Чтение онлайн

Комната королевы была темной, но это не имело значения. Человек, чьи воспоминания я видела, с легкостью крался здесь, не задевая мебель и безделушки, которые могли обнаружить его — а я была уверена, что это были воспоминания мужчины — присутствие.

— Проклятие, женщина, — прорычал он, — где, мать твою, ты это прячешь?

Он рыскал по комнате, которую я с трудом могла разглядеть в неясных отблесках. Ее построили в форме восьмигранника, стены были из гладкого черного камня, напоминающего дубинки, которые носили Эндеры Шахты. Посередине комнаты расположилась кровать, колонны из черного камня заканчивались изогнутыми остриями, с которых свисала прозрачная ткань, сверкавщая даже в темноте. Она крепилась подобно паучьей сети. Если бы я могла затряслись, я бы затряслась, но пойманная в ловушке чьих-то воспоминаний, я не могла пошевелиться.

— Ну вот, — он наклонился рядом с кроватью и пошевелился, будто дрожа, когда звук струящихся скользящих простыней застал его врасплох. Выглянув из-под кровати, он уставился на свою королеву. Ее рыжие волосы были цвета свежей крови, что только подчёркивало бледность кожи и глубокий голубой цвет глаз. Необычный цвет для ветви Элементалей огня. Она села, простынь скользнула вниз до талии, обнажая грудь на теплом воздухе.

— Что ты делаешь в моих покоях, Эндер?

Он сглотнул.

— Моя королева, все, чего я хочу — это служить тебе.

Она могла поджарить его задницу в мгновение ока, и они оба знали это. Ее способность управлять лавой была неслыханной, начиная с первых хроник их народа. Для нее лава была живой, как прирученный зверь, готовый выполнить любые ее поручения, невзирая даже на законы природы.

Был лишь один способ, попытаться выбраться отсюда живым. Насколько знаменитой была ее способность управлять лавой, настолько же знаменитым было ее ненасытное либидо.

— Я хочу служить тебе любым способом, каким бы ты ни пожелала. — Его голос стал хриплым, и он отважился скользнуть руками по простыням и погладить ее обнаженную кожу. Тыльная сторона его ладони была со шрамами. Старая, небрежно залеченная рана. Четыре неровных рубца, начинавшихся между пальцами и уходивших к основанию кисти.

Она изогнула бровь.

— Каким бы способом я ни пожелала?

Он склонил голову, вдыхая запах ее простыней, и думая, будет ли это последним, что он увидит.

— Моя королева, я весь в твоей власти.

Ее пальцы закрылись в его волосах и притянули его ближе.

— Тогда удовлетвори меня, Эндер. Потому что уже несколько лет не было никого достаточно дерзкого, чтобы войти в мои покои без приглашения.

Он наклонил голову, завладел ее ртом и прижал ее к кровати. Что ж, он не нашел, что искал, и его наставник не обрадуется, но это было даже лучше. Со свободным доступом в королевские покои ему не нужно будет красться сюда тайком. Он сможет получить всю нужную наставнику информацию, и вместе они собьют с Фиаметты спесь. Если ему удастся взобраться на королеву до ее свержения, тем лучше. Она ни за что не заподозрит его.

Избавившись от своей черной кожаной одежды, он скользнул под полог к королеве, его рот и руки блуждали по всему ее телу, доведя ее до оргазма, спустя всего лишь несколько минут...

Я застонала, выскальзывая из воспоминаний, продолжительные любовные утехи из воспоминания засели в голове, возбуждая меня. Как полукровка, наполовину дитя Духа, я видела воспоминания других людей во время Путешествия. И хотя новое воспоминание не было сюрпризом, я все ещё была дезориентирована.

Быстро оглядевшись, я поняла, что кроме Эша, Мэтча и ещё одного Эндера-женщины, здесь никого не было. Чьи бы воспоминания я ни видела, этот кто-то уже покинул комнату Путешествий, и я понятия не имела, кто это был.

Я уловила тонкие парфюмерные нотки цветов вишни и медленно села. Снова в комнате Путешествий Шахты. Это было не то место, где я хотела бы ещё раз оказаться. Стены были скругленными, будто мы сидели внутри земного шара и смотрели из центра. Если бы я могла раздобыть хоть одну нарукавную повязку, я бы вытащила нас с Эшем отсюда. Я огляделась, но вокруг не оказалось ни одной повязки. Черт бы ее побрал.

— Их перенесли после твоего последнего визита, Терралинг. — Эндер со светлыми волосами прошел через дверной проем в комнату. — Так что не надейся схватить одну и слинять. Тебя назначено удерживать.

Назначено. Корректный способ сказать, что мне и Эшу грозит казнь через обезглавливание. И это не принимая во внимание разорванное плечо, а также воспоминания предателя Фиаметты, из-за которых у меня закружилась голова.

Впереди Мэтч подталкивал Эша по лабиринту, которым являлась Шахта. Мой новый друг, казалось, испытывал удовольствие, причиняя мне боль, когда тащил за собой.

Спустя несколько минут я почувствовала в себе достаточно энергии, да и боль утихла до тупой пульсации, позволяя мне говорить:

— У тебя есть хотя бы имя?

— Бранд. — Он ударил меня кулаком в поясницу, толкая вперёд и эффективно прерывая последующий вопрос. Что будет дальше? Куда ушла Мэгги? Не то чтобы она была добрее, но мне было интересно, почему она оставила нас.

Шахта была устроена как улей с большим количеством коридоров и дверей, чем используемых комнат. Некоторые двери открывались прямо в Шахту, клокочущий кратер с лавой, который для любого, кто не являлся Элементалем огня, означал бы мгновенную смерть. По крайней мере это я понимала. Я никогда не видела саму Шахту, только слышала сплетни. Все что я знала, это что она могла быть грязной лужей. Однако, я в этом сильно сомневалась.

Я пыталась запомнить число поворотов и направление, но вскоре стало очевидно, что нас специально вели самым длинным из возможных путей, и я была уверена, что, по крайней мере, дважды мы возвращались, пока не остановились перед тем, что, как я полагала, было местом назначения.

Двери в ширину были десять футов и, по крайней мере, такие же в высоту. На этих дверях из чистого золота было выгравировано прекрасное изображение извивающегося бескрылого дракона. Изумруды вместо глаз, чешуя из сапфиров, а клубившееся изо рта пламя состояло из крошечных рубинов и жёлтых бриллиантов. Над драконом была надпись: «Всякий входящий будет судим, и недостойного ждёт смерть».

— Ух-ты, а это успокаивает, — не смогла я сдержать сарказм, льющийся из меня. Он скрывал страх, росший в сердце. Эш пододвинулся ближе ко мне, наши Эндеры расположились по сторонам.

— Верь мне, Ларк. Ты должна верить мне, — сказал он тихо, дотянулся до моей руки и провел по пальцам. — Ты можешь это сделать?

— Довольно разговоров.

Мэтч взялся за дубинку и постучал ею в дверь три раза. Я огляделась, пока мы ждали. Позади нас стояли две массивные статуи: одна — королевы в длинном, развевающемся назад платье, а рядом с ней — черной пантеры, изящной и рычащей. Если бы мне нужно было угадывать, то я бы сказала, что пантера была ее фамильяром.

С другой стороны дверей раздался эхом ответный стук. Золотые двери, разрезая дракона пополам, медленно открылись внутрь. Комната была отделана золотом с пола до потолка. В золото были вкраплены все драгоценные и полудрагоценные камни, которые я знала, и несколько, о которых лишь слышала: бриллианты, рубины, изумруды, сапфиры, аметисты, опалы, кварц, малахит, жемчуг и ещё множество камней было разбросано вокруг, словно они ничего не стоили.

Это производило ошеломительный эффект, и, я была уверена, так и предполагалось. Подняв подбородок, несмотря на боль в плече, я пошла вперёд, Эш шел слева.