Чтение онлайн

Эми это обрадовало - у нее появилась возможность привести в порядок свои чувства. Пусть бы он подольше не возвращался! Но муж уже показался на веранде - за ним официант нес апельсиновый сок, кофейник с дымящимся ароматным кофе, две порции вафель в сиропе и мороженое.

– О Господи! Да мы не сможем все это съесть!
– вырвалось у Эми.

– Попытаемся, - пробормотал Филипп, усаживаясь напротив.
– Отнесись к этому как к неизбежной необходимости, я так всегда делаю.

Какое-то время они молча ели, пока муж не отодвинул свою вазочку для мороженого и не налил кофе.

– Эми...

– Филипп...

Сказали они это одновременно. Легко улыбнувшись, Филипп произнес:

– Хорошо, твоя очередь, уступаю.

– Нет, начинай ты.

– Ладно, скажу прежде всего об Анне. Здесь ты во многом права. Когда она ушла от меня и стала женой Роджера, что-то вроде ревности или злости овладело мной, и я поклялся, что никогда не прощу ни ее, ни его.
– Филипп поднял глаза и внимательно посмотрел на жену.
– Но я солгал бы, если бы сказал, что мне было все равно, на ком жениться после того, как ушла Анна.

Эми почувствовала желание закрыть глаза и отключиться, но она заставила себя слушать.

– Продолжай, - сказала она едва слышно, сделав глоток кофе.

– Сегодня утром ты уже об этом слышала - я имею в виду наш разговор в кабинете матери Анабеллы. Я сказал правду: меня действительно беспокоила твоя будущая жизнь, а не только Далкейт. Мне не нужно было объяснять, что такое для тебя отцовское поместье, и я принял близко к сердцу твои заботы. К сожалению.
– Он замолчал и уставился в одну точку. Затем перевел взгляд своих серых глаз на Эми и словно набрался решимости:

– Некоторые события произошли столь неожиданно, как ты знаешь, и тогда, когда я еще любил Анну больше, чем тебя. И когда ты согласилась, у меня было такое ощущение, что я отомстил наконец. Нечто вроде реванша за все мои поражения и страдания...

– Продолжай, - попросила она.

– Но тут...
– Он остановился и взглянул на Эми, на ее белое как полотно лицо.
– Когда я это осознал, очень быстро чувство мести растаяло, сменилось угрызениями совести. И когда ты предложила сделать наш брак настоящим, я согласился.

– Да, я хотела, чтобы ты сделал это, - негромко проговорила она, пряча от смущения глаза.
– И ты.., ну, ты помнишь ту ночь...

– Эми, не вини себя за нее, вини меня, - виновато сказал он.

– Но почему же ты не сделал этого?
– удивленно спросила она. Их глаза встретились.

– Потому что я понял: я не хочу этого по-настоящему.

– И ты решил убедить себя в том, что на самом деле хочешь, да?

– Нет, убеждать себя не пришлось, я действительно этого захотел.

– Но почему?
– Эми удивленно уставилась на Филиппа.

– Потому что это должно быть жизненной потребностью, нормой любого нормального брака.

– Другими словами, потому что ты мужчина, а не монах какой-нибудь?

Его губы искривились в усмешке.

– Ты мне это раньше говорила. Дело не во мне, дело в тебе. Все это из-за тебя. Ты удивила меня во всем, включая и интимные стороны нашей жизни. Причина здесь.

– Не хочешь ли сказать, что начал влюбляться в меня? Только так и следует понимать твое объяснение, - с улыбкой заметила Эми.

– Ты попала точно в цель, - согласился он.

– Даже не знаю, смогу ли поверить тебе...

– Очень прошу, постарайся сделать это.

– Но послушай, - начала она возбужденно, - ведь ничего не изменилось, ты же не перестал смотреть на меня, как на ребенка, правда? Помнишь, что случилось той ночью?

– Хорошо, давай так: почему ты решила, что я перестал относиться к тебе как к женщине?

Эми откинулась на спинку стула и почувствовала, как краска начала заливать ей лицо. Она не сразу смогла собраться с мыслями.

– Ладно, но это же не исключает Анну? Я имею в виду совсем недавние события. Помню, как вы с Роджером смотрели друг на друга во время торгов. И не кобыла была причиной вашей враждебности, а Анна.

– Эми, в одну секунду я не мог вычеркнуть ее из памяти.
– Филипп неожиданно взял руки жены в свои.
– И дело, наверное, не только в привычке. К ней добавилось совсем иное чувство - угрызения совести. Когда они с Роджером прилетели в Ривербенд взглянуть на лошадь, Анна многое поняла она увидела нас вместе, почувствовала, как изменилось мое отношение к ней, словом, поняла все без объяснений. Так что я не потерял, а выиграл, имея рядом молодую, прелестную женщину. Я словно стукнул ее по голове, и удар этот был неожиданным.

– Ты рассказал ей все как есть?
– не сдержала любопытства Эми. Сказал о ее влиянии на наши с тобой взаимоотношения?

– Да, но только после того, как Роджер чуть не умер.

– Но ты знал, что ей будет больно?

– Да, догадывался.
– И голос, и глаза Филиппа не скрывали его усталости.
– Я признался Анне, что желание отомстить ей, появившееся после ее ухода к Роджеру, обернулось вдруг муками совести, когда стало реальностью. Да, ты не ошиблась, почувствовав вражду между мной и Роджером. Именно вражда толкнула его на этот демонстративный шаг с покупкой кобылы. А я, дурак, радовался, узнав, какую сумму он выложил на торгах, только бы показать, что может купить все, что пожелает.

– О!
– Эми затаила дыхание.
– Но ты все еще небезразличен к ней... Конечно, Анну Ленгли трудно ненавидеть...
– беспомощно забормотала Эми.
– И она обратилась к тебе.., да?

– Она не обращалась...
– досадливо отмахнулся Филипп.
– Это сделала Джун, и без ведома Анны. Очередная сумасбродная идея моей дорогой помощницы. Сама Анна оторопела, увидев меня в госпитале. Она ведь чувствует свою вину и переживает, что сердечный приступ у Роджера случился из-за нее.

– Тогда почему же ты оставался с ней почти целый день, если это так? продолжала допытываться Эми.

– Я остался по единственной причине - Анна оказалась очень одинокой в своем горе. Мог ли я ее бросить в таком состоянии, уйти в сторону и делать вид, что все это меня не касается?
– Он помолчал.
– Представь, насколько ей сейчас плохо. В этой ситуации прошлое, о котором знал Роджер, приобретало еще более мрачную окраску. Может быть, в Ривербенд он повез ее затем, чтобы посмотреть, как она поведет себя при встрече со мной. Но это мое предположение. Абсолютно уверен только в одном: покупка лошади по баснословно высокой цене была чем-то вроде ответного удара, который он нанес мне. Не исключено, этим он пытался что-то доказать и Анне.