Чтение онлайн

Почувствовав, что Ильич собирается что-то ответить, Федотов поспешил его опередить:

– Господин профессор, честно сказать, мне крайне неловко отвечать на этот вопрос. Дело в том, что последнее время я все больше прихожу к выводу, что я недоучка.

После такого 'глубокомысленного' ответа Мишенин оторопело уставился на Бориса, а в глазах профессора мелькнула смесь недоумения и неудовольствия.

– Право, странно, - замялся хозяин, - впрочем, если вам неловко, то смею настаивать. Так что Вас ко мне привело?

Борис не торопясь извлек листы бумаги, распаковал радиолампу. Стеклянный баллон с начинкой смотрелся таинственно.

– Если говорить совсем кратко, то мы просим Вас оказать содействие в размещении заказа на изготовление двух радиостанций и принять участие в их испытаниях.

По тому, как озадаченно нахмурился Попов, Борис понял, что опять ошибся с терминологией.

– Господин профессор, я имел в виду изготовить два аппарата беспроводной связи.

В начале века связь по радио велась только в телеграфном режиме. Передатчики были громоздкими. Для их работы требовалась небольшая электростанция. Такие монстры устанавливались на больших кораблях или стационарно. Основным элементом приемника этих станций являлся 'когерер', усовершенствованием которого и прославился Попов.

Передача речевых сообщений была в стадии лабораторных опытов, а кристаллические диоды только исследовались.

Инженеру-обывателю начала ХXI века вклад Попова мог показаться мизерным. Ничего необычного в том не было - посредственность с дипломом не в состоянии оценить титанического напряжения ума ученого, создающего новое.

– Однако! Вы сейчас хотите изготовить два аппарата беспроводной телеграфной связи?
– профессор опять пожевал губами.
– Должен вас огорчить, господа. Кронштадтская мастерская совершенно перегружена военными заказами. К тому же и штат там крохотный. Хотя с отбытием флота на восток ситуация, может быть, несколько изменилась. Уточню.

Попов на секунду умолк, озадаченно теребя бородку.

– Сейчас же война, господа.

Как бы извиняясь, профессор пожал плечами. Переселенцы ждали продолжения.

– Я могу рекомендовать вам обратиться к господину Дюкрете, но и он сейчас не справляется с заказами. Мне очень жаль, но вам определенно придется направиться к господину Сименсу. Могу в том сделать протекцию, - закончил профессор.

В Москве высказывали подобные сомнения. Но после слов Попова Борис вдруг почувствовал тот азарт, которого ему сегодня так не хватало. Попутно отметил, что Попов имеет контакты и с 'фрицами'.

'Вот тебе и 'однако'. Ты, брат, еще не раз сегодня скажешь 'однако', - вихрем пронеслось в сознании Федотова.

– Господин профессор, не могли бы вы кратко ввести нас в курс дела о возможностях изготовления подобных аппаратов в России?

– Отчего же, конечно, могу. В принципе я уже сообщил вам обо всех товариществах, но вот вам подробности. Собственно отечественным предприятием являются только кронштадтские мастерские. Они подчинены Главному Капитану кронштадтского порта. Кроме того, в Санкт-Петербурге есть представительство мастерских физических приборов господина Дюкрете. Там выпускают аппараты под торговой маркой 'Попов-Дюкрете-Тиссо'. В прошлом году акционерное общество 'Русский электротехнический завод Сименс и Гальске' приступило к выпуску интересующих вас аппаратов. В этом предприятии ваш покорный слуга является техническим консультантом.

Услышанное оказалось большой неожиданностью. Федотов с Мишениным по-новому взглянули на убранство кабинета. Шкафы красного дерева покрыты тонкой резьбой, портреты выполнены маслом. Во всем угадывается достаток.

'Интересно девки пляшут, а наш проф отнюдь не бедняк. Капусту стричь умеет. Надо обладать нешуточным нахальством, чтобы подрабатывать в конкурирующих конторах. Эдакий поворот надо бы учесть', - отметил про себя Борис.

– Господин Попов, насколько я понимаю, Вам не составит труда сделать протекцию в любое из этих предприятий?

– Прежде я хотел бы понять, что именно вы собираетесь заказывать, - косясь глазом на радиолампу, резонно не стал торопиться профессор.

– Извольте, - тут же откликнулся Федотов.
– Мы собираемся изготовить два небольших изделия, выполненных по нашим чертежам. Они построены на совершенно новых принципах. Это те самые трансиверы.

Однако!
– вновь вставил любимое словечко профессор. - Но, господа, что такое ваш трансивер!? Когерер-то, надеюсь, в ваших аппаратах имеется?

Федотов еще в Москве выяснил, что термин 'радио' в это время уже появился, хотя широкого распространения еще не получил.

– Трансивер - это аппарат беспроводной связи, в приемнике и в передатчике которого, используются одни и те же элементы. Это снижает массогабаритные характеристики изделия, - привычно затараторил Федотов.- Прежде всего надо пояснить принцип действия этого прибора, - Борис показал глазами на лампу.
– Без него никакого трансивера не получится.

Борис извлек вторую лампу - выходной триод имел большие размеры. Попов осторожно взял его в руки. Ожидая разъяснений, посмотрел на переселенцев.

– Эти приборы или радиолампы мы назвали триодами. Их назначение заключается в усилении электрических колебаний или сигналов. Термин 'сигнал' нам представляется более удобным.

Лицо профессора выражало смесь скепсиса и любопытства. Переселенцы понимали, сколь трудно в такие моменты скрыть эмоции.

– Прибор, что вы держите в руках, недавно был изготовлен в кабинете физических демонстраций Московского университета, а заявка на привилегию подана всего неделю назад.

О подаче заявки Борис слукавил -они ее привезли с собой, но в данной ситуации надо было подстраховаться.

– Полагаю, что завтра-послезавтра вы об этом прочтете в письме профессора Умова.

Попов, как и любой человек науки, умел слушать собеседников, но после упоминания об изготовлении триодов не выдержал:

– Странно, но почему я об этом не встречал публикаций?

– Александр Степанович, да только неделя, как их изготовили. Откуда же быть публикациям?
– воскликнул Федотов.
– Кстати, прибор у вас в руках. Вы можете его включить и убедиться в справедливости моих слов.

Федотов понимал, что с языка профессора вот-вот сорвется убийственный вопрос: как могло получиться, что о таком изобретении никто раньше не слышал? Ведь только недалекий человек позволяет себе думать, что, зная идею, можно тут же получить результат. Ученые к таким наивным не относятся. Им известно сколь долог путь от идеи до ее успешной реализации. Как правило, это несколько лет каторжного труда по шестнадцать часов в сутки. Так как же могло случиться, что от заказа на изготовление до блестящего результата прошел всего месяц?

Упреждая эти крайне нежелательные вопросы, Федотов тут же продолжил:

– С вашего позволения сначала я расскажу о физических принципах работы этого вакуумного триода. Данный прибор является развитием прибора господина Флеминга. Давайте вблизи его катода поместим сетку. Это будет третий электрод.

Борис открыл лист со схемой включения лампового триода.

– Если приложить напряжение между анодом и катодом, например, в сто вольт, то через прибор потечет некоторый ток.

– Простите, Борис Степанович, вы имеете в виду осцилляторный вентиль господина Флеминга?