, и Тэмми сразу же порозовела от осознания того, что её поняли.

— О чем вы говорите? — не выдержала Эмилия.

— Вы тоже знаете испанский? — восхитился отец, обратившись к Рику.

— Чуть хуже, чем французский.

— Это восхитительно! Глория несколько лет углубленно занималась французским в университете, но так и не смогла достичь того уровня, которого в домашних условиях добилась Тэмми с испанским всего за год, — загордился своей младшей дочерью папа, а у меня в голове сразу же зазвучал довольный голос Мартина, констатирующий тот факт, что я действительно являюсь тупицей, отчего мне вдруг стало стыдно перед Риком за свои скромные успехи в французском. — Честно говоря, ни у кого в нашей семье нет такого одаренного разума, как у моей малютки Тэмми, — убедительно продолжал отец. — Вы бы видели, как она рисует!

— Папа, прекрати, — окончательно смущенная, Тэмми явно хотела провалиться под землю.

— Ой, кажется, мне нужно какать, — заявил Дин, и я поняла, что мой корабль самоуважения только что потерпел крушение. Как оказалось, Рик является другом Олдриджа, так что теперь мой работодатель узнает всю подноготную о моей семье и заставит Джонатана обрабатывать комнаты освежителем воздуха сразу после окончания каждого моего рабочего дня.

Самыми мучительными, после мелкого столкновения с машиной, для тела являются первые сутки, когда всю ночь спишь в неудобной позе, чтобы лишний раз не вызывать боли в определенных частях тела, а с утра не понимаешь, почему ты пингвин. Бандаж так сильно мне мешал, что уже на третий день я запротестовала и, вопреки протестам бабушки, освободила свою шею от удавки. Каждое утро и каждый вечер я обрабатывала синяки и мелкие царапины маминой настойкой, так что уже к концу недели у меня остался лишь один единственный шрам от укуса на ноге, который обещал исчезнуть минимум к концу месяца, и мелкая ссадина на нижней губе справа. Папа утверждал, что раны на мне всегда заживали как на собаке, но я скорее чувствовала себя кошкой, имеющей девять жизней за пазухой.

— Только не любезничайте с этой тётей, — давала инструкции двойняшкам мама, параллельно причесывая короткие волосы Элис. Сегодня была первая суббота, во время которой Джудит без нашего присмотра проведет время с нашими детьми. Вся семья была как на иголках, а Эмилия даже выдвинула теорию, согласно которой двойняшки по ДНК принадлежат больше к семейству Пейдж, нежели Фейн, так как дети точно скопировали основные черты Пейджей, унаследовав шоколадный цвет волос, овальную форму лица и красивый тип пальцев. Они и вправду были больше похожи на Дэниела, нежели на белокурую Линду, однако они не переставали быть частью своей матери.

Ровно в одиннадцать часов в нашу дверь раздался короткий звонок, барахлящий уже вторую неделю к ряду. Дверь открыл папа, после чего мужественно передал двойняшек нашей новой родственнице, которую мы упорно отказывались признавать. На сей раз, мама была рада тому факту, что с Джудит пришел судебный пристав. Естественно он пришел, чтобы констатировать факт бесконфликтной передачи детей из рук в руки «на временное пользование», как выразился отец. Однако мама была убеждена в том, что он приставлен не к нам, а именно к Джудит, чтобы проследить за тем, что эта женщина не навредит детям и не будет их настраивать против нас.

Следующие полчаса мама металась на кухне, перемывая то, что было вымыто еще вчера вечером, папа молча читал утреннюю газету, сидя в своем кресле, Эмилия, Эмметт и Тэмми отправились за покупкой нового платья для Эми (Эмметт иногда баловал свою возлюбленную подобными штучками, а Тэмми любила наблюдать за примерками сестры, поэтому зачастую соглашалась пройтись с Эми по супермаркетам), а я с бабушкой и дедушкой смотрели повтор «Голос Британии».

Ровно в половину двенадцатого дверной звонок снова прохрипел и мама, громко кинув свою любимую кастрюлю в раковину, буквально бросилась к двери.

— Наверняка эта маразматичка уже успела что-то натворить, — разгоряченно выпалила взбудораженная женщина, и я сразу же побежала за ней, оставив на диване в гостиной стариков, не успевших отреагировать на произошедшее.

— Приве-е-ет! — улыбаясь до ушей, прокричала тётя Сэм, увешанная разнообразными дорожными сумками, после чего широко раскинула свои руки для объятий.

— Сэм, — растерянно выдохнула мама, после чего они обнялись.

— Как поживает моя дорогая племянница? — обратилась ко мне через плечо мамы тётя.

— Нормально, как она может поживать? — ответила за меня мама, затягивая в дом чемодан своей золовки.

— Иди сюда, я тебя обниму, — сказала Сэм, после чего стиснула меня в своих, по обыкновению сильных, объятьях. — Замуж еще не собираешься?

— Хотя бы одна из троих, так даже Эмилия всё никак не справиться с поставленной задачей, — выдохнул появившийся в коридоре отец.

— Бра-а-атец! Как ты? — сняв с себя многочисленные и, очевидно, нелегкие сумки, обняла отца Сэм.

Я уже говорила о том, что у дедушки с бабушкой кроме отца не было больше детей. Но так как эта семейная пара всегда мечтала о большой семье, они решили взять опеку над сиротой. Когда моему отцу было двенадцать, они удочерили семимесячную Саманту. О её настоящей семье совершенно ничего не было известно, так как она являлась подкидышем к женскому монастырю. Саманта была на полтора дюйма выше меня, с голубыми глазами и натуральным рыжим цветом волос, которые густыми лентами опускались на её изящные лопатки. Её образ можно было воссоздать из основных черт внешности Эми Адамс и некоторых штрихов Сары Каннинг — она словно застряла где-то посередине.