Одна жизнь Сарро ла Касса
Шрифт:
– Это не Альфагесс! Где мы оказались, Сарро?!
Кулон, трепыхающийся на шее, вновь стал горячим, засверкал и начал обжигать кожу.
– Это вышло случайно… Когда мы бежали, вероятно, ты не заметил, как мимо промчался поезд.
– А вот и нет! Элронд говорил… Помнишь географа? Рассказывал о них, быть может, не тебе… Это – поезда-призраки, навечно уносящие своих путников в иные времена… Это был билет в один конец, и ещё… ты не был в Альфагессе, тебя не смутило исчезновение альфы?
– Очень. Но, признаться, мне было не до рассматривания деревьев… А где же тогда?
– Как же тогда Клио и Лэн сумели отыскать нас?
– Остатки магии Керроу. Использовав их, она не ожидала столь тяжёлого действия, подорвав силы обоих и ускорив близость человеческой смерти.
Я замер.
– Значит, мы правду одни остались?
Сарро кивнул.
– И ещё, я ведь просил тебя не летать?
Опешил.
– Да.
– Так в этом вся суть.
– Какая суть? Я не понимаю тебя!
– Заставь их исчезнуть!
– Прямо сейчас?
– Немедля!
– Тогда взлети!
Напрягся, изо всех сил выгнув спину и тело.
– Не могу… Не получается!..
Я кивнул. Ужас, шок и растерянность брала верх над сознанием, я не знал, что делать и как теперь жить.
– Первым делом, мы должны выйти из этого леса.
«Готов или нет… Как я могу показаться людям таким?- думал, проводя рукой по крылу,- Как? Разве люди примут меня?»
– Молчи и иди за мной! – не слушая и не отвечая,- воскликнул Вампир.
Сколько прошло время – не знаю и не суть, но, обзавёвшись паспортами и вступив на порог новой жизни, Сарро ничуть не изменился, да и я, собственно, тоже. Этот мир был ужасен, груб и скверен. Сколько же прошло лет, и что заставило людей отказаться от всех былых идеалов? Мы, как два пришельца, едва понимая местный язык, взирали на него, крепко взявшись за руки и стараясь не оглядываться назад. Ла Касс уговаривал меня также пойти на работу, но я не мог. Во-первых, с виду несовершеннолетний, ну да это пустяк, а главное – крылья! Каждый раз, день через день гонимый Сарро по разным причинам, к счастью, лишь поздним вечером, я был вынужден терпеть смех за спиной, крики и оскорбления. Некоторые хотели меня убить, другие – вырвать перья и повесить себе, как трофей. Как жестоки были они, не понимая того, чего причиняли своими острыми и бездумными кинжалами слов! Сперва я обижался, затем привык. «Ты сам виноват,- так и звучали в голове слова Сарро,- а клялся…» «Это всё из-за меня! Как они примут меня?»… Люди раздражали всё больше и больше. Сил выносить подобное уже не оставалось!
Вампир пытался успокоить, пожалеть. «Но к чему мне были его слова? Людей ими не изменить! Ничем и никогда… Они просто не могу принять меня таким и рано или поздно убьют!» Я молчал, тоска душила, но говорить с Сарро было бесполезно. Он слишком изменился, чтобы понять меня, и так я остался один…
– Ты помешался на своём одиночестве! Но им не вернёшь их! Не ты ли всегда говорил: «Идти, не взирая ни на что?!»
Никому не нужный и навсегда обреченный, я не мог летать, читать мысли и делать всего того, чего с лёгкостью мог раньше. Я стал человеком, клыкастым и крылатым, но не более того, а ещё я стал легендой, да, именно ей, и это было самое страшное. Когда зажигались первые звезды и какие-то дети не хотели слушаться своих родителей или вступали в спор с кем-либо, всякий раз люди начинали говорить и угрожать мною, мол придёт за тобой крылатый и унесёт с собой в странный мир. Это дошло до того, что я уже всерьёз стал подумывать о том, как избавиться от крыльев. Но мягкие пёрышки, так ласково согревающие тело своим теплом уже многие годы и веющие воспоминания о давно исчезнувшем прошлом, наотрез возвращали меня к реальности. Я любил их и не мог позволить себе пролить собственную кровь! Ни одной капли. С ними – мне никогда не стать таким, как все. Так и погибнуть не сложно. В который это уже раз? И как же быть? Я молчал о том, как некоторые люди – их лиц не успел запомнить – не раз грозили, что встречусь ещё раз – оторвут крылья или убьют. Так страшно было выходить даже во двор, чтобы подышать свежим тихим морским воздухом. Здесь жизнь стала мне дороже свободы, и я удивлялся, как можно было прежде не ценить её? Но даже среди этой серости жизнь упорно заставляла тянуться к себе. Помню, выйдя на улицу, под серыми тучами и накрапывающим дождем, что-то резко прижалось к моим крыльям, точно ища защиту. Я обернулся, признаться, малость от страха. Девочка! Лет десяти с виду. Она вся промокла и дрожала, в изумлении глядя на меня.
– Кто ты?
Она взвизгнула, вероятно, не ожидала, что я начну разговор, невнятно пробормотала что-то.
– Откуда ты?
– Убежала…
С того дня Анка, Анкалимэ, часто приходила на то самое место встречать меня. Конечно, она – ребёнок, но я отчего-то стал увереннее. Согласитесь, хорошо иметь родственную душу. Девочка жила невдалеке от нас, но о походах к «ангелу», как она называла меня, без конца заставляя смущаться, молчала. Она слушала мою историю, вздыхала и просила повторять снова и снова, пока однажды не пришла с подругой. Как сейчас помню её глаза, это удивление от моих крыльев и немой крик. Мне было страшно, но когда она рассказала, что обожает птиц и, что неудивительно, хотела бы быть такой, как я, стало намного легче. Да, она могла рассказать кому-то из неприятелей, но, к счастью, этого не случалось. Шли дни, «поклонников» становилось больше. Я больше не чувствовал себя одиноким и угнетенным, казалось, жизнь стала улыбаться мне. Подростки и даже один пацан лет двадцати, все они были хорошими людьми, напрочь противоречащими устоявшимся образам Сарро. Все они знали меня и не отвергали, наоборот, предупреждали о тех, кого лучше миновать и где лучше лишний раз не показываться. Была среди них одна, Лили, до боли напоминавшая Бекку, до того, что мурашки бежали каждый раз по моим рукам, стояло было взглянуть в её лицо. У девушки была большая фантазия, но я, лично, не был с ней знаком, просто однажды Анка упомянула это, в сотый раз спрашивая откуда у меня крылья. «Это так невероятно! Даже Ли не придумала бы так!» На что я с удивлением замечал, как мечтательно смотрела на меня она, как дрожали руки и язык, словно в желании рассказать что-то, и как горели глаза. Меня пугала эта схожесть, хотя иначе, как совпадение, я не мог её объяснить…
…Прохлада. Тёплый мех куртки сурком обернувшийся вокруг шеи. Безмолвие и звёздная бездна.
Снова толпа. Люди! Подростки, те самые, что случайно заметили меня вчера.
– Да ничего особенного, – говорящий высунул руку из кармана, сжав нею «это», сделал несколько шагов вперед и уставился прямо на меня. Как омерзительно было его лицо, эти короткие, кривые светлые волосы, дикая, поистине звериная ухмылка, точно оскал.