Чтение онлайн

— Ты уверена, что сможешь защитить своего любимца? На собак мой авторитет не распространяется.

На меня посмотрели та-ак ехидно, словно я сам еще перед этим животным ползать буду.

— Шрар!!!

Мать! Вот это голос! Пока я отходил от звона в достаточно чувствительных ушах, пропустил звуки хлопающих крыльев за моим окном.

Девушка плавным движением перетекла в положение стоя и направилась в сторону окна, чтобы, как я понял позже, открыть его… мать! Что-то я это слово начал слишком часто повторять! Но что я могу еще сказать, глядя на еле протискивающееся в, стоит отметить, достаточно большой, оконный проем существо, мило именуемое Таиной щенком? Белоснежный сар’гари с меня ростом в холке, необъятным размахом крыльев и, я клянусь, таким же ехидным взглядом, как и у Таины, к которой это немыслимое создание тот час начало ластиться.

— Знаешь, что самое противное? — задумчиво говорю я, глядя на миниатюрную брюнетку и ластящегося к ней хищника. — То что, даже спустя столько времени, я не способен полноценно удивляться твоим выбрыкам. Вот скажи, как ты умудрилась приручить сар’гари?

— Вырастила.

Вот так, просто взяла и вырастила! Нет, девушка, ты меня когда-то доведешь до белого каления… или же до инфаркта, я еще не определился.

— Ты знаешь, что означает его белый цвет?

— Нет, просто ему идет.

Я сума сойду с этой барышней… причем сегодня!

— Еще бы, — буркнул я. — Ну что ж, думаю, от дороги вы уже отошли, а посему, может быть, скажете, зачем пожаловали? — сейчас я разговаривал с братьями, так как девочка явно куда-то уплыла.

— Тут у некоторых есть вопрос, — Арли скептически глянул на Лео и Тара, — и лично мне очень хотелось бы услышать на него ответ.

— Дерзай!

— Ты старший из нас, носитель традиций, и братьям очень интересно, согласишься ли ты одно из них нарушить?

— А тебе, значит, не интересно?

— Я увидел все, что мне нужно. — Брат смотрел на меня с каким-то веселым азартом, — Мы дали ей крылья, князь. Сейчас она белый феникс, — и смотрит на девочку, гладящую огромного волка толи глазами влюбленного мальчишки, толи гордого родителя. — И ребята решили переложить на твои плечи решение: позволять ли ей проходить испытание на черного?

— А она осилит сейчас… нет, не так. Давайте разберемся сразу со всем, что с ней происходит. Например, почему от неё за лигу несет свежей кровью?

— Но ты не против? — Лео смотрит на меня немного ошалело.

— Понимаете, ребята, знал я эту девочку всего две недели почти пятнадцать лет назад. Но до сих пор помню каждое слово, сказанное пятилетним тогда ребенком. Даже наши дети при всех магических характеристиках организма и развития не могут в таком возрасте четко различать вымысел и реальность. А она со мной спорила, понимаете? Не так, что «я так хочу!», как обычно бывает у маленьких детей, а приводя такие аргументы, так их объясняя и мотивируя на простых повседневных примерах, что я был вынужден отдавать ей право выигрыша! И только поэтому я не против, но только после того, как посмотрю, что из неё выросло.

— А мешать будешь? — Таина смотрит хитрыми, чуть прищуренными глазами… и когда только успела выбраться из своего пушистого рая?

— Нет, даже помогу.

— Спасибо, это очень много для меня значит, — и вернулась к своему «щенку». Но мне в её словах послышался какой-то подтекст, даже эхо. Но эту мысль я отбросил.

— Может, кто-то все-таки расскажет, что у неё стряслось?

— Ты знаешь, что на неё не действует магия? — Шар, как, впрочем, и всегда, наслаждается всем доступным и скрытым юмором ситуации… комик, мать его!

— Ну да, слышал… стой! Что, совсем? Потрясающе! Она с этим собиралась работать. Но как серьезно могут восприниматься слова ребенка, пусть и настолько необычного? Хм-м. Значит, у неё это получилось, — я бормотал себе под нос, размышляя над иронией и легким налетом безумия во всей этой ситуации. Ну да ладно. — К чему ты это сказал?

— Она сама это сделала? — Лин переводит широко раскрытые глазки с меня на девочку.

— Да, но, тем ни менее, к чему это было сказано? — у меня неожиданно закончилось терпение.

— Ты узнавал, как погибла та экспедиция?

— Да, только мне сказали, что и Таина погибла. С этим разберемся потом. И?

— На них наложили «Сердце мрака». Таина не пострадала… тогда, — с каждым словом Арли я цепенел все больше одновременно от ужаса и ярости. Считанные единицы признают эту гадость, и я к их числу не принадлежу, и никогда не принадлежал. — Что там она решит тебе рассказать, это её дело, сам должен понимать. А вот к чему все вопросы и приготовления… Проклятье на неё тогда не подействовало, но при этом приклеилось к ней, постепенно «прогрызая» выработанную защиту. И когда его время пришло, отыгралось по полной. Мы её тогда совместными усилиями из-за грани уже вытащили. Но руку, которая была носителем, мы не смогла вылечить. Таина её просто постоянно «держит». Не знаю, как это у неё получается, да и добилась она этого невероятно быстро, но факт есть факт.

— То есть рука практически не работает?

— Если она так не работает, — бурчал Тар, — то хорошо, что мы не были знакомы, когда все было в порядке.

Но я не слушал. Что-то в рассказе Арли резануло слух. Не жестокость или нелепость произошедшего, что-то более глубокое, основательное, что ли? Все сказанное, несомненно, ужасно, но где-то в теле сказанного есть ошибка, отступление от…

Понял!

Я оторвал взгляд от узотрчастого ковра и посмотрел на темную макушку:

— Право служить?

— Право просить, — последовал ожидаемый, но от того не менее шокирующий ответ.

Я тяжело вздохнул и завалился на спинку кресла. Честное слово, не будь я настолько шокирован, ржал бы сейчас как угорелый и над иронией ситуации, и над самим поворотом судьбы. Но силы, чисто душевные, позволили только еще раз вздохнуть…

— Таина…

— Ой.

— Не то слово. А они знают? — сейчас здесь больше никого нет, только я и мастер-наставник. Самый сильный и опасный воин мира… в лице восемнадцатилетней пигалицы!

— Откуда? Он говорит, что «механику» знаешь только ты. И то из-за того, что с пятью другими общался лично.

— Боги, — тихо простонал я, — вы еще и разговариваете?

— А что? Он очень старый и мудрый! Фиффи, не мешай, я разговариваю! Ну а что, нельзя? Мне нравится!

— Не скажу, до тебя никто не пробовал, — я решил, что для моей отвыкшей психики незнакомое имя лучше пропустить… в целях самосохранения, ага.

— Я знаю, он говорил. Это где-то даже грустно.

— Вы, вообще, о чем говорите? — Арли явно волнуется за девочку.