Чтение онлайн

– гами!

– жей!

Дуэтом возвестили мавки.

– Да что б вас всех! – не сдержалась Эрна.

Все вышло строго как заказывали. Вместо пня появился шикарный мраморный вазон, над ним возвышались ветвистые оленьи рога. На округлом боку красовалась весьма недовольная рожа неизвестного Эрне существа. Рожа несимметрично мигала и шмыгала носом. Довершали картину чахлые ромашки, скорбно свисающие по окружности.

– Где вы, а ну, покажитесь! – девушка резко развернулась на звук смеха. Шум опять раздавался со стороны елки. Мавки затаились. – Я на вас Анилунне нажалуюсь!

Раздался новый взрыв хохота. Эрна с возмущением оглядела вазон. Там все было в полном порядке – морда равнодушно жевала ромашку, рога стояли без изменений.

– Поймаю – прибью, – пригрозила в пустоту волшебница. – Два таких чудесных заклинания испортили!

– Эрна – злючка-недоучка! – Беспрестанно хихикая, мавки завели на два голоса дразнилку.

От злости дочь бургомистра совсем не благородно сплюнула и вдруг вспомнила, какая мысль сбежала от нее. Третье правило! Хочешь сделать невидимое видимым – ударь по нему иллюзией, а потом отмени.

– Невидимые, значит, – прошипела она себе под нос, – ну я вам сейчас покажу. В табуреты превращу!

Она резко развернулась к елке и вдарила заклятьем.

– Табурет!

Мавки предусмотрительно смылись. Зато на землю с возмущенным чириканьем свались две крохотные табуреточки – подбитые случайным заклятием птахи.

После десятка попыток поймать неуловимых мавок от Эрны разбегалось все, что могло бегать, и разлеталось все, что могло летать. Что не могло ни летать, ни бегать пыталось отползти от греха подальше. Под горячую руку попали даже стол и елка. Нет, волшебница метила совсем не в них. Просто так получилось.

Зато теперь вокруг дивана бегали две большие рыбины с человечьими головами в кудряшках, каждая на шести деревянных ножках. Бегали, обиженно верещали и норовили укусить обидчицу за выступающие части тела. Но из-за длинных негнущихся лап приблизиться к дивану вплотную не могли.

Эрна, как на жердочке, сидела на высокой спинке и булькала от смеха. Как убрать заклятие, случайно прилетевшее не по адресу, она не знала. Обычный знак не помогал. А расколдовывать зловредных лесных духов не желала из принципа.

Ближе к вечеру вернулась Анилунна, легким движением руки разогнала паноптикум, сотворенный недоучкой, посадила мавок на елку и укоризненно покачала головой. Эрна старательно потупила глазки, хоть раскаяния в ней не было ни на грош.

– Ну что ж, – сказала лесная дева, оглядев сюрреалистичные творения ученицы, – вполне неплохо для первого раза. Правда, я не совсем понимаю, что должно было выйти. Может, объяснишь?

Эрна отчаянно покраснела, и принялась сбивчиво рассказывать.

– Здесь должна была выйти кастрюля, но я слегка отвлеклась.

– Подумала о курице и получила ноги? – насмешливо приподняла бровь Анилунна.

– Да. Но ведь кастрюля вышла!

– А здесь?

– А это все мавки! Это не я виновата.

Тут же с елки хором завели:

– Эрна – злючка-недоучка!

– И вот это тебе помешало? – удивилась хозяйка.

– Нет, что вы. Это они уже потом, когда я их прибить пообещала. А здесь я хотела сделать горшок с фиалкой и вазон с ромашками, чтобы красиво было. Чтобы вам понравилось.

– Ага, – Анилунна заглянула в горшок, подмигнула глазам, хмыкнула и поинтересовалась: – А это, стало быть, фиалки?

– Да нет же, – Эрна снова зарделась, – я сказала «фи…» а мавки закричали «фигня»! Получилось вот это.

– Честно говоря, фигня и вышла, – резюмировала наставница и перешла к третьему творению. – А здесь твои вазон и ромашки, а их рожа и рога?

– Да. Они опять меня сбили.

– С этим более-менее разобрались. Меня вот еще что интересует, – она серьезно глянула на ученицу, – как ты смогла снять с них невидимость?

Эрна удивилась ее вопросу.

– Вы же сами сказали про третье правило, вот я и применила его.

– Понимаешь ли, моя дорогая, на мавках нет заклятья невидимости.

– Как нет? Они же невидимы!

– Невидимы они только для людей. Лесная живность и духи их прекрасно видят.

– Нет заклятия, – повторила Эрна, – а как я их сделала видимыми?

– Вот и мне интересно как. Уникум! – Анилунна улыбнулась.

Горшок, вазон и кастрюлю с ногами хозяйка леса решила оставить до завтра, чтобы посмотреть, как долго продержится заклинание. Два оставшихся пня Эрна послушно преобразила в пустую корзину и стул. Без помощи мавок у нее все прекрасно получилось. Целый день практики не прошел даром.

Потом дамы с удовольствием поужинали, Эрна улеглась в постель, чтобы почитать перед сном. Мавки ее больше не беспокоили, наверное, не хотели стать табуретами.

Кисун решил не появляться вовсе. На всякий случай. В порыве раскаянья волшебница оставила ему миску сливок. Ей было очень стыдно за змею.

Утром рядом с пустой миской Эрна нашла надпись: «Спасибо, я не обижаюсь».

– Ты у меня молодец, – похвалила ученицу хозяйка леса. – Твои, хм, скажем так, чудесные творения исчезли уже после рассвета. Вот так! Сутки они, конечно, не протянули, но для первого дня это – просто великолепный результат. Поздравляю, заклинание ты освоила.

Эрна расплылась в довольной улыбке. Утром на поляне перед ней предстали три пня, стул и корзина, все остальное она с чистой совестью проспала.

– Я могу их снова заколдовать, – выпалила девушка.

– Хочешь – заколдуй. Но это совсем не обязательно. Если научилась заклятию, то уже не забудешь. Это на всю жизнь. Со временем будет получаться только лучше и надежнее. А если учитывать, что ты практически с первого раза умудрилась выдать такой результат, то через пару лет обязательно переплюнешь всех, кто владеет этим заклятием. И меня тоже! – Хозяйка леса с довольной улыбкой посмотрела на юную волшебницу.

– Не обязательно, – грустно ответила девушка, – это если...

– Что «если»? – не поняла Анилунна.

– Если у меня будут эти два года. – Эрна отогнула ворот и продемонстрировала свою метку. – Невесты стихий так долго не живут.

– Что-то мне подсказывает, что у тебя будут не просто два года, а все сто два, если не больше. Ты же уникум! И откуда тебе знать, сколько живут невесты стихий? Ты хоть одну, попавшую к жрецам невесту, видела? Что там происходит? Ты знаешь?

Эрна покачала головой, но спорить не стала, мимоходом она сотворила еще три стула и вернулась к дивану.