Чтение онлайн

Всё ещё усмехаясь, она начала колдовать над пультом управления лечебным блоком.

– Ну вот!
– сказала она.
– Теперь она может слышать нас, а мы её. Оп! тонкий пальчик Бабочки нажал на кнопку пробуждения, и мы услышали тот же противный звонок, который привёл в сознание меня, несколькими минутами раньше.

– М-м-мммм... Мама, перестань!
– донеслось изнутри сонное ворчание.
– Я не пойду сегодня к этому противному баронету!
– Тут девушка раскрыла глаза и удивлённо уставилась мне в лицо.
– Эй! Ты не моя мама! Кто ты? Где я нахожусь?
– Она попыталась подняться и обнаружила, что лежит голой в каком-то вязком веществе.
– Что это?!!

Почему-то у всех насильно помещённых в лечебный модуль одинаковая реакция при пробуждении. Девушка резко подскочила, вернее попыталась это сделать, врезалась головой в потолок модуля и сползла обратно, тем не менее очень изящно прикрыв рыженький пушок между безупречных бёдер правой и крепкие яблочки грудей - левой рукой. За моими плечами сдавленно захихикала Задира, а Бабочка толкнула меня в бок: "говори!".

Я выдала самую успокаивающую улыбку, на какую была способна в тот момент и произнесла:

– Спокойно, Эвелина Флоренс Найткастл Младшая! В этой комнате нет мужчин! Позволь представиться, так наверное принято в вашем высшем обществе! последнее предложение почему-то прозвучало отнюдь не успокаивающе, за что я получила ещё один тычок от Бабочки.
– Здесь меня все зовут Мечтой, вот это, Я показала на Бабочку.
– Бабочка, а вон та давящаяся смехом девица - моя подруга. Её зовут Задира. Что касается того, где ты находишься. Это база бригады "БОЕВЫХ ОС", расположенная в Антарктиде. Сейчас мы находимся на глубине двух с половиной миль под поверхностью планеты. А ты лежишь в лечебном модуле и отходишь после контузии.

– А-а-а...
– протянула Эвелина, немного расслабляясь.
– Что я делаю на этой базе? Я не знала, что у нас есть базы в Антарктиде.

– Разве ты ничего не помнишь? Бой на дамбе, робот, приставивший тебе к голове большую пушку?

– Ну-у-у... Мне приснилось... А откуда вы об этом знаете? Я что говорила во сне?
– похоже она ничего ещё не поняла.

– Послушай меня внимательно, Эвелина! Это был не сон! Внутри того робота была я, и я же разнесла в клочья твоего "Наблюдателя", и опять я же вытащила тебя с этой чёртовой дамбы за полминуты до того, как она взлетела на воздух. Ты находишься не на территории Объединённых Наций. Эта база Сил Самообороны Новы. Вот взгляни.
– я показала ей значок на моём боевом костюме.
– Это эмблема нашей бригады. А вот здесь - видишь - герб Новы. Теперь ты военнопленная.

– Не-е-еееет!
– пронзительный вопль отчаяния забился о стенки лечебного модуля.

Она попыталась подняться, совершенно забыв о последствиях. Ну и конечно же стукнулась и с головой окунулась в целебный гель. Надо сказать, что вкус у этого вещества такой, что касторка после него кажется мёдом. С чисто академическим интересом я наблюдала, как вынырнувшая Эвелина, корча дикие рожи, пытается откашлять попавший ей в горло гель. Из её глаз ручьём текли слёзы, но вообще-то она имела весьма комичный вид. Я заметила, как затряслись от беззвучного смеха плечи стоящей рядом Бабочки. А Задира просто расхохоталась во всё горло. И тут сработал один из древнейших рефлексов человека - услышав, что над ней смеются Эвелина разозлилась, а с приходом гнева, страх и отчаяние улетучились без следа.

– Что вы хохочете?
– закричала она, когда жжение в её горле немного поутихло, а слезы перестали течь из глаз.
– Я чуть не задохнулась от этого поганого: как-его-там-называют!! Немедленно выпустите меня из этой штуковины!!! Иначе я вам всем так покажу!!!
– Её удивительные изумрудные глаза замерцали черными искорками здорового бешенства, и она врезала кулачком изнутри в стеклянный купол модуля.

Ничего кроме новой боли она, конечно же, не добилась, но глядя как она беснуется, я тоже присоединилась к смеху своих подруг. Мы не были садистами, но как следует встряхнуть девушку было просто необходимо, да и её поведение оказалось почему-то очень забавным. Слыша наш звонкий искренний смех, и понимая что он совершенно обоснован, Эвелина просто взбесилась.

Она изо всех сил руками и ногами стала колотить стенки лечебного модуля, взвизгивая от ярости и боли. Единственной наградой за старания были новые порции проглоченного геля, которые огнём стали жечь её внутренности. Наконец, обессилев и почти задохнувшись, она жалобно простонала:

– Ну пожалуйста...

Я перестала смеяться и сказала Бабочке:

– Принеси ей какую-нибудь одежду.

Потом кивнула Задире, чтобы она зашла с другой стороны модуля, на всякий случай, и обратилась к Эвелине:

– Сейчас ты выйдешь наружу, но прежде тебя очистят от геля и высушат.

Это сделает сам модуль, лежи спокойно, и когда моющая жидкость дойдёт до лица - задержи дыхание. Постарайся выдержать. Потом тебе будет легче, я обещаю.

Измученная девушка слабо кивнула и я нажала на кнопку, запускающую очищающий режим.

Когда лечебный модуль раскрылся, она не смогла даже приподняться, чтобы выбраться оттуда. Я подхватила её подмышки, ощутив ладонями шелковистую нежность её кожи, и бережно вынула наружу.

– Её мутит от лечебного геля.
– произнесла подошедшая с чистым рабочим комбинезоном Бабочка. И в самом деле лицо Эвелины было положительно зелёным.
– Вот, Мечта, дай ей рвотное.
– Она протянула мне маленькую капсулку-таблетку и стакан воды.
– Задира, возьми одежду, потом сами подберёте ей более подходящую.

Я подвела Эвелину к утилизатору и заставила её выпить лекарство, почти ничего не соображающая девушка машинально проглотила капсулу и снова обмякла в моих руках. Пришлось дать ей пару пощёчин, чтобы привести в себя.

Затем я наклонила её над утилизатором и стала ждать. Рвотное средство подействовало очень быстро - тело Эвелины судорожно содрогнулось и она выплеснула в утилизатор содержимое своего желудка. Пока девушку рвало, я поддерживала её, чтобы она не упала на пол. Глядя на её вздрагивающие плечи, я подумала, что все её знакомые мужчины наверняка сходят по ней с ума. Наконец она перестала дёргаться от желудочных спазм, я подхватила совсем лёгкое тело на руки и отнесла на диванчик, стоящий около стены.

– Выпей!
– всунула я в её губы трубочку от бутылки, переданной мне Бабочкой.

Эвелина послушно зачмокала, глотая жидкость, и постепенно с её лица сползло мученическое выражение.

– Тебе уже лучше, правда?
– я ласково убрала спадающую ей на лицо прядку волос.

Она неуверенно улыбнулась, всё ещё до конца не веря, что боль ушла, и сказала:

– Голова немного побаливает.

Вот зараза!

– Ничего это скоро пройдёт. Давай я одену тебя.
– я потянулась к её ногам, чтобы всунуть их в штанины комбинезона, но она неожиданно выхватила его у меня из рук и заявила: