Чтение онлайн

А незабываемые сцены на пристани, на берегу реки Сунгари? Мы часами стояли и смотрели на “них”, родных, любимых… А дети? Они забыли про еду, про всё - да и взрослые тоже. Мы поздравляли друг друга и целовались, как в Пасху. Наше духовенство, не исключая и архиереев, служило благодарственные молебны под целодневный звон церковных колоколов: многие священники говорили проповеди о Родине, о присоединении нас к Матери-Церкви…

Мы вновь обрели потерянную Родину. Недавно пережитое под японским игом казалось кошмарным сном. Не хочется вспоминать. И злобы к теперь уже несчастным поверженным “самураям” как не бывало. Видим их оборванных, голодных, грязных, дрожащих от холода, таскающих бревна и камни “на укрепление боевой мощи”,но уже не своего государства. Нам приходилось подавать им милостыню - эти несчастные гоби. Так уж устроено русское сердце - всё прощать.

Всё прошло и быльем поросло, и все наши помыслы, с этих дней особенно, устремлены туда, где живёт непобедимая русская сила, вернувшая нам великое звание - “русский”.

Вот они - целый взвод их с лихой песней идёт по Китайской. Группами и в одиночку видим мы бойцов - сержантов, майоров, лейтенантов, называющих нас “папаша”, “мамаша”, приветливых, весёлых. Сколько же было у нас с ними задушевных бесед, бесконечных расспросов! Люди “оттуда”, люди, открыто смотревшие смерти в глаза, и некоторые из них в борьбе за Отчизну потеряли здоровье, родных, нажитое за долгие годы, кому-то даже некуда было вернуться, но нередко они утешали нас, помогали.

Как нам выразить свою признательность и благодарность? Ведь жесточайшее рабство ожидало нас и всю побежденную немцами Европу, если бы не эта армия, которую взрастил весь народ. Честь и слава русским героям!” (Иван Дьяков. О пережитом в Маньчжурии за веру и Отечество. Записки православного.
– Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2000, стр. 97 - 99).

Может, это временное чувство, с большой приязнью к “бойцам” и со скрываемой неприязнью к “организатору великих побед”? Да нет же - вот другое свидетельство Ивана Андреевича, еще за два с половиной года до освобождения: “… Мы ничего не знали о Родине…

Но вот до нас стали доходить, неведомо какими путями, радостные слухи: немца гонят… немец бежит… Было забыто всё: и “постоянные рабоче-крестьянские восстания”, и “вечный голод” в России, и “гонения” на Церковь, и наше собственное бесправие. Оглядываясь по сторонам, с затаённым дыханием мы передавали друг другу эти радостные вести, в душе благословляя героев-бойцов и Сталина, которого и мы стали называть гениальным, великим и в своих тайных молитвах поминать его как освободителя Родины…” (там же, стр. 32 - 34).

Итак, тысячелетняя практика православия и победы в двух Отечественных войнах, особенно организация Победы 1945 года и рождение СССР как сверхдержавы? Разве не соединяются эти две такие разные и несоединимые линии русскости в торжественном выступлении генералиссимуса и в этом безыскусном рассказе православного человека?

В чем же она - эта непростая и величественная русскость?

Вряд ли кто-либо дал лучшее указание на эту линию, чем Адольф Гитлер, фюрер, рейхсканцлер и главнокомандующий вермахта Германии: “Сила русского народа не в его численности или организованности, а в его способности порождать личности масштаба Сталина. По своим политическим и военным качествам Сталин намного превосходит и Черчилля, и Рузвельта. Это - единственный мировой политик, достойный уважения.

Наша задача - раздробить русский народ так, чтобы люди масштаба Сталина больше не появлялись”. (Грибанов Станислав. Сталин в жизни. М. 2001, стр. 50).

Вот эта удивительная характеристика: русские - это способные порождать личности масштаба Сталина.

А ведь Гитлер еще, видно, плохо себе представлял наших гениев и святых, нашего Пушкина и Саровского, Андрея Рублёва и Сергия Радонежского, митрополита Иллариона и Андрея Боголюбского!

Эта характеристика русских у Гитлера было совершенно не случайной. На совещании 16 июля 1941 года, на котором была выработана оккупационная политика по отношению к России, Гитлер, как вспоминает в своих мемуарах Вальтер Шелленберг со слов начальника Главного управления имперской безопасности Германии Р. Гейдриха “настаивает на скорейшем создании хорошо спланированной системы информации - такой системы, которой могло бы позавидовать даже НКВД: надежной, беспощадной и работающей круглосуточно, так, чтобы никто - никакой лидер, подобный Сталину, - не мог бы возвыситься, прикрываясь флагом подпольного движения, ни в какой части России. Такую личность, если она когда-либо появится, надлежит своевременно распознать и уничтожить. Он считает, что в своей массе русский народ не представляет никакой опасности. Он опасен только потому, что заключает в себе силу, позволяющую создать и развивать возможности, заложенные в характере таких личностей” (В. Шелленберг. Лабиринт. Мемуары гитлеровского разведчика.: - М., 1991, стр. 227).

Вот какую оценку русскому народу и русским дал Адольф Гитлер. И поэтому совершенно логично, по-своему, считал, что такой народ должен быть уничтожен.

С моей точки зрения, именно в этой способности порождать личностей и надо видеть сквозную основу тысячелетней истории русских. Именно эта способность определила тысячелетнюю преданность христианству и победы над неугомонными гегемонами.

Русские, отсюда, это те, которые могут и хотят в наибольшей степени выявлять и культивировать личность.

Именно личность, которая есть принцип организации любого сознания. А сознание есть главный ресурс и пространство проращивания, кристаллизации личности.

Если война, как говорили в 20-е годы наиболее умные люди и среди них И.В. Сталин - это “война моторов”, то современная война - это война сознаний или консциентальная война (консциентальный - от лат. conscientia “сознание”, “совместное знание о чем-либо”, “совесть”; см. изданный в 1996 году специальный выпуск альманаха “Россия - 2010” “Кому будет принадлежать консциентальное оружие в 21 веке?” -а также мою статью “Как Россия сможет предотвратить 5-ю мировую войну?
– ).

Грамотная оборона и, тем более, победа в консциентальной войне и любой современной войне невозможны вне прямой опоры в качестве ключевого “ресурса” на личность. Это ощущают сегодня все чуткие люди в мире. Лучшие зарубежные фильмы последних десяти лет буквально пронизаны одной идеей - выявление и описание тайны личности. Достаточно назвать такие невыдающиеся, средние, но прекрасно отражающие тенденцию фильмы как американский “Выкуп” (The Ransom) или французский “Профессионал”.

Переживает небывалый расцвет персонализм. Особенно это характерно для Латинской Америки, которая здесь сегодня впереди (особенно важны работы в рамках так называемой “философии освобождения” и “теологии освобождения”) - сказывается испаноязычная и иберийская уникальности.

Вновь чрезвычайно популярным становится один из основателей “персонализма” Эммануэль Мунье, особенно его идеи программирования особой международной социальности, которую этот замечательный француз в своем “Манифесте персонализма” назвал “Персоналистская цивилизация” (La civilisation personnaliste).

“Персоналистская цивилизация - это цивилизация, структуры и дух которой направлены на то, чтобы каждый из составляющих её индивидов мог реализовать себя как личность. Она признает их реальность и целевые установки, отличающие их от простой суммы индивидуальных интересов и имеющие верховенство над интересами индивидов, взятых в материальном плане. Тем не менее, их конечная цель состоит в том, чтобы дать каждому человеку возможность жить в качестве личности, то есть возможность развивать максимум инициативы, ответственности, духовной жизни”.

В основе этой социальности лежит принцип личности и проект общества личностей. Эта социальность прямо противоположная социальности, организованной на основе экономизма и конкуренции. И программа построения именно персоналистской цивилизации дает возможность пригласить к участию в её создании всех, кто не принимает принципов, которые реализуются глбализацией, кто устремлён к образованию нового мирового сообщества, к организации нового пространства мирового диалога и сотрудничества, а не вражды.