Одна жизнь Сарро ла Касса
Шрифт:
«Да, я здесь!» — зазвенел в ушах голос Ориби, приземлившегося в двух шагах от Сарро, — Я не могу вернуться обратно в тело… и не могу заговорить с Ней… это ужасно…«
– Что же делать?
„Я не знаю… Не знаю, сказать ли Бекке или нет… Скажи ты, прошу… мои силы могут оборваться на полуслове… Прости меня, Сарро!“
„Бе…ка!“ Она замерла.
Тишина.
– Наверное, я с ума схожу…
Прошло несколько часов. „Бекка! Мне так холодно…“ Из рук выпала ручка, чернила капнули на тетрадь. „Опять!“
– Где… что происходит? Почему ты молчишь?! Ориби… „ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! ПРОШУ, ВЕРНИСЬ! ОРИБИ…“ — мысленно взывала она.
Не помогла и прогулка. Противный, если даже не удушающий запах альфы и адское жжение на коже на месте алого кулона не дали ей забыться даже на миг…
Я пожала плечами.
– Но, если на то пошло, Сарро тоже говорит… и все вампиры…
„БЕККА! Я ЗДЕСЬ, ОБЕРНИСЬ!“ Она зажала уши, в надежде избавиться от этого наваждения.
– Кто… Где ты? — прошептала сквозь стиснутые губы, — Прошу, покажись…
„Не могу…“ Снова тишина.
– Да сколько можно!
– Бекка!
Девушка вздрогнула.
– Луна, ах это ты… Прости, я немного задремала.
Голубоволосая покачала головой.
– Ничего страшного. Ты…
– Ты чего-то хотела? — перебила Бекка, — Ты так бледна…
– Как обычно! Ничего сверх! Хотя…
– Да, я знаю, глупо спрашивать о таком… Тем более, что ты…
– Я знала Ориби всю свою жизнь… — Луна села на диванчик напротив Бекки. Её глаза были опущены в пол, голос менял интонацию и часто затихал.
– Ты только не плач, смысла нет, не поможет это ему, — утерла она серебристую струйку с раскрасневшейся щеки, — и ещё… Сарро хотел тебе что-то сказать! Поспеши!
Бекка так и дёрнулась. Цепочка запрыгала из стороны в сторону.
– Не беги так…
Дверь хлопнула. Луна осталась одна. Откинувшись назад, заплакала, тихо, тонко и безнадежно. Что-то с лёгкостью коснулось её плеча. Девушка вздрогнула. Никого вокруг не оказалось.
Кулон обжигал. „С каждым часом всё сильнее и сильнее… Чтобы это могло значить, Ориби? — мысленно шептала Бекка, торопливо идя по лестнице вверх, — Не случилось ли…“
– Это ты! Отчего так долго? Луна уж час, как ушла!
– Простите…
Вампир обхватил её за плечи и уставился прямо в глаза, но взгляд черноволосой был устремлён в совершенно другую сторону, на большой кусок льда. Она сощурилась.
– Не реви! Он жив!
– Не кричи… Я всё прекрасно…
– НИЧЕГО ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ! ПРОВОДИТЕ ЗДЕСЬ УЖЕ ЦЕЛЫЕ СУТКИ! А ТОЛКУ? ГДЕ ОРИБИ? КОГДА Я СМОГУ ВНОВЬ ВЗГЛЯНУТЬ В ЕГО ГЛАЗА ИЛИ ВЫ… ИЛИ ОН…ОТВЕТЬТЕ!
– Чего ты кричишь на меня? Я сделал всё, что было в моих силах! Он жив, повторяю ещё раз!
– Вы сошли с ума! Неужели не ви…
– Замолчи! Прошу! Я понимаю больше тебя, так как с ним одной крови! Ты же… Ну, чего я хочу от человека?..
Бекка села, печально уставившись в окно. Этот крик и правду был для неё неуместен.
– Я так и знала…
В сей миг тишину меж ними разрезало лишь тяжелое дыхание и шум, проезжающих вдали машин. Розы и альфа вновь потеряли свой аромат. „БЕККА!“ Девушка таки подпрыгнула.
– Ты слышала? Вот, сейчас!
Она кивнула.
– Кто…
– Я же говорю тебе, он жив!
– Но как? Как это понимать?
– Он особенный!
– Я это знаю… — усмехнулась она, — Но что…
„Связь установлена! — прозвучало в голове Сарро, — Теперь…“ „Бекка! Не печалься! С каждой секундой, наша связь крепчает! Подумай что-нибудь…“ „Ориби? Как ты можешь говорить?“ „Прекрасно! Это зов моей души! Кстати, не сжимай так пальцы, ноготь сломаешь!“ Она засмущалась. -И правда… -Его душа, по-прежнему, жива, а вместе с ней и желание жить, оно бьётся где-то в глубине замерзшего тела! — вдруг сказал Сарро, — Теперь, ты убедилась? Безмолвие. Слёзы. Жар. Камень, словно мост между мирами, желающий проникнуть в самую глубину души Бекки.
– А Вы говорили, самоубийца…
Прошло несколько часов. Настал вечер, и засверкали первые звёзды. „Вампира может спасти только кровь, ибо остальное он может получать и при жизни! — вертелось в голове Бекки, тихо крадущейся по лестнице. Дождавшись, как Сарро вместе с Луной и Энзели соберутся к другой комнате и начнут думать, как быть, она открыла дверь. Обернулась, в надежде остаться незамеченной. Вздохнула и переступила через порог. ‚Ориби! Я спасу тебя!..‘ Пол скрипел. Руки тряслись. Дыхание скорее принадлежало паровозу, нежели живому человеку, но, даже не смотря на это, Бекка шла вперёд. Она схватила ножик, лежащий на соседнем столике, и стремительно сжала его в руках, подошла к ледяной ‚глыбе‘ и стала лихорадочно нажимать на какие-то кнопки, в надежде остановить холод. Безрезультатно. Лишь глухое молчание приборов, потом толчок, жужжание и шум. Девушка отпрянула. Прибор остановился! Процесс разморозки начался. Она сильнее сжала нож и уже занесла его над своей рукой. ‚Моя кровь спасёт тебя, Ориби!‘ — мысленно прошептала она, прильнув головой ко льду, к нему. Сквозь голубоватую стихию просвечивали, точно плясали, капельки застывшей крови. Пред взором пронеслось его лицо, голос, взгляд. Она вспоминала его дыхание, такое нежное, совсем не такое, как у остальных вампиров и вообще особенное…
Рыдала и слышала, как за стеной уже слышится топот бегущих ног.
– Что ты творишь? — Сарро в оскале бросился на неё.
– Ты же чуть не убила его! Что ты себе позволяешь?! Чтоб больше ни шагу сюда без меня!
– Но я… Я хотела…
– Мало ли что! У нас не так много времени! Или ты хочешь сократить его?!
– Простите! Я лишь хотела помочь… — серебристые слёзы покатились по загорелым щекам. Она склонилась ко льду, желая отгородиться от всего мира и погрузиться в этот блаженный холод. Слёзы лились на рану, проникая сквозь хрустальные грани… А Ориби казался таким живым…
Бекка задремала, и тот час же в голове зазвучал голос: ‚Это ты? Прости… Я не могу говорить долго…‘ ‚Ориби?! — замерла в радостном шоке, — Это ты, как же долго…‘ ‚Прошёл всего день… Я понял, что такое вечность…‘ ‚И я…‘ ‚Где ты? Что это за место? Я ничего не вижу… Кругом так темно….‘ ‚Ты не можешь видеть меня и этот мир, все мы не можем, пока живы… Но я вернусь… Обещаю любить тебя вечно… Прошу, помоги…‘ — голос оборвался. Она очнулась.
– ОРИБИ!.. — крик раздался эхом по комнате.