Чтение онлайн

 01.08 - 04.08 - проводы Вальки в Душанбе.

 05.08 - 09 - третий полевой сезон в Приморье - лето, море, Большая Уссурка, Оля Ставрова, доклад, дождь, сырость, солнце, загар, штормовые волны, сети, рыба, пиленгас, красноперка, вишня. Много ездили на море. Владивосток, горбатые улицы, сопки, море, звезды, купанье. 28 - в Москву. За год 3-4 записи. Вся жизни в сотне торопливых записок. Сижу в палатке. Каркас, электрическое освещение, 2 раскладушки, стол - маленькая чертежная доска. На столе статья - "Очаговые структуры Тигриного рудного узла", чертежи, спички, пачка «Беломора». Стучит дождь. Олимпийка и ноги в шлепанцах - мокрые. В волосах - песок, а то и гравий, оставшиеся после вчерашнего купанья в штормовом прибое ( восторг и страх, горы, вода, пена, удар о песок). Напротив сидит студент Павел Князьков из УДН, читает «Юность». Слева шахматная доска. Сейчас позовут ужинать. Петровна изготовляет рыбные котлеты (красноперка, сало - до жарки весьма неприглядный серый вид). Несла в противне, как булыжники. За палаткой высоченные подсолнухи. Только что Ефимыч (хозяин) ободрал с них листья - чтобы, значит, семечки крупнее были. Пришла Оля курить и болтать. Ужин - уха, котлеты с картошкой, соус острый, остатки утреннего молока, чай. Потом чистили шиповник на варенье - приплюснутый, в диаметре до 3см. Сначала чистили при вечернем свете, затем я вынес свои фирменные свечи, которые я лью из олиных бесчисленных огарков. Одна отлита в кружке, другая - способом скользящей опалубки ( жестянка из-под тушенки), третья, таким же способом в жестянке дихлофоса. Светят хорошо, но коптят. Раньше Протогенов просил натирать обычные свечи мылом. Беломор кончился. Оля в этом году стрелять не дает. Студент тоже не покупает. Все условия, чтобы в миллионный раз бросить курить. Единственная мечта сейчас оклад в 300 руб. Надо написать статьи. Несколько статей

02.09.88. Рощино. «Памир» ушел в отрыв - от второго места на 8 очков. Сижу выпивши - наши проспорили друг-другу 15л пива. Через час иду в баню. Вчера вечером гостил Егорыч - угощал водкой, а в начале сезона я нго чуть не побил. Весь описался (он). Выдергиваю из бороды седые волосы. Лет тридцать назад была у нас с Эдгаром повинность - выщипывать их у бабушки из головы. Ей было тогда 44. Волосы укладывались на темную ткань и считались. Приснился сон. Где-то не на Земле комната - светло-серые стены, полки. Со мною женщина. Нас что-то тревожит. Вдруг стены комнаты начинают светиться, вернее, пропускать завораживающий свет. То на одной стене, то на другой, то на потолке высвечиваются какие-то знаки и тут же пропадают. Мы смотрим на свечение и друг на друга. Я вижу ее - это она, она, но это только знание, не черты лица или фигуры. Мы начинаем чувствовать голоса, обращенные к нам. Они несут смысл - мы есть среди нас. Наше состояние испытывает какие-то перемены или перемещения, заканчивающиеся в нас самих. Что-то не происходит, перемещения в комнате, вызывают ощущение перемещения в огромном пространстве.

11.09.88. Кавалерово. За 1,5мес не получил ни одного письма. В бане сегодня возник вопрос - а что, если все женщины станут красивыми? Не исчезнет ли красота? Пришел почему-то в голову ангел Дымков. Я - нервный, острая, временами, неприязнь к Митрофанову (не антилидер ли я?). Зашел к Протогенову, хотел сесть на раскладушку - он не позволил - он ярый борец против сидения на раскладушках (ломаются). Сказал ему, что он боец кипяченой и враг воды сырой. После поездки на море (бухта Зеркальная) назвал Митрофанова Тираном Африканским - собрал всех в 5 вечера на совещание, хотя только что установилась солнечная погода, еще час можно было понежиться в море. Маска, ласты и все остальные прелести подводного плавания. Вылез, стал тушить костер, забыл тушившихся на солнце морских звезд и срочно в машину, на это дурацкое совещание. Перед тем на полднике, один из присоседившихся к поездке новосибирцев, достал вторую бутылку спирта. Митрофанов: - Нет, нет, мы не будем.

Митрофанов - настырный, неглубокий, самоуверенный. Придумает что-то и потом в это верит. Читаю Маканина. Жизнь - река и не надо что-то менять и нервничать. Река течет неудержимо. Жизнь каждого река. Реки могут поглощать друг друга, но не пересекаться. Хотя, как сказать. Однажды, когда я, поссорившись с Надеждой, пришел к Сережке с Любой (они тогда жили в 33 м/р), была выпивка, кажется бабы-Ксени самогон, было много желчи с моей стороны. Выступал я против мещанского счастья, успокоенности, добычи денег и пр. Сережка потом сказал - трудно тебе будет, Белый, с твоей философией, но ты нужен, чтобы нас, мещан, будоражить. Выяснил в предисловии, что Маканин тоже считает, что жизнь человеческая течение реки неизбывное. В "Утрате" один чудак роет тоннель под Уралом.

18.09.88 Сторожу машину на берегу Амурского залива. Уехали во Владик в четверг, ночевали в Шамаре (Уссурийский залив) , на очень грязном пляже. Митрофанов с Никулиным переехали в гостиницу, грязную и загаженную, Мы с Егорычем стоим на берегу в центре города, во дворах рядом с автодромом. В море куча звезд и ежей. Облачно, но тепло. Вчера с 14 до 21 гулял по городу. Сопки, крутые улицы, современные дома соседствуют с избами и старыми домами. Вид с сопок на бухту "Золотой рог"- изумительный. Все забито судами. Женщины обольстительные, стройные (не крутые ли улицы их тренируют?), элегантные, сплошь на шпильках. Сегодня опять пойду слоняться, хочу посидеть в баре. Купаюсь много, ловлю звезд и высушиваю их на сковородке, чтоб довести до Москвы. Ветер, моросит дождь.

18.09.88. Сижу на защите митрофановского отчета на НС ПГО «Приморгеология». В конце Митрофанова забили, а он и слова не вставил, пришлось мне все забалтывать.

 26.09.88. Собираю вещи в контейнер. Более-менее все нормально, Психую. Возможно, от непоимения женщин. Купил рыбных консервов, выпил литр пива. Была стычка с Митрофановым. Он вынес на повестку дня вопрос: - Давайте, братцы, если кто к обеду опоздает - нет для него обеда. Я сказал что-то о казарме и ушел от волнения в палатку. Все он старается прибить гвоздями.

16.10.88. Контейнер сейчас где-то под Свердловском. В нем высушенные морские звезды, в баночке с песком едут морские ежики. Лежу на диванчике. Хочу встретить тебя, милую мою, мою гордость. Я уж вывернусь наизнанку.

09.11.88 Памир в высшей лиге. Я - в группе Митрофанова. 5-го на работу не пошел, отписался, валялся дома. 6-го проводил маму в Душанбе, конечно, не без ссор по поводу кошки ( ее надо кормить манной кашей, фаршем и 2 раза в день делать уколы, варить рыбу, поливать цветы и кормить отца). 7-го был на вечере в АЗЛК. Девочки были молодежные, с умопомрачительными ногами. 8-го отправил матери посылку с летними вещами, потом пошел на танцы в клуб автомобилистов. С собой было. Перед тем посетил Елоховский собор. Запомнилась молодая, неистово молящаяся и при этом не забывающая смотреть на часы, хорошо одетая девушка. 9-го убрал детсад (подрабатываю дворником). Давно заметил, что мне нравится женская обувь на высоких каблуках. Что это значит по Фрейду понятно.

11.10.88. Тимофей ни черта не болеет. Все обмочил, даже соломенную чашу на журнальном столике. На Ордынке у нашего отдела сломали два дома - вскрыли старые могилы. Сижу на работе. Статью не пишу - все машинки заняты. Корректирую отчет Митрофанова. Стол мой в углу довольно большой комнаты. Сижу лицом к стене. Слева, торцом к стене, стоит большой лабораторный стол, на нем светостол, чайные принадлежности. Ближе к стене кипа экземпляров моих статей. На моем столе - лист оргстекла, на нем - чертежная доска, на ней - карты, кальки. На стене - карта Кавалеровского рудного района и портрет Сократа из "Собеседника", вырезка - "Будь реалистом, добивайся невозможного". Под столом слева - ящик из-под микроскопа с микроскопом и моими ликероводочными изделиями. В столе - папки с чертежами и статьями. В одной из папок черный конверт со сберегательной книжкой и облигациями, две мои кавалеровские фотографии - я среди подсолнухов. Слева печатает Ольга, сзади - голоса Никулина и Митрофанова, у них сегодня хорошее настроение. Протогенов молчит. Молчит и новая сотрудница-масонка Гроссвальд. В левом от меня углу комнаты вешалка и дверь вон, в которую всегда стремится моя душа.

09.12.88. Надежда просила встретить ее в Домодедово - едет в Одессу по турпутевке. Прождал 1,5 часа. Встретил. Кузнечик остался кузнечиком. Отдал ей бананы и апельсины. Все это для того, чтобы сказать подругам - бывший муж прилетел на крыльях, чтоб повидать... Просила приехать и на обратный рейс. Сказала заговорщицки - поговорим. Я был озадачен.

 10.12.88. Не надо быть ювелиром, чтобы отличить бриллиант от стакана. Господь дает штаны тем, у кого нет задницы. Ты сядешь вплотную, придвинешься и просто посмотришь в лицо - я, кажется, вас уже видела, о, боже, как было смешно!

 24.11.88 ходили смотреть с Пашкой слайды к Ольге Горячкиной. Курганова не пошла. Была еще племянница Лариошкина (начальника Тигриного). Сидели на кухне, было все мило, я был в ударе. Ели салат из кальмара пиццу и торт с надписью "Приморье-88". Маленькая уютная квартира. Ставров в молодости болел белокравием, аквалангист. Пашка организовал кооператив дворников. Ольга мне понравилась в полутьме, грустная, с томлением. Кого-то видит во мне. Я ей нравлюсь, без сомнения. Но в поля она ездит с отцом, доктором наук Ставровым, и тот следит за дочерью. Стоит ей заявиться в мой кубрик или палатку он тут как тут, в окно даже подглядывал.

Ольга развелась с мужем Горячкиным. Мне иногда кажется, что у нее с отцом непростые отношения, то есть более чем близкие. Много лет позже я видел Ольгу в одном кабинете со Ставровым, некоторое время переписывался с ней по эл.почте. Что-то с ней случилось – стала религиозной, и не просто религиозной, а фанатичкой. 100% замаливает связь с отцом. Как все гадко в Мире! То, что я целовался взасос с Зиной в салоне нашего Газа – это детские поцелуйчики, по сравнению с тем, что люди делают друг с другом