Одна жизнь Сарро ла Касса
Шрифт:
– Я не испробовал все способы!
При слове «все» призрак замер – в его сознании вспыхнули жуткие предметы того, о чём лучше будет не упоминать.
– Но Лэн!
– Молчи!...И не говори мне о нём!
Блэд сконфузился.
– Я не понимаю твоей цели… Тебе стоит отпустить девчонку! – вскричал он.
– А я знаю всё!
– Друзья! Грядет буря! – сказал вампир, увидав Элронда и Николло,- После случившегося сегодня, мы должны быть во сто крат внимательнее и настороженнее! Я вынужден признать, что обязан сказать Клио правду!
– Клио может испугаться истины….
– Дабы уверить окончательно – девчонка ведь в замешательстве!
Демонесса лишь взмахнула крыльями и надула губы: – Я же вижу, а ты меня обманываешь!
– Ну, что ты так? Я ведь молчу. И давно. Эх, уговорила, – и алфиринка принялась за старое,- А хочешь, я расскажу тебе одну легенду, она, как я знаю, даже древнее нашего мира? Но сперва о самом Алфирине.
…Это был цветущий мир, не знающий печали и слёз. В нём всегда царили счастье и радость. Здесь исполнялись мечты, расцветали на радужном ветру… Сотни цветов россыпями звёзд красовались на каждом шагу. Их изумрудные листья сверкали в солнечных лучах, а божественный аромат сводил с ума… И любой, кто хоть раз в жизни побывал здесь, безотчётно влюбившись во всё увиденное, оставался здесь навсегда, дабы прожить до своего самого последнего дня в счастии. Диковинные птицы с золотым оперением, сотни пушистых комочков жизни сновали тут и там. Люди и животные мирно существовали друг с другом сотни лет, взаимно помогали друг другу. Последние даже умели говорить, мыслить и выполнять любую работу. Здесь все были равны. И у всех царили мир, спокойствие и любовь. В последние годы, – прервалась учительница, – животные утратили этот дар… Смех лучистым звоном разлетался над миром, гонимый крыльями мечты. Лазурные озера с прозрачной сапфировой водой всегда были теплыми, в них купались и ныряли дети, влюбленные дарили жемчужины, «отдавая» с ними и свои сердца. Здесь не было зимы, холода и печали. Здесь царила вечная весна. Лишь на самых далеких горах держались снежные шапки. Зато как они были красивы! С вершин спускались источники, рассыпаясь на ветру кристаллами живой воды. Они творили реки, а те перерастали в моря… Огромное количество плодовых деревьев, покрывало холмы коврами розового цвета. Эта красота завораживала, заставляла забывать иной мир, манила своей чарующей музыкой. И люди жили в окружении этого счастья долгие годы. Все были долгожителями и умирали лишь те, кто творили зло. Природа не щадила таких…
– Но и это небо разрезали стрелы боли, – не делая пауз, прошептала Эмби, – набеги жестоких троллей разрушали дома и забирали урожай, но не убивали… Сонни ликовала, всласть пересказывая математичке намеренно искажённые и преувеличенные слова Эмби!
– Легенда…Тролли… Сеющие страх и безнадежность на Алфирин... Хм… Они правду существуют ,или это лишь легенда? – то и дело спрашивала Элайда,- Звучит не плохо, ты знаешь, где они и кто такие на самом деле?
– Увы! Но, мне кажется… Эдмонд все знает! Щеночек, это правда?
Оборотень встрепенулся.
– Как ты меня назвала, мерзкая женщина?
– Так-то оно так, да что с того?
– А чем не способ против девчонки? Они же «крайне опасные твари»! Это звучит многообещающе!
«Не сказал сегодня, а если не смогу завтра… Как долго Бекка будет пребывать в неведении? Как отреагирует, узнав истину? Не хочу даже думать, чтобы она тоже отвергла и предала меня, ведь я чувствую – она иная! Она – не Энже и никогда не станет такой! Как близко я нахожусь к ней сейчас! Чувствую её дыхание и тепло! Как жаль, что она не видит и не ведает того же обо мне…»- печально думал Ориби, бредя в сопровождении брата по школьному коридору. Воспользовавшись своими силами, они изменились – стали невидимыми, и это было так здорово, что, мало сказать, дух захватывало! Особенно нравилось брату. «…А ещё мы умеем летать, быть невидимыми и обладаем телепатией!»- не унимался Энзели, – Как же это прекрасно!» «Не забывай главного, – ответил лиловоглазый, – Какой ценой мы стали такими! Ты, конечно, прав, то, что мы не люди, порою очень хорошо»! – он приподнял уголки губ, в данном случае от не наигранного осознания превосходства, а также от того, что с Энзели лучше не спорить. Можно, нужно, дабы не быть «рабом», но и не лезть на рожон к злому безжалостному деспоту-вампиру! «Да, знаю я, знаю! – ухмыльнулся,- И что с того?» «Что прекрасного быть обречённым?»- в мыслях и взгляде Ориби сквозила печаль и отчаяние. «Смешишь! Я так не считаю!» Кампир смолк. «Может, он прав, и я просто не умею ценить то, что имею? После всего пережитого, я, наверное, сильно много думаю о плохом… Но если бы я не думал, разве моя судьба могла быть другой? Разве это я пожелал, чтобы Сандра сделала своё черное дело, а затем, чтобы меня убили? Нет, нет и ещё раз нет – в этом-то и всё дело… Замолчи, она услышит!»- Ориби указал рукой на, идущую вдали длинноволосую блондинку, – на меня. «Ха! Ты думаешь? Она же человек! Ой, рассмешил! И посмотри только, как идёт, боится упасть, не так ведь? В темноте ничего не видит! Вот людишкам-то потеха! А мы-то видим! Как это хорошо! И чего я не стал вампиром прежде? Сколько лет прошло напрасно…»- не умокая, думал блондин. «Ты стал им двадцать два года назад, тебе мало?... «Мало! Всегда мало!» «С тех пор мы совершенно не изменились! Моя внешность, – Ориби взглянул на свои ныне невидимые руки,- Я навсегда останусь парнем пятнадцати лет! Хотя, это хорошо, но ведь это только внешность… Тихо! Она оборачивается! – взволнованный Ориби уставился на меня, – Какой же у неё взгляд пронизывающий! Словно и вправду видит нас!» «Взгляд, как у тебя!»- сыронизировал Энзели. «Заткнись! – в голове Ориби вновь пронеслись слова Сарро,- А ведь он был прав! Сколько лет! Отныне я не должен позволять ему так со мной поступать! Я должен, обязан бороться и победить!» «Мы должны наблюдать за ней! – блондин выждал, как я закрою дверь и, резко схватив брата за руку, устремился вперёд. «Куда ты?!...» «Молчи и иди за мной, увидишь!»
Вернувшись в свою комнату, мне отчего-то стало очень грустно – от желания ли ещё поболтать с Сондрой или чего-то другого? Скорее, от навалившихся проблем и усталости. «Как недавно Луна была вместе с нами! Её наушники и стихи,- я поглядела на все эти вещи, по-прежнему лежащее на её столе,- Почему она предала нас? Почему прежде никогда ничего никому не говорила? – я не плакала, но слёзы отчаяния сами подкатили к глазам. На миг всё поплыло, и взор как бы случайно коснулся тетради, напомнившей о дневнике моих наблюдений за Сарро, – Как же далеко всё зашло! Те шутки, как казалось сперва… – простонала меланхолическим голосом, – Ужасно далеко и не поправимо!…»
Всё, что происходило в последние дни, казалось Саше ужасным сном. Она ничего не понимала и не помнила, не видела и не слышала ни лиц, ни фраз, лишь различала вдали какие-то силуэты. Не вела счета времени – для неё оно исчезло и перестало существовать. Девушке казалось, будто она чувствует движение собственных губ, но что говорила – не знала и не могла помнить. «Кем были те таинственные незнакомцы, в окружении которых была я?»...- гадала девушка, медленно спускаясь по каменным ступеням. Позади никого не было, но ей продолжало чудиться, будто она не одна, постоянно оборачивалась и оглядывалась, но как бы того не хотела, увидеть Блэда она больше не могла … Всё это время в душе кипела борьба, крупицы воспоминаний и голос, тихий, ласковый, даже дурманящий, отдающий какие-то приказы и тот час же застывающий в глубинах памяти. Но сегодня битва кончилась – одна из сторон победила, и это было окончательным решением… С каждым метром шаги Саши становились увереннее и быстрее, теперь она не просто шла, покачиваясь и отчасти придерживаясь за поручни, а бежала. Она видела пред собою дверь, такую знакомую и родную, ускорив шаг, чуть не споткнулась и дрожащими пальцами потянулась к ручке.
Я замерла, холодный пот и горячая кровь ринулись к лицу. Саша!
Мальчишки видели, как розововолосый силуэт Саши радостно прошествовал в нескольких метрах от них и направился в мою комнату. «Она?!- замер Ориби,- Эта околдованная девочка вернулась? Что произошло, что заставило Омедерро отпустить её?» «А тебе – не всё ли равно?» «Нет, не все!» «Отойди, я ничего не вижу! – возмутился блондин, отталкивая лиловоглазого,- И не слышу!» И вдруг – бах! Дверь распахнулась – обе девушки выбежали и направились в другую комнату. Кампир застонал. Разве мог он представить, что быть невидимым так опасно! Что я так резко открою дверь! И как итог – царапина на щеке и стон, раздавшийся над самым ухом Энзели, прильнувшего к стене. А ему как всегда ничего!
– Сказал бы – я отошел!- вскричал Ориби, ладонью касаясь лба,- Как всегда!- возмутился он, указывая на кровь между пальцев.
– Это я-то? Кто подтолкнул?!
«Его кровь!» – блондин уловил сильный сладковатый аромат, вмиг заполнивший пространство на несколько метров вокруг, и инстинктивно втянул носом воздух.
– Это я подставил?!...
Так завязалась драка, и хотя они были невидимы, резкие шаги и удары были очень слышны, и, как всегда бывает в таких случаях, – их заметил тот, кому не следовало. Эдмонд Руш, злой и нетерпеливый оборотень-химик, всем своим существом ненавидевший сангвинаров.