Один хороший дракон заслуживает еще одного
Шрифт:
— Не в тех случаях, когда обе стороны согласны на все, — ответила Эстелла. — Но твоя мать всегда была готова угодить.
— Оскорбляешь мою мать? — глаза Боба расширились. — Я еще не слышал, чтобы ее оскорбляли за это. Сейчас, — он вытянул руку, — если ты закончила с моим братишкой, я бы хотел его забрать. Это его первая вечеринка, я не хочу, чтобы он замкнулся навсегда.
Эстелла толкнула Джулиуса. Сильно. Если бы он не уклонялся последний месяц от опасных зверей, он отлетел бы от стены и растянулся на темном паркете. Но он в последний миг отпрянул от Эстеллы в тень Боба. Когда он поднял взгляд, пророчица смотрела на его брата с торжествующей улыбкой.
— Ну?
Боб смотрел на нее без эмоций.
— Что?
— Ты не спросишь, что я делаю?
Он пожал плечами.
— А зачем? Ты расскажешь, даже если я не хочу знать. Потому мы тут, да? Если я не ошибся, — он посмотрел на Джулиуса. — Не стоило вмешиваться?
Джулиус быстро покачал головой, и Боб повернулся к Эстелле, которая уже едва терпела.
— Я забыла, как ты утомителен, когда ты прикрываешь свою неуверенность, — сказала она, задрав нос. — Игра окончена, Брогомир. Я победила.
Улыбка Боба стала ухмылкой.
— Мы говорим об одной игре? Потому что я бы не описал твою ситуацию как победа.
— Тогда ты доказал, что мало знаешь, — рявкнула она. — Может, ты и гений-пророк, маленький Хартстрайкер, но я устраивала падения империй до рождения твоей матери. Я предупреждала тебя давно не мешать мне, но ты не научился слушать.
— А ты не научилась не хвастаться, — сказал Боб. — Это может продолжаться долго, и возможны ироничные цитаты, когда мы дойдем до твоего неизбежного…
— Хватит! — взревела Эстелла, посылая иней по полу. — Хватит шуток, Брогомир. Хватит игр. Будущее было выбрано и оплачено, и тебе там нет места.
Впервые с его прибытия Боб посерьезнел.
— Будущее никогда не определено, Эстелла, — твердо сказал он. — Пока оно не случится.
— Это, — сказала она, — я знаю. Я это видела. Я так уверена, что даже расскажу тебе.
Боб вздохнул.
— Что расскажешь?
— Все, — Эстелла широко раскинула руки. — Я отвечу на все твои вопросы, которые прожигают дыру в твоем хитром разуме — почему я предложила брачный полет, что я буду делать с твоей любимой сестрой, как я уничтожу твой клан по кусочку. Я даже расскажу о твоей судьбе то, что ты еще не видел. Я расскажу все, что ты хочешь знать, нужно лишь правильно меня попросить.
Боб приподнял бровь.
— И как же?
Эстелла подняла руку, ладонь появилась из объемного рукава, тонкий палец указал на землю.
— На колени, — приказала она. — Моли на коленях у моих ног. Моли, чтобы узнать, что ты не увидел, и я расскажу все.
Боб глубоко вдохнул, перевел взгляд с Эстеллы на пол перед ней. Он смотрел на точку так долго, что Джулиус стал переживать, что он это сделает. Но потом, словно солнце вышло из-за тучи, улыбка Боба вернулась.
— Прости, — бодро сказал он, — я умоляю только по вторникам.
— Тогда стой тут и жди смерти, — прорычала Эстелла, опустила руку. — Я все равно выиграю. Я всегда побеждаю, Брогомир. Помни это, — она взглянула на Джулиуса. — Если попытаешься снова связаться с Катей, я убью ее.
Это было внезапно, но Джулиус привык к угрозам, и он не дал себе вздрогнуть. Это было не важно. Эстелла даже не ждала, чтобы увидеть реакцию, а уже пошла по коридору, оставив запах зимы и след из инея за собой.
* * *
— Ну, — Боб подвинул большим пальцем ноги кусочек льда. — Это прошло лучше, чем ожидалось.
— Что ты ожидал, если это лучше? — Джулиус потирал шею. — Она чуть не оторвала мою голову.
— Ах, но не оторвала же. У тебя даже кровь не течет, — Боб подмигнул. — Ты ей понравился.
Джулиус не стал отвечать на это, просто сказал:
— Нужно кого-то предупредить.
— Не нужно, — сказал Боб. — Эстелла любит хвастаться, как все драконы, но не говорит другим драматично о своих делах без причины. Она пытается направлять нас, кормит нас информацией, чтобы мы отреагировали так, как продвинет ее план вперед. Это даже не трюк пророка. Матушка все время так делает. Но у Эстеллы всегда было плохо с воображением.
— Нужно что-то делать, — сказал Джулиус. — Она сказала, что брачный полет — план по уничтожению нашего клана!
Боб закатил глаза.
— Вот так новость, Джулиус. Кто-то всегда пытается уничтожить наш клан. Мы всегда на грани катастрофы, но все еще живем. Будто у нас есть кто-то, кто знает заранее. Умный, красивый и осторожный дракон, который видит, что будет, и смело делает то, что нужно.
Он занял драматичную позу, закончив, и Джулиус вздохнул.
— Если дело в этом, почему ты пришел только сейчас? Ты опоздал что-то изменить.
— Я не опоздал, — Боб обиделся. — Я появился драматично. И я спал. Я все еще порой это делаю.
Справедливо, но:
— Почему ты уснул, если знал, что так будет?
Боб прищурился.
— Думаю, мне больше нравилось, когда ты меня до смерти боялся. Меньше спорил.
Джулиус уже хотел извиниться, но понял, что делал его брат.
— Ты ушел от темы! — завопил он. — Ты этого не видел, да?
Боб недовольно посмотрел на него. И он злился не в шутку или драматично, а на самом деле. От этого вида холодок пробежал по спине Джулиуса, но пока он гадал, не сказал ли лишнего, Боб плюхнулся на диван, где ждала до этого Катя, и похлопал по подушке, приглашая Джулиуса.
— Все не так просто, как она говорит, — сказал он, когда Джулиус сел рядом. — Мешать друг другу — натура пророков. Я не видел движения Эстеллы, как она не может видеть мои, но в последнее время далекое будущее было… — он нахмурился, подыскивая слово. — Сложным, — сказал он. — Это не слепота. Я все еще могу видеть поток возможных будущих, видеть, какие решения приведут к желаемым результатам, но в последнее время нити стали пропадать.
Это звучало плохо.
— Что значит «пропадать»?
— То и значит, — сказал Боб. — Каждое наше решение создает варианты будущего, даже если мы не станем его воплощать. Обычно эти линии возможностей заканчиваются, когда личность, принимающая решения, которые их создают, умирает, но в этот раз… их просто больше нет, — он раздраженно выдохнул. — Я не знаю, как еще это описать, и я говорю тебе это, надеясь, что, пока я говорю это вслух, появится больше смысла. Первым пропало будущее Свены. Я не мог даже увидеть, будет ли Эстелла тут этой ночью, пока не заметил, что одной из твоих возможных будущих заканчивалось пятном на древнем ковре матушки. Мы недавно сблизились, и я должен был что-то с этим сделать, — он взглянул на брата. — Не за что, кстати.