Один хороший дракон заслуживает еще одного
Шрифт:
Цена уплачена, — сказал ясно и громко голос за ней. — Связь укреплена. Что ты будешь делать?
Она вспомнила нахальное лицо Ванна Егеря. Марси оскалилась.
— Одолей его.
Было невозможно увидеть во тьме, но Марси могла поклясться, что дух улыбнулся.
Как пожелаешь.
Его голос еще висел в воздухе, когда ладонь на ее плече пропала, и поднялся ветер, сдувая тьму. Марси поднялась на ноги и посмотрела на то, что привела в этот мир.
* * *
— Челси!
Джулиус прокатился по земле, уклонившись от огромного молота, летящего к его голове. На другой стороне круга его сестра прыгнула на Ванна Егеря, ударила ногой по руке духа и оттолкнула его атаку, Джулиус успел отпрянуть. Десять минут назад такой побег радовал бы. Теперь легкие пылали, все мышцы в его теле устали, и Джулиус даже не мог об этом думать.
— Ну же, — прорычала его сестра, поднимая его на ноги, проносясь мимо. — Двигайся.
Джулиус кивнул, попытался двигаться быстрее, хотя не был уверен, что усилия что-то меняли, только оттягивали исход боя.
— Он просто играет с нами, — он тяжело дышал, оглянулся на Ванна Егеря, тот неспешно выбирал следующее оружие.
— Потому мы еще живы, — мрачно сказала Челси. — Мы не выбираем.
Это было правдой, но Джулиус не знал, предпочитал он смерть от усталости или смерть от безумного орудия Ванна Егеря. Он потерял счет времени после того, как Ванн Егерь проглотил меч его сестры, но полчаса явно прошли, а конца видно не было. Они все бежали, уклоняясь от атак, но атаки прилетали все ближе, а дух стоял в центре, наслаждаясь тем, что драконы бегали как мыши.
Даже для Джулиуса, который привык бегать, это было унизительно. Или было бы унизительно, если бы он не боялся так сильно. Даже Бетезда не приводила его так близко к смерти, и не так часто, как он был за эту ночь. Только из-за Челси он еще не погиб. Она прилипла к нему, как клей, постоянно вытаскивала из опасности, заставляла двигаться, когда он был уверен, что не сможет сделать ни шага. Но, хоть Джулиус был благодарен за это, они с трудом держались, и он не надеялся на шансы победить.
— Ну же, Марси, — прошептал он, рискнул оглянуться на стену воды, где, как он думал, была она, хотя он уже не был уверен. — Давай.
— Забудь о ней, — рявкнула Челси, потянула его вперед. — План провалился. Не знаю, что она делала, но Ванн Егерь не стал слабее.
Джулиус не хотел в это верить, но становилось все сложнее надеяться. И все же…
— Марси что-то придумает, — заявил он. — Она всегда так делает.
— Говори это, сколько хочешь.
— Что еще остается? — завопил он. — Мы не можем убегать вечно!
— Если есть идея лучше, я слушаю, — ответила Челси и толкнула его. — Слева.
Он упал на землю, топор пролетел там, где была его голова. Как всегда, оружие стало паром, не упав на землю, но он успел увидеть опасно изогнутый клинок, и было ясно, что оружие отличалось от других.
— Сколько у него еще оружия?!
— Судя по тому, что я видела? Бесконечно много, — Челси указала на круг. — Иди на север. Зажмем его.
Джулиус не видел смысла в атаке. За короткое время после потери меча Челси успела оторвать Ванну Егерю руку, обе ноги и рассечь голову голыми руками. Каждый раз дух восстанавливался за секунды.
Разница в силе была очевидной, и эта несправедливость злила даже Джулиуса. Если бы не печать, он изменился бы и давно ударил бы Ванна Егеря огнем, что бы ни говорила его сестра. Но, когда он представил, как хорошо было бы сжечь Ванна Егеря, чтобы он испарился, во тьме поднялся ветер.
Если бы они были в открытом поле, это не удивило бы, но в водном куполе Ванна Егеря Джулиус ощущал ветер только от пролетающего рядом оружия. Потому ветер казался необычным, но его внимание привлек холод.
Была середина сентября, и ночи стали холоднее, но это не могло объяснить этот жуткий сухой холод. Казалось, кто-то оставил сквозняк из бездны. Даже Челси остановилась, ощутив это, и это чуть не стоило ей головы, когда Ванн Егерь метнул в ее сторону длинный меч.
Атака была уже привычной, Ванн Егерь даже не смотрел на них, когда это случилось. Он застыл в центре круга, черные глаза смотрели по сторонам, словно он что-то искал. Но, хоть это позволяло им отдышаться, Джулиус не думал, что это был хороший поворот. Мнение подкрепилось, когда холодный ветер усилился, дул порывами, жалил глаза и вонял могилами.
— Назад.
Джулиус вздрогнул и обернулся, Челси стояла рядом с ним.
— Что происходит?
— Не знаю, — она закрыла нос ладонью. — Но тут что-то есть. Не чуешь?
Джулиус хотел бы не чуять. За пару минут их разговора запах кладбища стал сильнее. Температура упала от прохлады до холода морозильной камеры, и становилось все холоднее, ветер дул все сильнее.
Он несся отовсюду и из ниоткуда, поднимал землю с поля боя и кружил, силуэты напоминали людей во тьме. Через пару секунд фигуры из пыли стали людьми, безликими, разного возраста, пола и расы. Некоторые, казалось, вышли из древних картин, другие выглядели как пыльные копии обычных людей, какие были на улицах СЗД. Все молчали, их тела то появлялись, то исчезали из-за холодного ветра, они окружили Ванна Егеря, центр странной бури.
— Хватит! — взревел дух, большой топор появился в его руках. — Кто ты?
Тот, кто помнит.
Джулиус чуть не выскочил из кожи. Этот низкий голос был в его голове, слова вдувал в разум холодный ветер, задевающий кожу. Это было не только у него. Челси тоже вздрогнула, огляделась в поисках источника голоса. Ванн Егерь тоже так делал, развернулся, скаля зубы, подняв топор.
— Я тебя не знаю, — прогремел дух. — И тебе не рады. Это мой бой. Покажись или уйди!
Но я всегда был тут.
Несмотря на холод, Джулиус начал потеть. Может, ему показалось, но голос звучал в этот раз знакомо. Он отчаянно пытался вспомнить, где мог слышать что-то такое ужасное. Ванн Егерь застыл. Челси сжала плечо Джулиуса через миг, развернула его к дальней части купола. Но, пока его сестра и Ванн Егерь явно на что-то смотрели, Джулиус не знал, на что. В той стороне были такие же фигуры из пыли, как и всюду. Но через миг он понял, что это было не совсем так. Одна фигура в толпе, тень солдата в разбитой броне Римского легиона, стояла неподвижно, и его глаза — две злые щелки — сияли как голубые светлячки в пустой темноте шлема, смотрели на Ванна Егеря.
Если бы Джулиус был на месте Ванна Егеря, он бы уже побежал. Но, будучи не убиваемым, он был уверенным, потому что дух просто разозлился.
— Я не в настроении играть, — прорычал он, взмахнул топором в сторону кружащихся фигур. — Что это за тени? Отвечай честно, или ты умрешь.
Солдат почему-то повеселел от этого.
Умру? — рассмеялся он, его голос стал сильнее. — Но они уже мертвы. Они — забытые мертвые, воспоминания остались лишь у меня.