Чтение онлайн

– Тут не знаешь, на что смотреть – то ли летящие «бомбы», то ли на то, что под ногами, – оправдывалась перепуганная Софья.

И вдруг сквозь непрерывный шум услышала, как муж вскрикнул от боли.

– Кажется, подвернул, – захромал Меняйлов, – но ничего я дойду.

Иванов догнал их и вместе с Турбабо помог Набоко и Меняйлову подняться на гребень кратера. А далее вулканологи «скатились» по склону вулкана и благополучно вернулись на стацию Ключи.

Так Софья Набоко, поднявшись на вершину вулкана Ключевской, стала первой женщиной заглянувшей в его кратер. А раздосадованный Меняйлов, последним узнав о беременности Софьи, сильно ругался. Но ему пришлось смириться с этим, а подумав, он даже стал гордиться подвигом своей жены. Меняйлов, спокойно работая в лаборатории с Набоко, неожиданно получил из Ленинграда телеграмму.

– Похоже, – поделился он с женой, – меня оставляют начальником станции на следующий год, а в третью смену пришлют Виктора Попкова.

– Поздравляю, а мне придётся ехать в Ленинград, рожать, – улыбнулась Софья Набоко. – Обо мне не беспокойся, всё будет хорошо и у нас родится сын-вулканолог, весь в тебя!

Конец мая 1938 года. Выпускной вечер в Ленинградском университете был в самом разгаре. В зале было шумно, оглушая всех танцующих, гремел духовой оркестр. Выпускник Виктор Попков, как всегда озабоченный предстоящей экспедицией, отказываясь танцевать, быстро вышел из зала. Пахнуло прохладой, и вдруг он натолкнулся на двух девушек.

– Прошу прощения, – посторонился Виктор, и удивился. – Ленка? Ты что здесь делаешь?

– Мы с подругой ждём тебя, – ответила его сестра.

– На кой чёрт? – хотел было отмахнуться он, но сестра властно взяла его за локоть и представила свою подругу.

– Ольга, – скромно представилась она.

Виктор кивнул головой, но увидев бездонные серые глаза, обомлел и пролепетал:

– Виктор Попков.

– Знаю вас! – улыбнулась Ольга. – А я учусь в университете на 3-ем курсе, и много о вас слышала от доцента Пийпа, который постоянно ставил вас в пример. И когда Лена предложила нас познакомить, то я сразу согласилась. Мне хочется как можно больше узнать о камчатской экспедиции, в которой вы участвовали, будучи ещё студентом.

– Идёмте, – предложил Виктор, – я по пути постараюсь рассказать. Мы студенты, изучая труды Левинсона-Лессинга, наткнулись на его высказывание об организации постоянно действующей станции по наблюдению за вулканами на Камчатке. И загорелись этой идеей настолько, что выступили в деканате с инициативой построить своими руками постоянную вулканическую станцию у подножья вулканов, чтобы вести наблюдения за вулканами летом и зимой.

– Надо же! – изумилась Ольга.

– Президиум АН СССР утвердил постановление об организации Камчатской вулканологической станции, а место было выбрано в селении Ключи. Стали готовиться к экспедиции, а мы студенты мешались под ногами, стараясь помочь. Тогда мой научный руководитель Левинсон-Лессинг, сначала смехом, а потом всерьёз, предложил мне участвовать в полевых работах на вулканах Камчатки. Я был на седьмом небе от счастья!

– Повезло то как! – воскликнула Ольга и неожиданно предложила. – Вы меня проводите?

– Конечно, – ответил Виктор и пошёл с двумя девушками прямо по мостовой.

– А что дальше? – нетерпеливо выпытывала Ольга. – Неужели построили?

– Уже в сентябре 1935 года в селении Ключи заработали вулканологи, и была сделана первая запись в журнале наблюдений за вулканом Ключевской. Это была первая смена зимовщиков, в которую вошли: начальник Влодавец, химики Иванов и Шаврова, топограф Дьяконов, хозяйственник Кустов и я, студент Попков. Трудные испытания пришлось преодолеть, ведь здание станции пришлось достраивать зимой. Спали мы в палатках и грелись у буржуйки, пока не построили красивый дом. А в апреле следующего года мы уже въехали в новый дом – станцию Ключи.

Сразу начались полевые работы на вулкане Ключевском. В августе начальник Влодавец, после долгих колебаний, взял нас с Ивановым в поход на вершину вулкана. Это было незабываемо! Высота вулкана 4800 метров, вроде бы и небольшая для альпинистов, но для нас оказалась труднейшей. Мы шли без всякого специального снаряжения. Скользили и падали, падали и лезли вверх. Зато поднявшись на вершину, были поражены масштабом кратера вулкана. Какая мощь! А осенью прибыла вторая смена Камчатской экспедиции, и я вернулся в Ленинград, и даже написал две статьи. Вот и всё, кажется!

– Хочу ещё! – попросила Ольга, когда они подошли к её дому. – Что потом?

– Ладно, ладно, слушай, – успокоил Попков. – В январе 1937 года я защитил свою дипломную работу, а 31 мая 1938 года я получил диплом и квалификацию «научный работник 2-ого разряда в области геологии».

– Где же вы будете работать? – спросила Ольга.

Попков как-то замялся и неохотно ответил:

– Недавно, 15 мая 1938 года, меня назначили исполняющим обязанности начальника третьей смены Камчатской вулканостанции с окладом 600 рублей, и я сейчас весь в сборах.

– Ничего себе, братец. Ты же ещё не получил диплом! – вскричала сестра. – Какое резкое повышение в должности!

– Как же вам повезло! – аж подпрыгнула Ольга. – Я тоже хочу туда, может меня отпустят на Ключи?

– Лучше учись хорошенько, а там посмотрим, – улыбнулся Попков, – Так что осенью я буду на вулкане Ключевском!

– А письма куда писать? – спохватилась Ольга, удерживая его.

– На Ключи, – на ходу ответил Попков. – До востребования!

Ещё утром Виктор Попков попросил своего преподавателя доцента Бориса Пийпа встретиться перед своей поездкой на вулканостанцию Ключи и обсудить все сложности предстоящих исследований. Борис Пийп очень переживал за своего студента Попкова.

«Справиться ли он? – думал он. – Ведь ему предстоит исследовать Ключевской вулкан, а он так молод и горяч! Может натворить на вулкане всякое. Правда, Влодавец отзывался о нём неплохо, но предупредил меня о его бесшабашности и мальчишеском бесстрашии, а это всегда чревато последствиями. Сколько погибало людей на вулканах, множество – таких храбрых и бесстрашных. Вот и сейчас, где он пропадает? Ведь договорились же о встрече».

И вдруг в кабинет влетел Виктор Попков и закричал:

– Борис Иванович, я придумал!

– Что придумал?

– Мы скрутим из проволоки каркас, на него уложим асбестовые листы, и это будет наш плотик, с которого мы и с Ивановым будем производить замеры лавы, сползающей по склону вулкана. Как я придумал?

– Неплохо, только нужно сделать плотик на ножках, чтобы ветром продувался. Тогда на него можно вставать и делать измерения, не то сгоришь. Ведь температура лавы в начале её выброса из кратера более +1000 градусов.

– Проветривание, конечно, сделать надо, но как? – призадумался Попков. – Ведь ножки плотика провалятся в корку лавы.

– Да, получается сложно! – покачал головой Пийп. – Не делать же двойной плотик, да и как его везти в Ключи? Надо думать. Слушай, может, с середины потока начнёте измерение лавы?

– Ну, уж нет, – сразу парировал Попков. – Надо узнать температуру лавы по всей её длине. В крайнем случаи, буду чем-нибудь черпать лаву и в сторонке измерять её температуру.

– Трудно вам будет, но я надеюсь на успех. И особо не рискуй, ты же едешь начальником станции и за всё в ответе, – предупредил его Пийп.