Чтение онлайн

— Задок у тебя — что надо, — с видом знатока пробурчал он озабоченно, — а вот сиськи — того. Слыхал, есть лифчики с вырезами — поднимают груди, оставляя соски голыми. Следующий раз надень… А сейчас — ложись!

— Куда? — равнодушно спросила девка. — Лежанки тут нету…

— Может тебе кровать подсунуть, лярва безмозглая! — неожиданно гневно пискнул босс. — На пол ложись! Брезгуешь — коврик подстели. На вокзале, небось, на заплеванном полу давала, а тут простынку требуешь.

Дупло послушно сорвала со стены ковер с изображением двух белых лебедей, аккуратно постелила. Легла на спину, согнув ноги в коленях. Окинула безразличным взглядом Корня, опасливым — излишне горячего телохранителя. Как бы тот не повредил ей самое важное для проститутки, «рабочее» место.

— Корень, повесели хозяина, а? Покажи свою прыть.

Лягаш попросил-приказал, а сам уперся в шестерку подозрительным взглядом. Терпеть не мог чистеньких да пригоженьких, иметь дело с измазанными дерьмом — не в пример безопасней… Спрашивается, по какой-такой причине Корень брезгливо передергивает плечиками? Не нравится «угощение», которым одаривает его хозяин, или в уголовке платят гуще?

Впрочем, Корень испытан и на изгиб и на излом, подозревать его в предательстве глупо.

— Чужую жвачку не потребляю, — извинительно признался фельдшер, глядя прямо в глаза Лягашу. — Пусть уж Кариес порезвится…

Ожидаемого гневного взрыва не последовало — босс ограничился ехидной ухмылкой.

— Наверно, моей болезнью страдаешь? Сочувствую, дружан… Ну, что ж, Кариес — вперед…

Телохранитель дрожащими руками принялся снимать штаны. Девка не рискнула протестовать — обреченно завздыхала.

В это мгновение заквакал телефон сотовой связи.

— Погоди! — приказал хозяин, хватая трубку. — Поговорю — тогда начнешь…

Кариес застыл со спущенными штанами. Дуплишка поднялась на локте и с любопытством уставилась на Лягаша. Корень без разрешения присел на край лавки, стоящей около деревенской печи.

— Слушаю… Да, да, это я… Понятно… Спасибо… Баксы — за мной… Говоришь, через три часа?… Немедленно смываюсь… Спрашиваешь, куда? Дураков нема, не скажу, мой номер тебе известен, звони… Ах, значит, все же желаешь знать адрес моей следующей «норы», — молчание, Лягаш вслушивался в доводы абонента. — Понятно. Пиши — Бронницы. Приеду — позвоню. Жди.

Раздраженно отшвырнул трубку. Задумался. Через несколько минут на остром личике промелькнула хитрющая гримаса, между раздвинутыми губами показались неровные, порченные зубы.

— Представление отменяется. Кариес, натяни штаны, оттуда дерьмом воняет. Дупло, хватит морозить себе ляжки — пригодятся. Корень, спрячь лекарские причиндалы — сейчас не до лечения… Срочно смываемся!

Через полчаса неприметный «жигуль» каких на подмосковных дорогах тысячи, мчался на Бронницы. За рулем — Кариес, рядом с ним — Корень, на заднем сидении поглаживает проститутку Лягаш. Равнодушно гладит, словно выполняет некую обязательную работу. И прислушиваетя к реакиям своего испорченного организма. Вдруг вспыхнет горящим угольком мужское желание, всколыхнется сексуальное волнение.

Ничего подобного, ничего не загорелось и не всколыхнулось.

— Кто звонил? — безразлично поинтересовался фельдшер. Только для того, чтобы нарушить тревожное молчание в салоне. — Мент?

— А тебе зачем знать? — подозрительно спросил Лягаш, перестав лапать соседку по сидению. — Знаешь, Корень, воровской закон: меньше будешь знать, дольше проживешь?… Ладно, не обижайся. У меня информаторов хватает: и сыскари, и обычные менты. Без них давно бы нас повязали и отправили на зону…

— Не боишься, что продадут?

— Боюсь, — понизив голос, признался хозяин. — Потому и секретничаю. У меня с ментами связь отработанная: они мне — информацию, я им — денежки. Немалые денежки, до слез жалко, — разоткровенничался босс. Даже всхлипнул от жадности.

Машина глотала километры. Кариес старался избирать малопосещаемые дороги, избегал оживленные, с множеством машин, с постами ГАИ, с автобусными остановками. Как сказал Лягаш: береженного и Бог бережет. Золотое правило.

Впереди — развилка. Указатель: направо — на Бронницы, налево — на Гжель. Водитель, не спрашивая, повернул направо.

— Ты куда правишь, сука? — взорвался хозяин.

— Сам же говорил: Бронницы…

— Разворачивайся, дерьмо вонючее. В Гжели побудем, побалдеем ночку…

Фельдшер, неизвестно по какой причине, скрыл от Лягаша огорченный вздох. Будто в Бронницах ожидала его родня или друзья-приятели за накрытым столом. А чего, спрашивается, горевать примитиивной шестерке? Его дело — иголку воткнуть в вену, определенную, безопасную дозу впрыснуть в ослабленный организм хозяина. Обязанности просты, как посещение утром туалета. А он — вздыхает…

Через два с половиной часа после того, как из деревни отчалила бандитская машины, туда примчалась оперативная группа. Омоновцы, с автоматами, в масках, блокировали два дома: один — в центре, другой — на окраине.

— Улетели птички! — злобно выругался руководитель операции по задержанию преступников. — Кто-то предупредил, не иначе… Кто?

— Пока не узнаем — так и станем бесплодно гонять по области, — поддержал его один из омоновцев. — Создали управления по внутренней безопасности, а толку — чуть. В своем хозяйстве разобраться не можем, что говорить о задержаниях…

Отставной генерал Аббакумов тоже разочарованно разводил руками.

— Понимаешь, Ваня, чистая фантастика. Выскальзывает дерьмовый бандит, будто его намылили. Только засечем — исчез. Последняя информация нашего парня — в Бронницах. Хотел было нацелить тебя, вдруг — отмена. Перебазировался в Гжель.

— Сейчас двину туда, — поднялся Сомов.

— Погоди, не торопись, подождем следующего сообщения. Думается, Гжель — тоже пересадка: побалдеет бандюга там часа два и снова — в путь-дорогу… Не терпится?

— Признаюсь — да. Очень уж хочется «опробовать» новых боевиков, которых презентовал Чурадзе. Да и у тебя они значатся…

— Пахомова и Поспелова? — посмотрел в «святцы» разведчик. — Признаться, хотел приспособить их в разведку, да ты перехватил… Хорошие парни?

— Погляжу, какие они в деле, — поосторожничал Иван Иванович. — По убийцам Степана есть новости?

Аббакумов чисто русским жестом полез пятерней в затылок.

— Одни предположения. Вроде, к убийству причастен тот же Лягаш… Но фактического материала маловато, а без него вряд ли примем решение о ликвидации. Боимся ручки замарать бандитской кровушкой…