Одна жизнь Сарро ла Касса
Шрифт:
– Вернись на Землю!
Вдали показался ла Касс. На сей раз он заметил нас, взволнованный и бледный, взглядом явно ищущий кого-то. «Сколько я его еще сегодня увижу и услышу?» – пронеслось в голове, но не прошло и пары секунд, как учитель, как ни в чем не бывало направился в кабинет.
– Значит, иностранный… – пробормотала, глядя в пол, как бы отвечая Бекке.
– Я уже поняла!
На сей раз зашла последней, медленно устремившись к своей парте, краем глаза замечая, как веселы были новички, как свободно и расковано чувствовали себя в этом сумеречно-тёмном кабинете, словно бывали здесь далеко не в первый раз. «Что-то здесь не то»- подумала я, доставая учебник. Урок начался, но не для всех. Саша отсутствовала. Я постоянно глядела на часы – она так и не появилась… «Не предупредив никого! Но почему? Саша, где же ты сейчас?...»
Находившаяся под переменной властью Бледа Кер Лоо, Саша, отказавшись от других, не отдавая себе никакого отчёта, лишь исполняя его пожелание, молча брела куда-то вдаль. Однообразные стены сменяли друг друга. Путь ей указывали розовые огоньки, точь-в-точь такие, которые видела я вчера ночью. Саша поднималась по длинной лестнице. Она миновала зал с рыцарями и холл с картинами. Наконец, остановилась. Было тихо. Слышалось лишь размеренное дыхание девочки. Голос Блэда был тихим и мягким, он гипнотизировал её, заставляя идти в неизвестность. Понимала ли Саша, что делает или безотчетно подчинялась духу, – не известно и сейчас не имеет значения. Вдали была дверь. Что скрыто за нею? Она распахнулась. В глаза брызнул яркий свет. Девочка перешагнула порог. Возвращаться назад было уже поздно… Послышался тихий смех сопровождающего. После хлопок.
– Вот она, Лэн!
« …Мы выбрали другие имена, забыли только душу поменять…»
«Как быстро всё произошло!- думал Блэд,- И как много лет… А вроде только вчера я был ещё жив… Как же стремительна жизнь! И как несправедлива! Взять, к примеру, Лэна. Он так редко со мной говорит… Конечно же, и мне это дается тяжело, но всё же? И вообще он наивен, думает, мне это тяжело? Да я ведь часто развлекаюсь с девчонками! Взять, к примеру, Вегу. Однако я не врал ей. Просто пообщался. Скука после смерти особенно мучительна…»
Сарро сделал резкий разворот к доске.
Я пригляделась. Действительно, у учителя было несколько красных пятен, словно ожогов. Ещё миг и, он развернулся к классу. В первое мгновенье даже показалось, что из-за этого разглядывания. «Или он видит третьим глазом?»
Я пожала плечами. А как хотелось знать! Было тихо. Из окна веяло лёгким прохладным ветерком. Учитель медленно вдыхал его, ничего не говоря и, бесспорно, о чём-то думая. «О чём он думает?» – не унималась я, пытаясь вникнуть в происходящее, а не в параграф.
Ещё бы! Ведь она постоянно рисовала на полях, а это – чернила! Глаза учителя вспыхнули. В них вновь засияла прежняя резкость и «жизнь».
– Пиши кровью, – сказал он с каким-то необыкновенно обыденным спокойствием, будто сам делал это изо дня в день и уже привык.
Я навострила уши. Узнаю прежнего Сарро! Шутки шутками, а жажда действительно брала над ним верх, и учитель, как мог, скрывал свою сущность. На последних партах послышался смех. Совпадение или нет, но среди нашего класса это была почти самая излюбленная шутка. Придумали её давно и, имя автора затерялось с годами. Казалось, даже Сарро заулыбался и, было чего – его фраза не привлекла ненужного внимания. Но в этом он всё же ошибся…
И отчего я за столько лет не сумел обрести свободы. Почему не сбежал от Омедерро, спросите? Пытался, и не один раз. С Эмби и с Луной – тщетно… Видать, я навечно застрял здесь, до конца жизни обреченный быть простым школьным учителем… Но не бывать этому! Пусть они не разделяют и не верят в мою мечту – я сам проложу к ней дорогу!» – думал он, совершенно позабыв об уроке. Краем глаза я видела, как Бекка снова обернулась в сторону Ориби, расплывшись в мечтательной улыбке.
– Похоже, что твоя подруга влюбилась, – прошептал Лэн, – Надо же, я угадал!...
Поглядела на часы – через десять минут должен прозвенеть звонок. Я встала, на ходу Лэй передал мне свою работу, и зашагала к учителю. Он поднял голову и устремил свой взгляд на меня. Впервые за долгое время мы глядели друг на друга так близко. Его глаза, добрые и тревожные; красивые и таинственные были крайне необычного цвета. Уверяю вас, это были не линзы и кроваво-красный цвет принадлежал им от природы. С печальным выражением лица, он принял из моей руки тетради. Я возвращалась до своей парты, что бы взять сумку и сложить вещи, но тут обернулась и чуть не споткнулась об огромный портфель Энзели, и чуть не упала. «Что он туда наложил?!» Послышался шум. Лэй засмеялся, сказав, будто я не вижу дороги. Я промолчала, взглянула на учителя, тот не ответил. Вообще, он редко говорил, а если начинал, то уже не мог остановиться. Когда говорил, то по привычке ли редко разжимал рот во все тридцать два. Что он скрывал? Теперь я могла уже догадываться. До конца оставалось 7 минут. Ученики один за другим сдавали свои конспекты. Время тянулось медленно, словно застывшее. Учитель принялся копаться в столе. Искал ли он так что-то или просто убивал время – не могу знать. Вдали класса уже начались разговоры, а звонка всё не было и не было… Как обычно бывало в таких случаях, если работа сделана, а время осталось, мы могли свободно ходить по кабинету. И тут на секунду я заметила, как Сарро и Луна исчезли из поля зрения. Тогда же за стеной предстал следующий разговор:
– Тебя я бросить не могу,
Предупредить обязан вновь.
– Зачем ты им сказал про кровь?
– Увы, пришлось, я вновь не смог.
Летел тебе одно сказать
И вот попался в свет…
– Да, папочка, уже рассвет.
Так что должна я знать?
– Что ла Мурр явилась в школу,
На глаза не попадись!
Ведь она погубит жизнь,
Сея гибель Холлу.
Попрошу тебя помочь мне –
Мир спасти от её грез,
Шутки для неё всерьез!
При большой Луне.