Огонь для ее льда
Шрифт:
— Выложили, наверное, кучу денег.
— Зато зрелищно.
— Ну, это же Саддары.
— Синити совсем распустилась!
— Тихо, могут услышать.
— А все-таки он хорош, я бы тоже не устояла! — Кит резко обернулась, выловив из разноголосых фраз одну, направленную в ее сторону. Позади десятки пар глаз и понять, кто злословил за их спиной, увы, было невозможно. Соулу все равно, ему терять нечего и Кит опустив глаза, наткнулась на браслет должника.
— Что, мечтаешь и себе заиметь мужчину с печатью должника?
Соул, уже взявший под полный контроль выражение своего лица, выжидательно посмотрел на нее. Янтарные глаза опустились ниже и, ей не составляло труда угадать ход его мыслей. Он предельно откровенно пялился на ее губы, искушая представить, каково это? Держать на коротком поводке, такого как он? Яркой вспышкой перед глазами мелькнуло воспоминание — ночь, постель, их обнаженные тела и стоны Синити.
— Нет.
— А что так? Не нравлюсь?
— Нет, — Кит равнодушно пожала плечами, — мне жаль тебя.
Что ж, действенно, — хмыкнула Кит, когда тот, с застывшим лицом и плотно сжатыми, уже не улыбающимися губами, отпустил ее, резко, будто оттолкнул. Отвернулась и прошла вперед по идеально стриженному газону к рядам аккуратных кустарников, где располагались гости в ожидании салюта. Через зелень в полумраке приглушенных фонарей мелькнула черной тенью бледная, умаявшаяся Маджели.
Как только в небо взлетел первый красный огонек, свет отключили совсем, чтобы дать насладиться гостям зрелищным салютом. Синити для этого праздника выбрала красный цвет — в украшениях, в цветах, гирляндах и даже фейерверк был в пурпурных тонах. В небе взрывались сотни алых огней и им вторили восклицания и смех гостей.
— Ну и заставила же она меня побегать, — от Гэнса ощутимо пахло вином и Кит с сомнением посмотрела на запыхавшегося друга, — ты знаешь мою маменьку…мертвого достанет.
— Ничего страшного, а вот пить можно было и поменьше, — улыбнулась, заметив, как виновато забегали глаза Гэнса.
Теплая рука скользнула на талию и осторожно приобняв ее, он поднял лицо к красному небу. Кит обернулась. Особняк, смотрелся сегодня по особенному, весь в красных отблесках фейерверка на фоне фиолетового неба. Чуть выше, почти у крыльца единственные два небольших пятна — алое с белым и рядом кто-то из гостей, мужчина, что совсем не удивляло. Все ушли вглубь садовых фигур, а эти остались у особняка. Синити опять кого-то соблазняет. Любовник весь вечер не подходил… приезд дяди подействовал благотворно и Соул держался от вдовы на расстоянии. Они не пытались скрыть отношения, но можно было хотя бы в этот вечер не вести себя как пара и воздержаться от воркования. А может это и он.
— Прекрасный вечер, не правда ли?
— Да, Гэнс. Прекрасное начало лета, — вздохнула Кит, вдыхая легкий цветочный аромат.
Через несколько минут, когда в небо выстрелили последние и, как это обычно бывает, самые эффектные и яркие залпы, к ним подошла бледная, слегка растрепанная Маджели и шутливо пригрозив Гэнсу, подхватила Кит за руку.
— Пойдем Кианнейт, гости возвращаются и сейчас будут танцы. Вы с Гэнсом такие юные, красивые, вам нужно обязательно потанцевать. Ах, эта наивная прекрасная юность!
Они втроем поднимались к ярко освещенному крыльцу и до них, уже доносились звуки вальса.
— Синити там уже, наверное, закружила очередного поклонника в танце?
— Не знаю. Не стоит так о ней, Кианнейт. Ты еще очень молода и наивна.
— Глупа, ты хочешь сказать? — усмехнулась Кит, жмурясь от яркого света гостиной по которой кружили яркими пятнами танцующие пары.
— Кианнейт… — С укором посмотрела на нее Маджели, давая понять, что конечно она так не думает. Она остановила Дори и, подхватив с разноса два бокала с игристым, протянула один Кит. Это уже будет третий и, чувствуя, как начинает гудеть голова, устало осмотрелась.
Гэнс, который шел за ними опять бесследно исчез. Снова матушка, жаждущая внимания от заботливого сына?
— Кажется, дона Фоуорт лишила меня кавалера.
Маджели нахмурившись, тоже огляделась.
— Не удивительно. Она чувствует, что Гэнса скоро заберут у нее, — коротко улыбнулась Маджели, намекая на Кианнейт и их возможную помолвку. Отрицать, что Гэнс был кандидатурой номер один трудно, наверное, он бы вполне устроил всех.
Кит потерла лоб, чувствуя, что если не уйдет отсюда, ее голова взорвется от напряжения.
— Все ничего, но то, что мужчина — маменькин сынок, здорово снижает его привлекательность для женщин.
Она отвернулась к окну, смотреть на фиолетовую мглу было приятнее глазам. В них уже рябило от обилия света и красок.
Звуки музыки стали еще громче и Кит, как только дону Маджели отвлекла кого-то потерявшая Дори, тенью скользнула к лестнице. Поднимаясь и с облегчением чувствуя, как на голове расслабляется невидимый обруч напряжения, она завернула в пустынный, темный коридор. Выдохнула, внизу оглушительная композиция сменилась на более спокойную и мелодичную и, стало совсем хорошо.
Тихо ступая по мраморному полу, она остановилась в паре метров от тонкой полосы света. Совсем как в ту последнюю ночь, когда Кит, впервые в жизни наблюдала страстно занимающихся любовью людей. С животной страстью, — мысленно поправила себя Кит, вспомнив выражение лица Синити. Та стонала, металась по простыни с искаженным лицом, скрежетала зубами и бросала на своего неутомимого любовника кровожадные и сладострастно — восхищенные взгляды одновременно.
Кит сделала осторожный шаг. Закусила губу, с досадой осознавая, что снова поддается искушению подсмотреть в приоткрытую дверь. На этот раз без всхлипов и стонов, тишина. Шикарный шелковый балдахин задернут, но мачеха должна быть там, на полпути от двери до постели валялась куча алого нежнейшего полупрозрачного шелка. Она заснула?
Кит зашла в спальню. Остановилась у брошенного платья и подняла прекрасное творение, заказанное у лучшей портнихи Сайконга. Пропустила через пальцы мелкий ряд бесконечных жемчужин и с улыбкой вспомнила, как маленькая, стоя за спиной Синити, иногда наблюдала за сборами мачехи на какой-нибудь прием или праздник. Служанке приходилось очень долго застегивать это бесчисленное количество застежек. Сколько же труда нужно, чтобы пришить к этим бусинам и маленькие, аккуратные петли? Красивое платье, — Кит подняла платье выше и перевернула его. Оно разорвано, от горловины, до того самого выреза, в котором сегодня призывно мелькали стройные ноги Синити.
Кит испуганно и с долей брезгливости отбросила платье. Надо же так торопиться раздеть женщину, что порвать одежду, хотя зная трепетное отношение мачехи к тряпкам…Странно. Кит скользнув по комнате настороженным взглядом, все не могла понять, что ее беспокоит. Два бокала на столике, в ведерке бутылка ее любимого вина. Ну, очень тихо, только едва слышимое тиканье больших настенных часов.
Молнией промелькнула мысль и она стремительно подошла к балдахину постели. Вцепившись в шелковую гладь, отдернула в сторону.