Офицерская охота
Шрифт:
— Слушаю вас, — Виктор Ефимович постарался произнести служебые слова максимально независимо и твердо. — Чем обязан?
— Пока — ни чем, — ехидно усмехнулся Лягаш. — Прежде всего, давйте познакомимся, — он первым представился, пропищав с небольшой заминкой придуманные имя-отчество, получив ответные данные собеседника и продолжил. — Ваш род занятий мне известен. Сыщик в звании подполковника милиции. Так вот, перед вами — «предмет» ваших исследований, криминальный бизнесмен по кликухе Лягаш. Имею деловое предложение. Полезное для нас обоих: мне — нужна информация, вам — немалый доход, который вы получите за её «поставку». Чисто рыночный принцип общения двух деловых людей.
Меня вербуют, ужаснулся про себя Виктор Ефимович, вербуют самым наглым образом, без хитроумных маневров и шантажа. Странно, но открытые действия преступника подействовали на подполковника расслабляюще, подавляя в нем остатки способности сопротивляться, противодействовать.
Переговоры длились долго — часа полтора. В конце концов, стороны пришли к согласию.
Тон голоса вербовщика резко изменился — в нем появилась требовательность, мелькали слегка завуалированные угрозы.
— Связываться — по сотовому телефону. Номер скажу. Пользовать мою лярву запрещается. В целях вашей же безопасности. Дупло подыщет вам недорогую, но опытную и знающую проститутку. Из числа своих подружек. Нам придется встречаться редко и только по моему вызову. Тогда же будете получать баксы…
За первую порцию информации, слабенькую, ничего не дающую криминальному бизнесмену, сыщику отвалили двухгодовую его зарплату. Потом последовали дополнительные денежные «ин»екции». Взамен Севастьянов самым аккуратным образом информировал Лягаша о планах «уголовки».
Куплена «волга», у жены появились дорогостоящие шубки и драгоценности, дети щеголяли в умопомрачительных нарядах. На подставное имя куплен в Подмосковье шикарный коттедж. Короче говоря, жизнь, ранее плетущаяся по буеракам и колдобинам, покатила по гладкой, асфальтированной дорожке. Появился вкус к большим деньгам, соответственно, Виктор Ефимович начал выторговывать у партнера каждую сотню баксов.
Отпала необходимость торговаться с продажными женщинами, ночевать в неухоженных квартирах на несвежем постельном белье. Теперь у сластолюбивого Севастьянова появилась постоянная проститутка, пред»являющая клиенту перед соитием медицинские справки.
Так же, как боевики Удава случайно вышли на своего «подопечного», Неелов заинтересовался белой «волгой» видного сотрудника уголовки. В рабочее время подполковник разъезжает по городу, прогуливается по аллеям Измайловского парка в обществе явно подозрительной личности. Только одно это настораживает. К тому же, недавно назначенный на вакантную должность в новое управление, Неелов стремился утвердиться в ней, показать начальству свой опыт и умение. Предположим, он ошибается, подозревая подполковника в предательстве — что из этого? Ошибаться никому не заказано, главное показать старание и активность. Извиниться — плевое дело…
А вдруг получится!
На всякий случай Ваня воспользовался фотоаппаратом, способным фиксировать подозрительные лица на значительном удалении. Жаль, в оперативной машине не оказалось кинокамеры, но и отщелканные две пленки дадут пищу для раздумий.
Дали! Да ещё такую, что не сразу проглотишь и переваришь.
На одном из снимков четко виднелась рука тощего человека, почти пацана, вкладывающего в наружный карман подполковника толстый конверт. На втором — конверт перекочевал во внутренний карман пиджака…
Многозначительный фактик — наверняка удалось зафиксировать взятку… За что?
Преследование белой «волги» не принесло ничего нового. «Об»ект» безбоязненно причалил к тротуару рядом с входом в уголовный розыск, пред»явил охране документы…
Спасибо разворотливому гаишнику, который легко получил доступ к служебному удостоверению Севастьянова. Он и его машину притормозил не просто так — по «спецзаданию» знакомого сыщика. Подумать только — Севастьянов! Человек, имеющий доступ к совершенно секретной информации, учавствующий в узких совещаниях, во время которых нередко разрабатываются оперативно-розыскные мероприятия.
Итак, что получается — первый трофей на новой работе? Тьфу, не сглазить бы… Поглядим, как отреагирует на его доклад непосредственный начальник, генерал Нефедов.
Опасаясь пренебрежительного фырканья генерала, Неелов просто разложил фотоснимки в определенном порядке, по мере развития событий. Передача конверта — заключение «фотогаллереи».
— Гляди-ка, Севастьянов! — с первого взгляда узнал сыщика Нефедов. — Хорошая житуха у подполковника — гуляет, дышит свежим воздухом… Интересно, с кем? — генерал включил настольную лампу, взял со стола лупу. — Ба, знакомая личность… Лягаш! Вот это и называется: пересеклись пути-дорожки… Ценная находка, старший лейтенант, очень ценная… Только не торопиться, осторожненько выуживать, не повредить бы плавничков…
Ваня почувствовал зуд в лопатках, будто там прорезались ангельские крылышки, которые вознесут нового сотрудника Управления внутренней безопасности на капитанскую или, чем черт не шутит, когда Сатана спит, на майорскую вершинку.
А генерал развил бурную деятельность: вызывал поодиночке офицеров, наставлял, инструктировал, подсказывал.
На следующий же день Севастьянов ощутил какую-то неловкость. Мерзкие ощущения, знакомые ещё с тех пор, когда он впервые учавствовал в разработке группы рэкетиров. Точно так же почесывалось место между лопатками, точно так же на улице чудились липкие взгляды молодых парней.
Похоже, его пасут. Ради Бога, он не против, пусть желающие получить дешевую славу потешат свои гнилые душеньки. Так просто его не взять. И Виктор Ефимович напросился в гости к одному видному деятелю… Нет, не из числа министерских подлиз и бумагомарателей, значительно выше. И не в сонной Думе, от которой за километр пахнет затхлостью — ещё выше.
В результате подполковничьих стараний на рабочем столе генерала Нефедова вкрадчиво заверещела руководящая «вертушка».
— Слушай, Нефедов, мне стало известно — копаешь под Севастьянова?
Внутренняя безопасность есть внутренняя безопасность, извне подбираться к ней не рекомендуется. Тем более, воспрещается информировать, докладывать, откровенничать. Во всяком случае, до судебного разбирательства, когда на столе перед судьей — пухлые дела, накопившие в себе явный компромат, подтвержденный снимками, допросами и другими неубиеннными фактами.
— Откуда вы взяли? — в меру разгневанным голосом возразил генерал. — У нас хватает работы без севастьяновых и селиверстовых. Одни гаишники, выгребающие денежки из карманов водителей, чего стоят…
— Не придуряйся, генерал! — прикрикнул хорошо поставленный басок. — А то легко превратишься в лейтенанта… Короче, дело по Севастьянову закрыть, своих кусучих собак отозвать. Немедленно!
Видимо, политический деятель не ограничился кратким телефонным разговором с Нефедовым — во второй половине дня генерала вызвал в свой кабинет начальник Управления.
— Ловлей блох занимаешься, Петр Федорович, — не отрывая взгляда от бумаг, пробурчал он. — Копаешься в чистом белье, а грязного — залежи… Надуманное расследование по Севастьянову прекратить. Если, конечно, не хочешь подставить не раз битую спину…