Чтение онлайн

– Их лошади?!
– Начальник караула, который прежде сидел, развалившись в подобии кресла, при этих словах выпрямился и устремил пристальный взгляд на путников.

Ганс начал волноваться, и отнюдь не из-за того, что ему казалось, будто эти люди могли хорошо относиться к тейана. Он просто не собирался объявлять во всеуслышание, что он ловко обращается с оружием или что он искушен в воровском ремесле. Пусть даже похищенные Гансом лошади принадлежали теперь ему самому.

– Да, сержант, я могу узнать тейанскую лошадь, едва завидев ее, кивнул пожилой толстяк-часовой.

– Я проследил тейана до их лагеря неподалеку от опушки, - сказал Ганс.
– Они упились вдрызг на радостях и заснули. А лошади были привязаны чуть поодаль от поляны.
– Ганс пожал плечами.
– Уже настала поздняя ночь, и в лесу было совсем темно.
– Он развел руками, сохраняя на лице застенчивое выражение, которым обычно пользовался в подобных случаях.
– Я забрал у них наших лошадей. И раз уж мне представилась такая возможность, увел и коней тейана, чтобы они не могли нас догнать.

Сержант и другие охранники одобрительно заулыбались, и это подбодрило Ганса.

– Зато у них остались наши деньги.

– Замечательная сделка, - отозвался сержант.
– Неужели тейана действительно оставили своих лошадей оседланными и взнузданными?

"Проклятье!" - подумал Ганс и покачал головой.

– На лошадях были только недоуздки, но к этим недоуздкам можно прицепить поводья. А поскольку всадники напились и почти все заснули, то у меня было время надеть на всех коней седла и прицепить удила. На всех, кроме одного.
– Ганс мило улыбнулся и со смущенным видом пожал плечами. Больше седел не было.

Пожилой писарь широко улыбнулся, демонстрируя неожиданно крепкие белые зубы. Двое стражников расхохотались. Сержант хмыкнул.

– И никаких трудностей?

– Трудно было заставить первую лошадь сдвинуться с места, - уныло ответил Ганс.
– Эти тейана управляют своими лошадьми на своем тарабарском языке. Когда я сказал нужное слово, все кони рванули с места в галоп. Мне оставалось только цепляться за седло. Понимаете, я подъехал почти к самому лагерю тейана на этом глупом осле и оставил его в лесу. А потом случилось такое.., вы просто не поверите.

– Это очень интересная история, - произнес сержант, вновь откидываясь на спинку кресла.
– Меня зовут Гайсе, я сержант городской стражи, подразделение по охране ворот. Расскажите-ка мне, что там было дальше.

– Мы мчались галопом вдоль опушки, и тут я оглянулся и увидел, что один из тейана выскочил из лагеря с арбалетом в руках и уже стоит на одном колене, целясь в меня. Я видел это, но не мог заставить своего коня свернуть в сторону. И тут на конский топот примчался онагр. Он заорал, выскочил из леса следом за нами и промчался прямо по тому разбойнику, который целился в меня.

Когда общий смех затих, Ганс добавил:

– Вот поэтому мы больше не навьючиваем на онагра тяжелые мешки. Он заслуживает того, чтобы идти налегке.

– Да, он вполне этого заслуживает. Да и у вас самого немало заслуг. Никаких других затруднений не было? Ганс пожал плечами и развел руками:

– Я все вам рассказал, сержант Газе.

– Могу ли я узнать ваши имена?

– Меня зовут Ганс. А это Мигнариал.

– Гонз. И Михнарьял.

Ганс уже заметил, что здешние обитатели коверкают его имя на свой лад.

– Га-нс, - раздельно произнес он.

– Миг-на-ри-ал, - добавила девушка.

Сержант засмеялся и отчетливо повторил свое имя:

– Гай-се.

Стражники захихикали.

– Ладно, дела в сторону, - сказал Гайсе, лениво поднимаясь и слегка потягиваясь.
– Я хотел бы узнать, зачем вы прибыли в наш город. Это уже чисто личное любопытство, а не официальная процедура.

– Знаешь, Гайсе, я бы рассказал это потом. Сейчас мы хотели бы где-нибудь разместить наших лошадей до тех пор, пока я не продам нескольких из них. Но еще больше мне хочется найти местечко, где можно вытянуть ноги и посидеть на чем-нибудь другом, кроме седла.

– И поесть чего-нибудь кроме наших старых дорожных припасов, добавила Мигнариал. Путники не сочли нужным упомянуть, что в течение последних двух дней питались вполне прилично.

– Как бы то ни было, - решился-таки спросить Ганс, - слыхали ли вы в последнее время какие-нибудь новости из Санктуария? Кто-нибудь приезжал к вам оттуда?

Гайсе покачал головой.

"Отлично!" - подумал Ганс и промолвил:

– Мы в Санктуарии, в общем-то, всегда жили сами по себе и не особо любили ранканцев и губернатора, которого поставил над нами их император. А некоторое время назад к нам вторглись какие-то нелюди, которые называют себя бейсибцами.
– Ганс коротко обрисовал внешний облик пришельцев из моря с немигающими рыбьими глазами.
– Они.., взяли верх. Стали править всеми. Самая главная у них - женщина.., ну, ее всяком случае, существо женского рода. Она явилась прямо во дворец, где всегда сидел губернатор. Эти бейсибцы такие надменные. Как будто это мы - нелюди, а вовсе не они. В Санктуарии не стало никакого закона. Бейсибцы убили мать Мигнариал прямо на улице, без малейшего повода. Они милостиво позволили нам заниматься тем же, чем мы занимались прежде, вот и все.
– Ганс решил не упоминать, что он прикончил убийцу-бейсибца. Городской страже, которая вольна выдворить его из города, совершенно незачем знать об этом.

– Когда мы покинули Санктуарии, у нас было две лошади, онагр и немного денег, - продолжал Ганс, - и еще кое-какие вещи во вьюках. Ах да, и еще мой кот, Нотабль. Мы прибыли сюда с онагром, двумя котами и шестью лошадьми. Поистине, и от тейана бывает какая-то польза! Мы надеемся поселиться в этом городе.
– Ганс приветливо улыбнулся сержанту.
– Если, конечно, мне удастся продать этих лошадей.

Гайсе усмехнулся и открыл было рот, но его перебил писарь, смотревший на путников из-под прямой седеющей челки:

– Что вы знаете о Рэнке?

– Мы никогда там не были, - по возможности коротко ответил Ганс. Он уже устал торчать здесь у ворот и отвечать на вопросы. Уже миновал полдень, а кроме того, позади ждал своей очереди еще один путешественник.

– Не в том дело, - сказал писарь.
– Я имею в виду Ранканскую империю. До нас тут доходили кое-какие слухи.

– До нас тоже, - отозвался Ганс.
– Я знаю только, что они не сделали ничего, чтобы остановить пучеглазых, вторгшихся в Санктуарии. А ведь ранканцы считали наш город своим. И все же вполне может быть, что через день после того, как мы уехали из Санктуария, целая армия ранканцев явилась в город и выгнала оттуда бейсибцев. Ну, э-э.., понимаете, я с удовольствием вернусь сюда, скажем, завтра, чтобы поговорить с вами, но сейчас нам нужно найти место, где мы сможем отдохнуть, и все такое.

Затем Ганс вспомнил кое-что:

– Ах да, сержант! Вы или кто-нибудь из ваших людей знает трактир "Зеленый Гусь"?

Гайсе хотел было ответить, но тут к воротам, чеканя шаг, подошел отряд из пяти стражников. Предводитель отряда, одетый в такой же плащ, какой был на плечах Гайсе, произнес:

– Сержант Гайсе, я принимаю у вас караул. Кивнув, Гайсе взглянул вверх, на башню:

– Окк! Ничего угрожающего не видать?

– Нет, сержант!

– Тогда спускайся. Сержант Римизин, я сдаю вам караул.
– Закончив обмен формальными фразами, Гайсе притворно зевнул: