Чтение онлайн

Я зашёл перекусить в небольшое светлое кафе, где за круглыми хрупкими столиками сидело от силы человек двадцать. Нравится мне это место – у хозяев отменное чувство меры. Они не стали мудрить с украшениями и разноцветными лампами, а просто подобрали модные светильники, похожие на изгибающиеся стебли металлических растений, на концах которых цветут шарики света, прикрытые матовыми стеклами. Столики из прочного пластика, на котором не остаётся царапин. Большие окна с хорошим видом на улицу. Самое главное – здесь делают лучшие в полисе пирожные! Я заказываю пару – наугад: всё равно видов так много, что не успеешь перепробовать, как сменится меню... Беру бокал горячей тёмно-зелёной руалы... От неё поднимается призрачный дымок, несущий такой божественный аромат, что я безоговорочно верю в исключительную пользу для здоровья этого настоянного на секретных травах напитка...

Я присаживаюсь за свободный столик и вступаю в безнадёжную борьбу с самим собой. Дело в том, что сам вид этих пирожных требует немедленно их попробовать, но руала ещё недостаточно остыла. Сомнительное удовольствие – есть пирожные всухомятку: они довольно сладкие – никаких заменителей, только чистый сахар! – и придётся, обжигаясь, пить эту огненную жидкость, которой сейчас можно плавить металлы...

Чтобы отвлечься, рассматриваю других посетителей. За угловым столиком важный мужчина с элегантной дамой пьют кофе. Я не силён в знании ритуала, но здесь кофе подают в маленьких чашечках, без сахара и молока, и обязательно запивают холодной минеральной водой. Господин и дама о чём-то беседуют, он – спокойно и рассудительно, она – импульсивно и резко. Кажется, она чем-то раздосадована, а спутник её успокаивает.

Рядом с ними за соседним столиком увлечённо беседуют парень с девушкой, ожидая, пока остынет чай в белоснежных фарфоровых чашечках. V обоих длинные волосы: у девушки – белые, словно фарфор их чашек, у юноши – тёмные, словно остывающий чай. Позволяю себе улыбнуться: очень уж хорошо они беседуют – глаз радуется!

В другом конце ресторана за столиком сверлят друг друга взглядами два важных дельца. У одного костюм в серую полоску от Franco, если не ошибаюсь, Perelli, галстук от Gynoss и роскошная ручка Rhonsons с золотым пером. Второй не менее представителен – бесконечно стильная двойка от Bill Omni, такой же галстук, рубашка жутко престижной марки Davidson, а запонки на её накрахмаленных манжетах – чудо ювелирного искусства! Перед собой они разложили стопки бумаг, что-то обсуждают, иногда первый касается их своим золотым пером, ставя размашистую подпись. Я не вижу её отсюда, но не сомневаюсь, что и над его росчерком поработала команда имиджмейкеров, Сразу понятна главная ошибка этого человека – при взгляде на него тут же понимаешь, что шик-то привнесённый... По-моему, основная задача элиты в наши дни – выглядеть не просто красиво, а так, чтобы при взгляде со стороны не возникало мыслей о том, сколько стилистов принимало участие в укладке причёски, сколько дизайнеров продумывало детали костюма, сколько инструкций было получено от отдела связей с общественностью... Эти двое делали свою работу с удовольствием, попивая кофе осторожными глоточками, не тратя времени даже на ланч. Так действуют истинные профессионалы – без спешки, но успевая больше остальных. Кто-то хочет обвинить их в ограниченности? Не стоит. Не думаю, что многие из обвинителей отказались бы поменяться с ними местами. Каждый вправе выбирать форму проведения досуга и способ получения от жизни удовольствия. Всё дело в том, что эти ребята посвятили себя командованию людьми, а это никогда не становится рутинно-скучным. Желание власти живёт в каждом. Достигая поставленных целей, они получают удовольствие, которое тем больше, чем дольше преследовалась цель. Счастье – это преодоление сопротивления. Таково единственное определение слова «счастье», которое я принимаю.

Отлично посидев в кафе, я погулял ещё пару часов и отправился домой, чтобы на сон грядущий провести несколько дуэлей в Shaqe против компьютера. Но мои радужные планы разбил, как стекло, звонок Анри в 23:29. Он потребовал, чтобы я немедленно отправился с ним куда-то. Похоже, он нашёл, кому была нужна Моргана... Анри посоветовал мне вместо обычного пистолета взять парные Abuser, а сам, как всегда, выбрал два Phoenix...

Кстати, Митер, я думаю, тебе пора распроститься с твоим шотганом. Он слишком громоздкий, на мой взгляд, а по техническим характеристикам те же Фениксы его обходят. Есть, конечно, и у последних недостатки – маленькая скорость стрельбы, долгая перезарядка, мощнейшая отдача и необходимость покупать обоймы у Оружейников. Самому обойму не снарядить: Феникс стреляет маленькими цилиндриками по 79 мг, летящими со скоростью 5 км/сек. Пробивают они всё. Из-за большой скорости человека просто размазывает по ближайшей стене, а дырка от этого волшебного изобретения втрое превышает диаметр пули. В обойму десяток пуль накачивают под каким-то сверхдавлением; секрет взрывателя Оружейники не променяют даже на коллекцию нейрочипов.

А как Феникс блестит – ну, истинно хирургический скальпель! Он и есть точнейший скальпель – в умелой руке, конечно...

Анри, как обычно, ждал меня, поглощая чипсы.

– Знаешь, сегодня мы поедем на твоей машине, – сказал он вместо приветствия. – Я поразмыслил и решил, что так будет удобнее. Район назначения – С-12.

– Что? Самое злачное место полиса?

– Самое весёлое место полиса. Я там иногда бываю.

– Развратник!

– Не надо сгущать краски. Там есть и приличные места. Именно в них мы и не пойдём... Хочешь чипсов?

– Ты не мог пораньше позвонить?

– Мог. Но сейчас – самое клубное время.

Демонстративно не отвечая, иду выводить машину из гаража.

Когда я выехал и остановился перед Анри, он, поедая чипсы, осмотрел машину со всех сторон, потом плюхнулся на соседнее сиденье со словами: «Ну и изуродовал же ты свою Ghyula!» Немного повертелся в кресле, устраиваясь поудобнее, потом заявил:

– Езжай не слишком быстро и оч-чень аккуратно – я не хочу растерять здесь свои чипсы... Кстати, ты надел панцирь?

– Я всегда его надеваю. Даже когда иду в магазин за кефиром.

Мы плавно тронулись с места. Анри достал чипе и захрустел.

– Знаешь, мы сейчас направляемся в суперклуб. Там на сегодняшний день одна из самых модных дискотек, куча кислотных перцев, много слабенького алкоголя и полно наркоты. Я раздобыл информацию, что Монроз, владелец этого заведения, заказывал Моргану. Думаю, он не откажется нам рассказать, зачем, если есть куча лучших и более дешёвых наркотиков!

– А если откажется?

– Напомни: я уже спрашивал тебя про панцирь?.. Кстати, я тут твой портрет нарисовал на досуге. Но не буду никому показывать, а то у истинных ценителей прекрасного сердца не выдержат... Тебе я тоже его не покажу – иначе плохо будет уже моему сердцу!..

Ненавижу район С-12. Это самое популярное место в городе – и там больше всего молодёжи. Имеются заведения на любой вкус – от гладиаторских боёв до грязных отелей. Многочисленные аляповатые вывески слепят глаза ядовитыми цветами. Здесь собирается народ, недалеко ушедший в своём развитии. Вечеринки, тусовки, дискотеки... Алкоголь, наркотики, разврат...

– Останови, – попросил Анри. – Мне надо купить газировки, запить чипсы. Тебе чего-нибудь захватить?..

...Эти люди мне непонятны. Так жить, как живут они – это просто. Никакой борьбы – ни с собой, ни за други своя... Иногда я изменяю своей толерантности и думаю всерьёз, что такая жизнь не должна иметь место. Все эти волосы, выкрашенные в салатовый... Декоративные металлические вставки под кожу лица... Более чем странная одежда, похожая на сон наркомана, получившего дозу после долгой ломки... По отдельности это может не раздражать, но взятое вместе – просто отвратительно! А ещё и мерзкая электронная музыка, под которую можно только дёргаться в припадке!.. Я люблю хорошую электронную музыку, интеллектуальную электронную музыку – а бесконечную долбёжку не переношу: она вызывает у меня неконтролируемые приступы агрессии и желание всех покрошить, чтобы потом усесться с кубком свежей крови и слушать что-нибудь величественное из классики...

– Скажи, Анри, ты никогда не терял чувства реальности? Не видел снов, когда не думаешь, что это сон? Не путал виртуальность с реальностью? – спросил я, пока мы стояли в одной из пробок.

Анри посмотрел на меня очень странно.

– Что с тобой? Ударился в мистику?

У Нейромантов никогда не пропадает чувство реальности. Это для нас так же естественно, как ощущать, где верх, а где низ. Мы можем управлять своими снами, мы не подпадаем под действие любых видов гипноза или машинок, влияющих на мозг, которые так любят наркоманы. Скорее мы разучимся дышать, чем перестанем чувствовать реальность.

Пауза. Похлопывание руки по рулю.

– Знаешь, иногда мне кажется, что я теряю это чувство. Не в том смысле, что попадаю под влияние виртуальности, как обычные люди. Просто перестаю воспринимать виртуальность тем, чем она действительно является – кучей байтов, совокупностью электрических импульсов... Я воспринимаю ее кажущуюся суть. Создавая свои миры, я замечаю, что почти не отдаю определённых команд программам. Хочу, например, чтобы по аллее катился оранжевый лист – и тут же он появляется... сам собой прилетает ветер нужной силы...