Чтение онлайн

В конце концов, разве в желании леди Ортензии лично проконтролировать погрузку винных бочек на борт зафрахтованной каравеллы было чтo-то необычное? Мало ли, что могло пойти не так – вдруг рабочие не досчитаются лишней бочки или отплытие задержится из-за слишком хорошей погоды. И что именно сегодня лорд Пицанно лично возглавил проверку,тоже не вызвало никаких вопросов. И кто упрекнет, что почтенная леди прибыла в порт в наемном экипаже, который тут же отослала, а у лорда Пицанно как раз была собственная просторная карета, где так легко разместиться вдвоем.

Удачное совпадение, не более того.

Я тихо усмехнулась, думая, какими же извилистыми путями люди зачастую идут к счастью. А ведь всего-то и нужно только слушать и слышать и быть честным с самим собой. Но как же трудно бывает довериться, открыться, решиться на первый шаг. И как хорошо – после.

Легко. Правильно. Сладко.

Я была счастлива. Счастлива – даже несмотря на то, что важных дел,требующих моего внимания, после поимки лорда Гильермo стало чуть ли не на порядок больше. Порт, готовящийся вновь принимать корабли из ромилийских городов, занятия с Ар-Дином и Аррой, а еще членство в Малом совете, на котором настоял лорд Энрико, дабы я набиралась бесценного управленческого опыта. Под конец дня я чувствовала себя совершенно обессиленной. И если бы не Габриэлло – наши совместные завтраки на тенистой террасе дворца Льедов, куда он приезжал каждое утро, многообещающие взгляды, украдкой брошенные на совете, наши встречи, прогулки, объятия, поцелуи. Все, чего мне так недоставало долгие пять лет в Лареццо – каждое сладкое воспоминание, каждый красочный сон…

– Вы улыбаетесь, Франческа, - вторгся в мои мысли мягкий голос леди Греко. – Подумали о чем-то приятном?

– Да, - ответила я без утайки.
– Мне нравится, как преображается Кординна после того, как нам удалось остановить войну с Ромилией, едва не начавшуюся от вмешательства одного безумца. Хочется верить, что рано или поздно всех заговорщиков найдут,и Ниаретт сможет вздохнуть свободно.

– Не сомневайтесь, миледи,так и будет.

От группы стражей, провожавших каравеллу, отделилась статная фигура лорда Пицанно, затянутогo в парадный форменный камзол. Темно-зеленый кокон силы гордо трепетал за его спиной, точно раздуваемый на ветру плащ. При виде главы службы стражей леди Греко всплеснула руками в притворном удивлении и нервно поправила прическу. Немедленно захотелось уйти, чтобы не мешать «случайному» свиданию.

Я бросила взгляд на причал, где готовился к отплытию восстановленный «Северный ветер». Гордо реяли белоснежные паруса, парили вокруг крикливые чайки, моряки убирали последние сходни. Рядом грузился легкий барк, перевозящий пассажиров в ?льмерру, а на горизонте уже вставали высокие мачты новых кораблей, заходящих в широкую бухту Кординны.

Идиллия. Настоящая идиллия.

Со свадьбой решили не тянуть. Мы с Габриэлло готовы были обменяться клятвами в тот же день, когда он сделал мне предложение, но траур, государственные дела, а после – масштабные приготовления к церемонии на несколько сотен гостей отложили счастливый момент почти на все лето. Впрочем, так было даже лучше. Мягкая ниареттская осень идеально подходила, чтобы провести торжество под открытым небом – именно так, как я всегда и мечтала.

Организацией праздника всецело заведовала мама, ради такого события наконец покинувшая Лареццо и согласившаяся вернуться. Она продумала каждую деталь – от сделанной на заказ посуды с переплетенными вензелями ?Л и ГМ до пoлного меню свадебного обеда, включая многоярусное чудо кондитерской мысли – дань ромилийским корням и традициям – и пятнадцать перемен блюд, подобранных с учетом предпочтений гостей и сезонных овощей и фруктов. Видеть маму, обычно молчаливую и безжизненно неподвижную, столь активной и деятельной, было невыразимо приятно. Казалось, леди Алессия Льед ожила после долгого сна и готова была двинуться дальше. Я часто заставала ее в малой зеленой гостиной, полулежащую на некогда любимом диване, и тихо радовалась, замечая на ее лице грустную, но все-таки улыбку. Хотелось верить, что Ниаретт подарит ей силы жить дальше, как он вернул их мне.

И даже больше.

Чтобы угодить матери, я решила всецело положиться на ее безупречный вкус. Настойчивость проявила только в одном – церемония должна была состояться на рассвете в той самой беседке, где мы с Габриэлло танцевали ньерни. И никаких ромилийских свадебных платьев. Шальвары из гладкого, льнущего к коже шелка, белоснежный приталенный топ и длинная накидка, расшитая тонкими золотыми нитями и крохотными кристаллами, которые Габриэлло лично наполнил защитной магией.

В конце концов, я была и оставалась ниаретткой от высокой прически до кончиков танцевальных туфель с твердой подошвой для гулкого дробного ритма ньерни. И никак иначе.

Перемены, произошедшие с Ниареттом за шесть лет ее отсутствия, мама приняла на удивление спокойно. Смуглокожими служанками она осталась довольна и даже сама взялась учить их иллирийским словам вместе с Нелли, которая покладистостью и обходительностью понравилась ей куда больше дерзкой и непокорной Арры. Познакомилась она и с островитянaми в порту, а утвержденный Малым советом запрет рабского рынка так и вовсе восприняла с восторгом. Хотели мы этого или нет, но смуглокожие рыбаки и собиратели давно стали неотъемлемой частью Ниаретта, и их голоса должны были с каждым годом звучать все громче. По крайней мере, я собиралась сделать для этого все, что от меня зависело – как малая толика благодарности тем, кто спас меня, Габриэлло и Кординну от неминуемой катастрофы.

К тому же, островитянам, наделенным способноcтями ар-мьен, нашлось ещё одно немаловажное дело. Мы с Габриэлло тренировались сами и предлагали наставников всем детям и молoдым магам, желающим научиться распознавать и блокировать проявления темной воли. Имена учителей тщательно скрывались, да и ?р-Дин с самогo начала предупредил нас, что распознать в человеке ар-мьен может только тот, кто сам наделен этой силой. Тяжело было признавать, но в этом лорд Меньяри оказался прав – если Иллирия желала оградить себя от новой напасти, нужно было либо вырезать всех иноземцев подчистую, либо научиться защищаться.

Мы выбрали второй путь. Ар-Дин и его мастера своим примером доказывали, что не каждый ар-мьен рвется использoвать силу ради возвышения и собственной выгоды. А если мы распространим знания об ар-мьен по всей южной земле,такие, как Гильермо, не будут иметь ни единого шанса.

Конечно, зная амбиции лорда Меньяри, нетрудно было предположить, что это лишь временное затишье перед бурей – но какое же сладостное и прекрасное.

Гариэлло… мой Габи. Каждая клеточка тела звенела от предвкушения скорой встречи, пока Арра вплетала в мои волосы белые цветы, завершая свадебную прическу. Рядом стояла мама и не могла сдержать слез.

– Если бы только Франко мог видеть тебя такой, – тихо прошептала она.

Я кивнула. ?отелось бы мне, чтобы папа был сейчас рядом. Наверное, поэтому я отказалась от того, чтобы к Габриэлло меня вел мужчина, пусть даже сам лорд Энрико Морелли предлагал свою помощь. Гораздо честнее было представлять папу возле меня – гордого, счастливого, освобожденного указом его величества Сильвестро Леони ото всех обвинений. Я не знала, как лорд Меньяри убедил короля – с демонстрацией «ручного ментала» или без нее – но документ с печатью Короны лег ?а стол Габриэлло через месяц после отъезда ромилийского лорда. Лорд Дженнаро сдержал свое слово, а мы сдержали свое.

?ильермо был не единственным ниареттцем, покинувшим Кординну в начале лета. Вместе с многочисленной свитой погибшей леди Брианелло, несколько поредевшей вследствие десятка удачных браков, на север отправился и Дино, разжившийся за помощь Ниаретту небольшим, однако вполне достойным ежемесячным содержанием из казны Морелли. Друг сожалел, что не сможет остаться на нашу свадьбу, но уверял, что это только к лучшему, ведь бывшему жениху не место рядом с нынешним. Я подозревала, что ему как-то удалось втереться в доверие к лорду Меньяри,и о судьбе Дино ничуть не беспокоилась.