Чтение онлайн

– Слушай!
– призадумалась я.
– А как писаря-то зовут? Есть ведь имя у него.

– Дак просто... Это...
– папа почесал затылок.
– А как его зовут?

Спать мы ложились со своими мыслями. Я думала о подарке для Амиты, о том, что завтра с бабой Мией будем готовить шерсть к пряже, о предстоящей свадьбе отца и знахарки. Как хорошо иметь лекаря под рукой...

Снились мне интересные сны. Сначала я требовала выкуп у старосты за отца. Старостой оказался наш петух, но это меня не останавливало. Потом мы на лимузине, запряженном тройкой коней, проезжались по лесным дорогам. Затем в ресторане рвали баяны, потому что никто играть не умеет. А под конец, мы дружной толпой отпинали Максимельяна. Вот ведь проныра! Даже в сон залез.

Нас утро встречает прохладой. И мужиком, который лезет в окно.

Еще спросонья я не сообразила, что этот форточник сейчас ступит сапогами на мое шитье, которое я оставила в корзине под окном. А вот когда дошло... Считайте этого урода без вести пропавшим!

Быстро и тихо выскользнув из кровати, я схватила деревянную швабру, которую использовала в качестве манекена для платья, которое расшивала узорами. Сейчас швабра стояла без дела, но я это немедленно исправлю.

– Хрясь!

Что-то хрустнуло. Надеюсь, что это спина лазутчика.

– М-м-а-у-у!
– замычал он.

– Ах ты гнилушка трухлявая! Мычать в моем доме вздумал!?
– возмутилась я - Да я тебе сейчас весь мычательный аппарат отобью. Только посвистывать будешь!

Вот это я хапнула адреналинчика на завтрак! Трэш и кринж в одном флаконе.

В комнату ворвался папа в подштанниках.

– Что? А? Где?
– но, увидев визитера, быстро соорентировался - Олена, это ты его через подоконник перекинула? Он не подходит в эту комнату по стилю! Я думал, что у тебя вкус получше будет.

И, с этими словами, папа вытолкал оконного мужика наружу.

– М-м-о-у... Фу-тьфу... А-а-а!
– запротестовал тот уже на улице.

– Олен, я вообще от тебя не ожидал!
– посетовал мой нежный папенька.

– Чего не ожидал?
– я аж проснулась окончательно.

– Ну чего-чего?
– отмахнулся он и, выходя из комнаты, пробурчал - Убила бы его. А теперь столько праздников пропадает: похороны, девять дней, сорок, годовщина...

Я восхищена! Нет, правда! Я быстро натянула на себя платье поверх ночнушки, а ноги воткнула в туфли без каблука. И, уже выбегая, крикнула:

– Пап, я сейчас все исправлю!

И выскочила из дома бегом. Оббежав угол, я увидела как на участок Аглаи через забор перебирался мой нежданный гость. Держась за спину и отплевываясь, он рухнул в малинник соседки.

Я повисла на заборе, пытаясь разглядеть в предрассветных сумерках, кто же там валяется.

– Максимка? Ты чтоль?
– моя челюсть отвалилась сама.

– Тьфу на тебя, полоумная! Максимельян я!
– еле ворочая языком, проворчал хмырь и встал. Ну почти. Встал в позу прямого угла.
– Я тсфефы тефе прифес, а фы?!

– Чи-и-во?
– не поняла я.

Как в мультике, лицо Максимки приобретало форму шара. Губы и нос отекли, а глаза начали слезиться. Бросив взгляд на цветочки, от которых он отплевывался, я все поняла. Аллергия на амброзию!

– Максимка, тебе срочно нужно смыть с себя всю пыльцу цветов! Давай быстрее к колодцу.
– подгоняла я его.

Он же, в свою очередь, испугался моего напора (а может подумал, что я его утопить хочу) и, несмотря на травмированную спину, побежал к калитке, а там и на дорогу. Я побежала за ним через свою калитку.

И вот, бежим мы вместе. По дороге никого не попалось в связи с очень ранним утром. Только батюшка, совершавший некие манипуляции у церкви, проводил нас ошалевшим взглядом. Как бы его глаза окончательно не остались на выкате.

Я, как профессиональная пастушья собака, загоняла хмыря к Василениному дому. Слава богу! Знахарка услышала наш дружный топот и вышла нам на встречу. Ловким движением руки она остановила Максимку за ухо.

Я честно попыталась объяснить что нужно, но из меня вылетал только свист. Дыхания катастрофически не хватало. Но я потыкала в Максимку пальцем и попыталась жестами и пантомимой показать суть проблемы.

– С тобой все в порядке?
– осведомилась травница.

Я кивнула.

– Папа что?

Я показала на хмыря и сложила руки на груди изображая покойника. Максимка испуганно замычал, за что получил тычок в бок от Василены.

Пока знахарка занималась болезным, я развалилась на лавке под окном. Лежа на животе (так кислород лучше приживается в организме), я рассматривала ромашки подо мной. Божья коровка, быстро перебирая лапками, перемещалась по белым лепесткам. Благодать!

– А-а-а... О! У-у-у...
– с дикими воплями хмырь вылетел из бани, придерживая спущенные штаны и прикрывая зад. Он резво проскакал до деревянной кабинки уличного туалета и громко захлопнул за собой дверь. На мой удивленный взгляд Василена пожала плечами. Мол, извиняй, но побочки лечения никто не отменял.

Отдышавшись, я удостоверилась, что травнице моя помощь не нужна и вошла в дом. Наобнималась и нахохоталась с детьми да и просто поболтала с ними о жизни. Вернувшаяся Василена сообщила, что пациент скорее жив, чем мертв. Ну что ж... Пора идти домой и расстроить папу этой новостью. Шла обратно одна. Максимка сбежал сразу после лечения.

– Утро-о тума-анное-е, утро-о седо-ое-е...
– напевала я, бодренько шагая по дороге.

По пути со мной шли односельчане, которые вели коровушек на пастбище. Я здоровалась, справлялась о жизни и новостях у мужчин, а у женщин интересовалась о подарках на свадьбу Амиты.

Кто во что горазд! По принципу - молодой семье нужно всё, идеи даров просто поражали мое воображение. Домашний скот, посуда, матрасы, ткани, яблоки, сухари, мешок навоза и многое другое. Гран-при от меня лично получила шустрая невысокая женщина, которой хотелось бы подарить новобрачным своего среднего сыночку-лоботряса и мужа-козла. И ей легче и молодая семья сразу станет цельной. На это заявление, женщины наперебой стали выяснять чей мужик козлее, а ребенок лоботряснее. Мужская составляющая нашего шествия не осталась в долгу и стала предлагать своих жен-мозгоклюек в качестве свадебного подарка. За это они были битыми подругами этих самых жен. М-да-а! А я только спросила.

Мы проходили мимо дома старосты и церкви. Отец Митрий, по-моему, так никуда и не отлучался после моего забега с хмырем. Даже выражение лица не поменялось. Либо наша погоня его так впечатлила, либо небольшая потасовка мужиков и женщин среди шествующих коров. Надо бы ему посоветовать валериану выращивать.

Дома меня уже ждал папа. Он успел управиться со скотом и даже приготовить завтрак.

Когда я мыла посуду, пришла баба Мия. И закрутилась карусель шерстяная. Папа сбежал в свою мастерскую со словами "у меня заказ в таверну горит ". Бросил меня! Прямо на произвол судьбы! Ну да ладно, столы тоже нужны. Свадьба-то в таверне будет.