Один год жизни
Шрифт:
— У нас было два сына, — тяжело вздохнув, ответил мистер Фердинанд на вопрос моего отца о том, почему они не завели еще одного ребенка. — Кит был старше Рика на один год и один месяц. Он скончался четыре года назад от острого лейкоза.
— Соболезнуем, — чуть ли не хором отозвались вместе со мной родители. Мы стояли с мистером Белл вдали от остальных гостей, поэтому никто кроме нас не услышал о личной трагедии семейства Белл.
— Сейчас об этом уже не так больно говорить, как год назад. Время притупляет даже самую сильную боль, чтобы после мгновениями напоминать тебе о том, что прежде ты страдал сильнее. Это заставляет тебя стыдиться того, что, в какой-то промежуток твоей потускневшей жизни, в потоках ежедневной рутины, ты забыл о своей утрате… Подобным образом время словно издевается над твоим и без того надломленным сознанием, заставляя тебя проживать остатки своих дней в тупой боли.
— Мы тоже потеряли ребенка. Старшего сына. Это была автокатастрофа, — отрывисто произнес отец, после чего сделал глоток шампанского.
— Примите мои соболезнования. Это ужасно.
— Белокровие куда более худшая карта, нежели смерть в автокатастрофе, — неожиданно выдал отец. — Во втором случае жертва не подвержена медленной и мучительной гибели на протяжении болезненной вечности длинной в год. Нам еще повезло не видеть мук собственного умирающего ребенка, если слово «везение» здесь вообще уместно.
— Не представляю, каково сейчас Роланду, — сдвинул мудрые брови Фердинанд.
— Вы знаете о Мартине? — вздрогнула я.
— О, да, я знаю о Олдриджах больше, чем любой из здесь присутствующих, ведь я крёстный отец Альберта Олдриджа.
— Вы крёстный отец отца Роланда?! — ошарашено переспросила я. — Как такое возможно, ведь Альберт Олдридж был старше Вас.
— Всего на три года. Просто он пришел к религии позже, чем это сделал я. Он очень сильно любил Мэрилин и после её предательства едва ли не сломался. Я дружил с Альбертом со студенческих лет и после развода я помог ему собраться. Я сделал это посредством христианства, однако я так и не смог его убедить наладить связь с сыном, которого он запер в каком-то зачуханном пансионе лишь из-за того, что не смог простить его мать… А потом Альберт встретил Сильвию и у них родился Мартин. К тому времени Роланд был уже на пороге совершеннолетия и Альберт окончательно забыл думать о каком-либо возобновлении родственных отношений со старшим сыном, решив, что финансирования его образования будет вполне достаточно для того, чтобы не видеть Роланда еще лет пять-шесть. А потом Альберт погиб вместе со своей женой в авиакатастрофе, оставив последних потомков фамилии Олдридж незнакомцами друг для друга. Если честно, Роланд не сразу согласился принять опеку над Мартином. Он боялся, что не справится и целую неделю оттягивал знакомство с мальчиком, пока тот жил под крышей моего дома, под временным покровительством Алиссы. В то время Рик и Роланд уже были лучшими друзьями. Если честно, когда я узнал, что Роланд совершенно случайным образом стал студенческим другом Рика, я не мог списать это ни на что иное, кроме как на карму. И вот, после трехдневного запоя и четырехдневного отходняка, в которых ему благородно помог мой сын, Роланд появляется на пороге нашего дома в потрепанной, белоснежной рубашке с расстегнутым воротником и требует передать опеку над его братом ему, мотивируя своё требование тем, что он является единственным кровным родственником мальчика. Бедняга… Представляю, как он сейчас себя чувствует. Боюсь, Вы тоже представляете, ведь Вы теряли ребенка. Только Роланду намного хуже, чем нам с Вами, не смотря на то, что Мартин ему брат, а не сын… Знаете почему ему хуже? Потому что мы с Вами потеряли взрослых детей, но у нас всё еще остались родные люди, а Роланд Олдридж вынужден потерять маленького ребенка, после чего у него не останется ни одного родного человека под солнцем.
Я сделала глоток шампанского, в надежде утолить боль в грудной клетке, и чуть не поперхнулась от того, что оно отказывалось лезть мне в горло. Интересно, Роланд в мыслях хоть раз возвращался к тому дню, когда решил принять на свои плечи груз ответственности за жизнь Мартина? Хоть раз хотел ли он повернуть время вспять и отменить свое решение, чтобы сейчас не гореть в муках от неминуемой гибели брата? Моё праздничное настроение постепенно растворилось в пузырьках дорогого шампанского.
Глава 76
На сей раз, на свадьбе из незамужних девушек были только я и Сэм, поэтому Тэмми находчиво предложила поучаствовать в розыгрыше букета невесты и холостяков. К всеобщему удивлению, в нашей компании оказался всего один холостяк — Роланд. Чтобы не калечить гостей, как это сделала Эмилия на своей свадьбе, Тэмми решила устроить церемонию разыгрывания букета лентами. Суть этой церемонии заключается в том, что невеста привязывает к букету одну ленточку и еще несколько лент зажимает в руке вместе с букетом, после чего участники выбирают себе по ленте и тянут за нее. Чья лента оказывается привязанной к букету — тот является счастливым обладателем следующего билета в один конец под венец.
В руке Тэмми оказались пять лент, так как изначально конкурс был рассчитан на большее количество участников, но именно незамужние девицы в последний момент сорвались и не приехали на праздник. Чтобы не выбрасывать лишние ленты, было решено, что оставшиеся две, если никто не выдернет букет с первого раза, дернет тот, кто первым успеет перехватить инициативу.
Еще до начала конкурса Саманта самоуверенно заявила, что букет будет её, о чем не преминула повторить перед непосредственным стартом. Я не успела опомниться, как мои соперники вдруг дернули свои ленты. Первая попытка не принесла успеха ни одному из участников и, пока я мяла в руках бледно-розовую ленту, Сэм и Роланд мгновенно подхватили по второй ленте, тем самым не оставив мне шансов на победу. Роланд на долю секунды успел опередить выбор Сэм и молниеносно дернул свою ленту, тем самым оставив мою тетю ни с чем. От силы рывка Олдриджа, Тэмми пошатнулась влево и выпустила приз из рук, однако Роланд ловко подхватил летящий вниз букет. Как бы парадоксально это не было, но свадебный букет снова достался Олдриджу.
— Судя по Вашей заинтересованности в конкурсе, Вы жаждите в скором времени жениться, — заметил мой отец, обратившись к Роланду и смеясь со всеми с того, как смешно, в процессе розыгрыша, выглядели участники. — И судя по тому, как Вам каждый раз везет, Вы уже наверняка определились с избранницей.
— По твоей логике, я не выиграла лишь потому, что мне абсолютно безразлично за кого выходить замуж, — расхохоталась Сэм.
— По той же логике, я останусь старой девой, так как мне не все равно и я всё еще не определилась с избранником, — оперевшись на плечо Саманты, смеялась я.
— Главное, чтобы он определился с тобой, — многозначительно заявила Сэм, посмотрев на Роланда, который вдруг специально отвлекся, сделав вид, будто не услышал слов моей безбашенной тётки. — Он-то за тебя и бу-уке-ет вытащит, — уже прошептав мне на ухо, ухмыльнулась Сэм. Обиженно отмахнувшись от издевок рыжеволосой, я вернулась к Тэмми, которая искренне расстроилась тому, что белые розы отошли не мне.
Перед самым отъездом молодых, Фердинанд и Алисса преподнесли молодоженам необычный подарок — денежный цветок из купюр номиналом в пятьсот долларов, бутон которого состоял минимум из двух дюжин баксов.
— Фальшивые? — слишком громко поинтересовался наш отец, на что все засмеялись, а я прикинулась невменяемой, чтобы не раскраснеться от стыда.
Рик и Тэмми уехали в девять часов вечера, после чего гости начали расходиться. Новобрачных уже ждал забронированный номер в Milestone Hotel Kensington, откуда они должны были поутру отправиться в аэропорт и перелететь через океан. На протяжении всей своей жизни Тэмми никогда не выезжала за пределы нашего маленького городка, за исключением редких вылазок в Лондон. Было совершенно очевидно, что она взволнована предстоящим путешествием и новой жизнью. Не знаю почему, но теперь в её счастье я была больше уверена, нежели в счастье Эмилии.
Отправив родственников домой, я решила задержаться, чтобы уложить Мартина спать, так как у Доротеи был сегодня отгул — к ней неожиданно приехала нерадивая дочь. Естественно неугомонная Сэм осталась со мной, не смотря на все мои уговоры покинуть поместье прежде, чем Роланд, уже после окончания празднества, обнаружит под крышей своего дома свою соперницу по свадебному конкурсу.
— Ты не выиграла букет лишь потому, что ни один здравомыслящий мужчина не женится на рыжеволосой, — заявил Саманте Мартин, уже переодетый в пижаму и направлявшийся в ванную, чтобы почистить зубы.
— Какой милый мальчик, — сквозь зубы выдавила Сэм.
— Я имел в виду, что рыжие — темпераментные, — уже из ванной, громко прокомментировал свои слова Мартин. — Мужчины не любят женщин с пылким темпераментом. Они любят чувствовать себя яркими и ненавидят блекнуть на фоне своей женщины. Это всё равно, что быть рамкой для искусной картины. Ты же настолько яркая, что едва ли найдется мужчина, который согласится быть твоей собственной рамкой.
— И как ты с ним справляешься? — шепотом поинтересовалась у меня Сэм.