Один хороший дракон заслуживает еще одного
Шрифт:
— Ты права, — сказал Джулиус, но пока еще не верил в это. Сцена из фильма ужасов отличалась от победы, какой он ее представлял. Но победа была победой, и если Марси говорила, что все было под контролем, но он верил ей. — Как нам помочь? — спросил он, плывя за ней.
— Мне нужно твое прикрытие, — она забралась на груду мечей, топоров и другого оружия, вытащенного призраками из Ванна Егеря. — Ты больше его не используешь, а мне нужны все силы.
— Конечно, — он забрался следом. — Но зачем? Ванну Егерю почти конец.
— Я не из-за него переживаю, — мрачно сказала Марси, опустилась на колени, стала искать в груде бесценных магических артефактов, пока не нашла большой кожаный щит викинга, на котором могла рисовать маркером. — Я бы забрала магию из всего этого, но еще не поняла, как забрать магию из зачарованного оружия, и вряд ли сейчас это хороший ход.
Джулиусу не нужен был ее взгляд на толпу призраков, чтобы понять последние слова. Даже если призраки не использовали оружие сейчас, забирать магию из оружия, которое они только что забрали у Ванна Егеря, будет перебором.
— Вот, — он протянул руку. — Все твое.
Она крепко сжала его пальцы, и Джулиус выдохнул с облегчением, когда тяжелый покров магии Амелии на нем пропал. Но, хоть ему стало лучше, Марси помрачнела.
— Этого мало, — она хмуро смотрела на заклинание, которое писала на щите. — Мне нужно больше.
Он протянул руку снова.
— Возьми больше.
— Ни за что! — завопила она, оттолкнув его руку. — Я уже брала у тебя силы утром.
— Я не сдамся, когда мы так близки, — Джулиус снова протянул руку. — Просто…
Он вскрикнул, Челси сжала его запястье.
— Ты уже отдал слишком много, — прорычала она, опуская его руку. — Тебе нечего отдавать, — она повернулась к Марси, протянула свою ладонь. — Используй меня.
Марси стало не по себе.
— Уверена? Я не жалуюсь, но…
Челси перебила ее со строгим взглядом:
— Я не знаю, что за темный договор ты заключила с той штукой, но у тебя прогресса против Ванна Егеря за пять минут больше, чем у нас за всю ночь. Этого мне хватает, — она сжала ладонь Марси. — Сделай это.
Марси испуганно взглянула на Джулиуса, но он пожал плечами. Если Челси хотела помочь, разве он мог ее остановить?
— Ладно, — она повернулась к его сестре. — Это может ощущаться немного странно.
Джулиус уже был батарейкой Марси, ощутил, когда она потянула. Челси даже не вздрогнула. Она опустилась на колени, замерла, как статуя, пока маг тянула и тянула. Когда Марси отпустила, она сияла сильнее, чем когда чуть не лишила Джулиуса всей магией, и ее лицо было удивленным.
— Ого, — прошептала она, глаза округлились. — Это было чудесно. А я думала, что Джулиус был высшим уровнем, но это…
— Этого хватит? — перебила Челси, ее лицо было бледным и напряженным.
Марси вздрогнула и опустила взгляд, упрек сделал ее серьезной.
— Должно, — она дописала строки заклинания на щите. — Мы почти без воды.
Она была права. Пока она брала силы у Челси, вода — прилив и стены купола — почти полностью пропала, как и Ванн Егерь. Когда-то огромный дух стал меньше Джулиуса. Он рухнул, пока они смотрели, на колени, последние призраки отступили, и остался только Пустой Ветер.
Голубые глаза сияли, солдат шагнул к побежденному врагу. Он склонился, пока шел, подобрал топор, который до этого поймал, из кучи. Он поднял потрескавшийся клинок, чтобы отрубить голову Ванна Егеря, когда Марси приказала:
— Стой.
Слово было полным магии, и Пустой Ветер застыл.
— Я сказала поставить его на колени, — Марси сжимала круглый щит, покрытый заклинанием. — Он стоит на коленях. Миссия выполнена.
Пустой Ветер оглянулся, и Джулиус вздрогнул, голубые глаза, сияющие в пустом шлеме, скользнули по ним взглядом.
— Он украл у нас, — прорычал дух. — Он должен заплатить.
— И заплатит, — Марси встала. — Но, думаю, попасть в руки драконов — худшее наказание для Ванна Егеря.
Сияющие глаза солдата прищурились.
— Тогда ты не знаешь мое.
— И не собираюсь узнавать, — упрямо сказала она, протянула руку. — Твоя роль в этом выполнена, Призрак. Ты все еще мой дух, и я говорю, что пора идти домой.
Джулиус вздрогнул. Он уже догадывался о правде, но то, как Марси произнесла имя духа, сделало все настоящим. Но, хоть она отдала приказ, Пустой Ветер склонил голову.
— А если я скажу, что это ты — мой человек?
Марси грозно нахмурилась, но Пустой Ветер не переживал.
— Ты знаешь, сколько в этом городе забытых мертвых? — спросил он, глядя поверх поля на сияющие огни на горизонте. — Они зовут меня, молят о справедливости. Что мне им сказать? Что моя хозяйка слишком занята, работая на драконов, чтобы слышать их голоса? Что она лучше будет слугой, чем примет то, чем мы можем стать?
Он повернулся к Марси, протянул руку в перчатке, которая уже не просвечивала, а была настоящей, как рука Джулиуса.
— Мы с тобой связаны, — сказал он. — Я больше похож на тебя, чем эти жестокие змеи. Оставь их судьбе и иди со мной, и мы вместе будем творить великие дела.
Страх появился внутри Джулиуса, но когда он увидел упрямое лицо Марси, задумался, почему переживал.
— Мы будем творить великие дела, — она вскинула голову. — Но ты больше всех должен знать, что я — ничья слуга.
Она опустила ладонь на заклинание, которое записала на краю щита. Магия обрушилась на них, как молот. Она подавила холодный ветер, разогнала призраков и прижала остатки Ванна Егеря к земле. Даже Пустой Ветер, который был неприкасаемым все время, пошатнулся от этого веса, и когда он поднял голову, его голубые глаза гневно пылали.
— Что ты делаешь?
— То, что сделала раньше, — голос Марси гудел силой. — Я привязываю тебя, — она повернула щит и показала ему заклинание на нем. — Ты знал, что заклинание, написанное где угодно внутри большего круга, касается целого? Как только ты назвал свое имя, было просто изменить мишень ритуала с Ванна Егеря на тебя.
Голубые глаза Пустого Ветра расширились во тьме шлема.
— Почему?
— Меня предупредили, что до этого дойдет, — печально сказала она. — Я знала, что ты попытаешься захватить контроль, едва получишь шанс. Я не виню тебя за это, кстати. У тебя есть свои мечты, как у меня — свои. Но то, что я понимаю это, не означает, что я позволю тебе делать это.
Джулиус не мог поверить в то, что она ему это говорила. Но, хоть он ожидал, что Пустой Ветер разозлится от слов Марси, дух ничего такого не сделал. Он был впечатлен.