Чтение онлайн

– Гм...
– растерялся Император.
– Я полагал, ты служишь из страха и по принуждению. Я помню, у тебя были свои счёты с теми тварями из крепости, но мы с ними покончили. Что осталось? Только разойтись в разные стороны.

– Очень хорошо, высокий человек, - церемонно поклонился вампир. Позволено ли мне будет поинтересоваться, что ты намерен делать дальше, получив свою ^льфку живой и невредимой?Или нет? Холодный разум правителя громадной державы говорил, что самое разумное сейчас - как можно скорее отыскать дорогу домой. Конечно, та же холодная логика подсказывала, что нельзя оставлять за спиной такую опасность - хотя бы из-за Разлома, уже связавшего, на беду, Мельин и Эвиал почти что в одно целое. Ведь те тени, призраки, духи - называй их как хочешь, суть одна - враги; они не остановятся и не успокоятся. Им, судя по всему, очень нужен Эвиал, да и Мельин не помешает. Так что, кто знает, из благородства или нет, но со Зверем драться придётся. Хорошо бы ещё понять, как.

Тем не менее им нужно какое-то убежище, надо где-то добывать пищу, желательно - не улиток и не коренья. Надо понять, есть ли вообще отсюда выход, или Эвиал станет их новым домом, а в Мельине на имперском престоле появится новый правитель.

Этими мыслями Император поделился с Эфраимом. Старый вампир несколько раз энергично кивнул.

– Высокий человек, у меня тут было... э-э-э... убежище. Неплохое для такого реликта, как я. Неподалёку от того, первого замка... место явно магическое, непростое. Там, мне кажется, надо и дорогу пробовать, и Зверя рассмотреть пытаться. Да и... э-э-э... высокородной госпоже, думается, интересно взглянуть будет.

Сеамни коротко посмотрела на свои ногти со следами иголок под ними.

– Они думали, что моя боль приманит тебя, Гвин... Я боюсь, что они вернутся. Вернутся опять за мной, чтобы скормить своей твари. Зверю не так просто выбраться на поверхность и попировать вволю, перчатка отдала ему гораздо меньше сил, чем задумывали призраки... Но всё равно я не хочу в эту крепость! Там так... так...
– она прижалась лбом к стальному наплечнику Императора и тихонько заплакала.

– Тайде... моя Тайде... но что, если это единственная дорога домой? Император обнял её, баюкая, словно ребёнка, которого у него никогда не было.

– Мой дом там, где ты.
– Сеамни подняла на него глаза. Слезы чертили блестящие дорожки вниз по запав-шим щекам.
– Всё остальное мне теперь безразлично. Если кто-то хочет что-то спасать - мне всё равно. Но покупать свою свободу ценой чужой крови всё равно не могу. Хватит, напроливались.

– Отрадно слышать, милостивая госпожа, отрадно слышать, - вежливо поклонился Дану вампир.
– Беда Эвиала в том, что все пытались стать могущественными и сильными или по крайней мере отомстить своим врагам за его счёт. Он терпел, принимал всё это, принимал... а потом, наверное, ему надоело. Вот и развелись тут... неведомо какие. Честному Ночному Народу жизни совсем не стало.

– Хорошо, хорошо, - нетерпеливо сказал Император.
– У нас, получается, тут два дела - Зверь и дорога домой. Зверя не одолеть без помощи магов этого мира и без их силы. Белая перчатка моя, боюсь, тут не поможет. Дорога домой - это, мне представляется, легче...

– Да, - кивнул вампир.
– Говорю тебе, высокий человек, крепость в болотах, где мы впервые встретились, - место Силы. Там будет легче построить лестницу... или что-то ещё, подняться или же опуститься в твой собственный мир. Может, стоит подумать о том, чтобы привести помощь? Наверняка же в твоём мире тоже есть сильные чародеи. Быть может, они согласятся помочь?Пусть небескорыстно, но всё-таки - помочь? У нашего мира есть чем заплатить. А если все эти людские короли и правители не смогут столковаться - возьми меня с собой, высокий человек, позволь мне держать речь перед вашими магами, и, ручаюсь, я смогу их уговорить. Ночной Народ владеет немалыми богатствами, которые лежат под спудом. А если ещё и потрясти слегка богатеев-гномов хватит выкупить не только Эвиал. Как тебе моя идея, высокий человек? Если Зверь встретит магию неэвиальского происхождения, построенную по иным правилам, - он не устоит. И, ручаюсь, тогда не придётся прибегать к запретным источникам, когда выплата по займу вдесятеро превышает сам заём... Отчего ты так промрачнел, высокий человек, Гвин, как называет тебя твоя эльфка?

– Эфраим, - сумрачно сказал Император.
– В моём мире мне пришлось вести с магами смертельную, истребительную войну. Я победил. Чародеи понесли тяжкие потери Едва ли они испытывают ко мне сколько-нибудь тёплые чувства. Конечно, я могу приказать. Белая перчатка помогла мне выиграть ту войну, поможет и в этом... но скрывать от тебя, что помощь магов моего мира - последнее, на что я стал бы рассчитывать, - скрывать такое я не могу.

Эфраим помолчал, задумчиво шевеля тонкими бескровными губами.

– Это не беда, - неожиданно сказал он.
– Это даже лучше. Мне будет проще найти слова. Я могу пообещать им... больше.

Император насторожился. Правитель обязан учитывать все возможности, даже самые маловероятные. Великие царства древности, как известно, гибли именно потому, что пренебрегали мелочами Так в сказках главный злодей терпит поражение потому, что в нужный момент проявляет совершенно никчёмное милосердие, оставляя своего главного врага в живых или не уничтожая его при первой возможности.

– Что ты намерен им пообещать?
– подозрительно спросил он вампира. Эфраим не колебался ни мгновения:

– Золото, вообще богатства, которые они смогут употребить на борьбу с узурпатором.

– То есть со мной?
– прищурился Император.

– Разумеется!
– энергично кивнул Эфраим.

– Гм, - сказал Император, поглаживая меч.
– Говорят, что вас, вампиров да упырей, никакое оружие не берёт, кроме серебряного. Проверить лишний раз, что ли? А попытаешься удрать - сожгу. Ты меня ведь знаешь, Эфраим.

Вампир скрестил руки на груди, судя по всему, донельзя довольный собой.

– Вот видишь, высокий человек, ты уже поверил. Значит, поверят и они. А неужто не в твоих интересах, интересах правителя, убрать из империи смутьянов и заговорщиков? Если уж нельзя пресечь мятеж в зародыше - почему бы не спровадить оных мятежников куда подальше? Я стар, высокий человек, стар и циничен. Я не хочу умирать, видя, как мой Эвиал проваливается в пасть Зверю. И если ради этого надо пообещать кому-нибудь златые горы с текущими алмазными ручейками - я это сделаю. А соответствующие горы мы, как говорится, организуем.
– Вампир усмехнулся.

– Очень у тебя гладко получается, сын ночи, - прошептала Тайде.
– Я была в лапах у чародеев нашего мира и едва ушла живой. Если они на самом деле одолеют Зверя, у них появится соблазн прибрать к рукам столь неожиданную добычу. Я имею в виду - весь твой прекрасный мир, который ты собираешься спасать. И потом - если наши маги выполнят твою просьбу и ты на самом деле отвалишь им всё это золото - это неизбежно обернётся реками крови уже в моём мире, который я тоже пыталась защитить. Что же получается? Твой мир против моего?

– Я бы так не сказал, - прокашлялся вампир. Императору показалось, что Эфраим растерялся.
– Реки крови - это всего лишь реки крови. В конце концов, Ночной Народ всегда может прийти тебе на помощь, высокий человек, правитель, Император. Думаю, мы в силах серьёзно изменить расклад.

– Почему же здесь, в Эвиале, вас преследуют, и тебе, старейшему и сильнейшему из всех вампиров, приходится отсиживаться в болотах, довольствуясь объедками с барского стола?
– жёстко и в упор спросил Император.
– Прости, Эфраим. Не хотел тебя обидеть. Но со Зверем мы или справимся сами, или... постараемся, чтобы справился кто-то другой, но отсюда, из Эвиала. Мой мир я к этому приплетать не позволю. Я несу ответственность...