Чтение онлайн

– Здесь заночуем, - скомандовал Стармех, бросая мешок.

А что? Разумно. Хоть и рядышком Лечебница - Железку перейдешь, да метров сто влево. Вот как раз и дизелек ихний на рельсах стоит... А "стрелку" с ребятами все-таки лучше перенести на завтра. Не любят в наших местах поздних визитов. Не принято это у нас. "Не комильфо", - говорит Леня. Начне-ется: кто, да что, да зачем... А в принципе могут и сразу - стрелять начать. Дело хозяйское.

Расположились, закусили, улеглись. Санино дежурство, как обычно, первое. В принципе Полбудка - место классное. Это как бы нейтральная зона, филиал Красного Креста. Закон здесь есть неписаный: если в Полбудке есть кто значит, помощь нужна. Идешь мимо - подойди, поинтересуйся, чем сможешь, помоги. Хотя... Сам знаешь, какое сейчас время. Такие ублюдки развелись никаких законов не признают. Разве только закон всемирного тяготения. И то потому что его ни похерить, ни перекупить...

Нет, зачем же нам в Полбудку? У нас, тьфу, тьфу, тьфу, все нормально. Мы рядышком стоим.

Чу? Кто идет? А, опять Пургену не спится. Неужто куртку чинить будет? Что такое? Как ночь, так у него "молния" ломается. Нет, вроде... К котелку подошел, чаю холодного хлебнул. Побродил немного вокруг.

– Чего не спишь?

– Сань, я вот что вспомнил...

– Ну?

– А может, и показалось... Когда Вомбат с Кувалдой разговаривали, ну, тогда, в последний раз...

– Ну?

– Да не нукай ты! Мне кажется, Гризли ему что-то передал.

– То есть?

– Какую-то фигульку, мелкое что-то.

– Ну и что?

– Не знаю...
– побрел обратно.

Только Пурген улегся, Кувалда Гризли к костру ползет. Это что это у нас, товарищи, за мода такая пошла - ночные разговоры разговаривать?

– Эт, того, дружа, ты на Дуню не серчай...
– Кувалда говорил быстро и тихо, приходилось сильно напрягаться, чтобы разобрать слова.
– Он - человек божий, даром что на лицо обойденный... цветик его не выбрасывай... не со зла он...

– А на хрена мне этот оборвыш?
– тихо и сердито спросил Саня, пытаясь вспомнить: сразу он выбросил ту злополучную ромашку или успел куда-то сунуть?

– А, ить, того не ведаю... Дуня, сам видел, со словом плоховатенько дружит, его, ишь, и понять - не всегда... что-то он объяснял мне про ентот цветик, да я, дурень старый, почти ничего и не понял...

– Ну и фиг с ним, - Саня махнул рукой, - большое дело. Что мне - гербарий собирать?

– А и то - правда...
– Кувалда пополз спать.

– Эй, подожди!
– Ползи-ка, друг, обратно, у нас к тебе вопросы кой-какие накопились.
– Слушай, Кувалда, а о чем все-таки вы с Вомбатом разговаривали?

– Это, когда ж, когда ж, мила-ай?
– Вот опять, хрен старый, дураком начнет прикидываться.
– И не помню я такого... ишь, проныры, одни уши вокруг...

– Ладно тебе, ладно, не хочешь - не говори... Тогда, может, вспомнишь, чего ты ему такое маленькое передавал?

– Я?!
– подскочил Кувалда, враз растеряв свои словесные причиндалы.

– Чего орешь? Мужиков разбудишь!

Гризли внезапно сел и упавшим голосом жалобно сказал:

– Ох, да не мучь ты меня... ничего худого тебе я не делал. Дуня вот тоже сказал - ты хороший человек... не доводи до греха...

– Какого греха?
– не понял Саня.

– Ишь, ты дурня дурней, глаза тока умные строишь, а и невдомек тебе... грех это великий - хорошего человека обманывать...

– Ты запутал меня совсем! Говоришь, сам не понимаешь чего! При чем тут хороший-плохой? Ты можешь толком сказать: куда Вомбат ушел?

– Это-о, ить, а тебе зачем?
– Тоже правильная тактика: "да" и "нет" не говорите, "черно-бело" не берите. Вы поедете на бал? А зачем?

– Мне нужно, - как можно тверже сказал Саня, - Мне обязательно нужно знать, что собирается делать этот человек.

Кувалда внимательно, насколько это позволял свет костра, вгляделся в Санино лицо. Нет, зря он из себя жука-добряка строит. Неприятный он человек. Я б такому свой автомат подержать не дал.

– А-а-а, эт, не пойму я... бьюсь, бьюсь, никак все в толк не возьму, чего ты от меня хочешь, мил человек?
– затянул Гризли старую песню, не понимая, а, может, как раз и понимая, но раздумывая, - и этим раздумьем выдал себя с головой.

– Да ничего, спать иди, - раздраженно бросил Двоечник, поправляя костер.

Мы им не понравились.

Очень.

С первого взгляда.

Назывались они, конечно, никакие не "карусели" и не "мамзели", а даже совсем наоборот - "Рулетка-транзит". Ну, в том смысле, что фирма не гарантирует.

Ну а мы тоже - молодцы. Как проснулись, умылись, чаю пошвыркали, так и поперли. Здрасьте. Вот и мы. Прокатите, дяденьки?

Не обдумали ничего, не обсудили.

Они нам сразу, в лоб: чем платить будете? А мы и скисли. Они такое дело увидели и еще больше разозлились. Ясно дело - кто пустых клиентов любит? Один гад кривозубый, во рту у него словно штакетник поломанный, даже издеваться начал.

– Давайте, - говорит, - нам вот этого, самого толстого, - и в Цукопгу пальцем тычет, - у нас с топливом напряженка, будет нам дизель вручную толкать.

Представляешь?

А еще самое обидное, что все понимают: при Вомбате такого бы никогда не случилось. Если при Вомбате эти "рулетки" вдруг вздумали на нас попереть... Я думаю... Для начала хорошенько получил бы по своим кривым зубам этот возникала. А потом Командир быстро что-нибудь придумал бы...

– Насчет оплаты беспокоиться не надо.

Ой, кто это? Как будто привидение заговорило... Нет, это Стармех, оказывается, высказался. Чего это он? Импровизировать от безнадеги начал? Стоит, ноги чуть расставлены, глаз прищурен.

– Чего даешь?
– сквозь зубы протянул худой старикан. Сидел он в углу, кутаясь в драный овчинный тулуп и курил самокрутку. По всему видать - главный тут.

– Даю...
– Стармех демонстративно, тыкая пальцем, пересчитал "рулеток" никто из наших по-прежнему ничего не понимал, - ... пять праздничных наборов.

– Что в наборе?
– бесцветно спросил главный.

– Взрывчатка-пластик, патроны автоматные, шоколад...

– У Азмуна глаза на лоб полезли - чего это Димка несет?! Какие патроны?!

– Шоколад...
– мечтательно повторил кто-то из "рулеток".

– А почему сразу не сказали?
– так же, без эмоций продолжал допрашивать старикан. Голос его, безвкусный и бесцветный, напоминал Сане какой-то противный жидкий бульон, типа - один воробей на ведро воды.

– Тонкость одна есть.
– Стармех был непробиваем.