Одиночка. Том I
Шрифт:
«Кстати, надо бы сделать документы на Войнова…»
Но что-то внутри меня не позволяло пройти мимо. Возможно, чувство долга, привитое годами службы в прошлом мире. Или простое человеческое сочувствие к тем, кто может пострадать от действий этого убийцы.
Вздохнув, я достал мобильник и быстро нашёл в сети новости Волхова, дабы понять, что за фрукт эта цель.
Беглый просмотр новостных лент Волхова быстро прояснил ситуацию. Охотник D-ранга, некто Алексей Петров, обвинялся в зверском убийстве трех человек: двух сотрудников местной администрации и одного бизнесмена, занимавшегося строительством. Мотивы преступлений оставались неясными, но пресса активно муссировала слухи о коррупционных схемах и мести. Судя по комментариям, народ жаждал поимки преступника и справедливости.
К тому же ему было приписано ещё с десяток разных случаев. Очень неприятных, связанных с растлением.
Убийство… попытки показать свою силу людям, которые не способны себя защитить… Это уже серьёзно. Охотник, свернувший на кривую дорожку, — это всегда опасно. Принимая решение, я понимал, что, вмешиваясь, рискую привлечь к себе ненужное внимание. Но я не мог просто отвернуться.
Поезд мерно покачивался, убаюкивая пассажиров. Я встал со своего места, извинившись перед пожилой женщиной, и направился в сторону тамбура. Под предлогом поиска туалетной комнаты я начал неспешно прогуливаться по вагонам, стараясь не привлекать к себе внимания. Я понятия не имел, как искать свою цель, но надеялся, что система сама подскажет.
Да и… видел я его мельком. Не факт, что узнаю, но вдруг?
Войдя в вагон номер четыре, который так же, как и мой, был типичным экономклассом, кое-что изменилось. Мир словно стал чётче, контрастнее, как будто кто-то подкрутил настройки реальности. Всё вокруг оставалось прежним: уставшие лица пассажиров, дребезжащие стёкла, запах дешёвой еды. Но теперь я видел иначе.
Каждый человек передо мной был словно окутан лёгкой дымкой. И лишь один мужчина выделялся ярким пульсирующим светом.
Я ускорил шаг, стараясь выглядеть как обычный пассажир, ищущий свободное место. И вот в самом конце вагона я увидел его. Алексей Петров, худой мужчина лет тридцати, сидел, ссутулившись, у окна. Его лицо осунулось, а на плече виднелось тёмное пятно, пропитавшее ткань куртки.
Система ещё раз отреагировала, высветив над головой охотника красный маркер. И теперь мне предстояло решить, что делать дальше. План формировался мгновенно. Я не собирался устраивать бойню в переполненном вагоне. Нужно было действовать быстро и наверняка, минимизируя риск для окружающих.
Вокруг — плотно сидящие пассажиры, шум поезда, создающий идеальное шумовое прикрытие. Подходить в открытую было глупо. Петров наверняка настороже и готов к нападению. Нужно было действовать хитрее.
Вспомнив о своих способностях, я решил попробовать использовать навык контроля. Мысленно приказав Петрову встать и выйти в тамбур, а уже там — в окно, я напряг волю. Но в тот же миг система выдала уведомление:
«Недостаточно силы контроля. Цель обладает высокой сопротивляемостью».
Меня это позабавило. Значит, навыки системы не безграничны.
Но отступать я не собирался. Раз прямой контроль не сработал, попробую косвенный. Моей целью стал парень, сидящий напротив Петрова. Сосредоточившись, я мысленно попросил трёх ближайших пассажиров пересесть на другие места.
«Вы успешно применили навык! Вы использовали навык „Контроль“ 5\5 раз. Вы успешно выполнили дополнительное задание: „оторваться от преследователей. Использовать навык 'Контроль“: 5 раз!»
Хм, оно до сих пор тянулось? Забавно… ладно, и?!
На моё удивление, никакой награды не последовало. Точнее, система выдала кое-что слишком ненормальное:
« Невозможно получить награду. Недостаточный уровень интеллекта».
Понимая, что разборки со свойствами и задачами системы мне сейчас не нужны, отбросил все рассуждения и сел к охотнику. Петров вздрогнул, но ничего не сказал, лишь плотнее прижался к окну.
— Алексей Петров, — произнес я тихо, но чётко. — Я знаю, кто ты.
Он резко повернулся ко мне, глаза его метались, как будто он лихорадочно искал пути к отступлению.
— Кто… кто ты такой? — вскоре прохрипел он, прижимаясь к окну ещё сильнее. Рука непроизвольно скользнула под куртку, где, вероятно, скрывалось оружие.
— Неважно, — ответил я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Важно то, что я знаю, что ты натворил. И я здесь не для того, чтобы сдать тебя полиции.
Его брови изогнулись, показывая, что он удивился моим словам, а затем мужик сощурился, что-то высматривая в моём лице.
— Кто ты такой? — повторил он.
— А тебе не всё равно? — ответил я, стараясь говорить как можно убедительнее. — Важно одно: ты должен мне доверять. Если хочешь выйти отсюда.
Петров скептически посмотрел на меня.
— Доверять? Тебе? Да ты вообще… хер пойми откуда взялся!
— У тебя нет выбора, — констатировал я. — Полиция скоро будет здесь. Если ты хочешь выжить, ты должен меня слушать.
Петров замер, затем нервно сглотнул, отчего его кадык заметно дёрнулся. На лбу выступили капли пота, и он судорожно смахнул их рукавом куртки. Видно было, что он измотан или даже напуган.
Он молчал и продолжал сканировать меня взглядом, пытаясь понять, кто я такой и какие у меня мотивы. Его пальцы судорожно теребили край куртки, выдавая его волнение. Казалось, он готов в любую секунду вскочить и бежать, но что-то его останавливало. Может быть, отчаяние, может быть, инстинкт самосохранения.
— Что ты хочешь? — наконец, спросил он.
— Просто оставайся спокоен. Сделай вид, что мы знакомы, — ответил я. — Я всё сделаю.
Я надеялся убедить его сдаться, добровольно передать себя в руки правосудия. Но что-то в его взгляде говорило мне, что это бесполезно. Он был сломлен, доведён до отчаяния. И, скорее всего, готов был на всё.
«Да боже, — на мгновение я задумался. — На кой-чёрт мне его уговаривать? А? Зачем всё усложнять?»
Я решил действовать по-другому. Так, как привык. Быстро и жёстко. Нефиг тут превозмогать человечность и нюни распускать. Он был убийцей, такие не исправляются, а если ещё учесть, сколько народу он положил, то…
Всё произошло быстро и бесшумно. Никто из пассажиров ничего не заметил.
Я резко схватил Петрова за руку. Мощным рывком я потянул его на себя, одновременно нанося короткий, но смертельный удар кулаком в область сердца. Сила охотника, помноженная на уровень системы, сделало своё дело. Удар был нечеловеческим.