Чтение онлайн

– Ч-что п-прости?
– сипленько вырвался мой голос.

– Может поедим сначала?
– внесла предложение Ясмина.
– А то в таверне есть невозможно. Все безбожно пересолено.

Папа разлил по тарелкам обед. На этот раз без инцидентов. Девушка принялась за еду, а мы даже ложки в руки взять не смогли. Вот это батюшка у нас! Вот ведь развратник! А еще благочестивеньким прикидывался! Но что-то здесь как-то не вяжется.

Из рассказа Ясмины вышло, что впервые со святым отцом они встретились три месяца назад. Тогда девушка была на службе с секретным делом в горах.

Сидя в засаде и ожидая контрабандистов с запрещенными лекарственными травами, отряд девушки распределился вдоль тропы. Караульный заметил движение и передал условным сигналом остальным членам группы. Все приготовились. Пропустив первого контрабандиста-разведчика, команда осталась ждать остальных. Лишь самый шустрый отправился проследить.

Практически в самой высокой точке горы за валуном скрывалась пещера. Там, по словам шустрого, и расположился схрон. Разведчик наметанным глазом определил, что свежих следов присутствия кого-либо нет и отправился за криминальными товарищами. Проследить за ним не удалось, потому как профессионалами являются не только служивые, но и бандиты. Спустя какое-то время, небольшая команда явилась у схрона. Распределив по местам мешочки с запрещенкой, они отправились было назад, но попали в лапы отряда Ясмины. Завязалась нешуточная борьба, из которой победителя было бы трудно определить. Все решил случай.

Неспешным шагом и напевая псалмы из божественных песнопений, вереница богослужителей в рясах поднималась по тропе. Набрякивая бубнами ритм и окуривая округу благовониями, они не сразу заметили бой. Зато когда увидели, то ни один из сорока восьми разновозрастных батюшек не бросился наутек! Всей толпой, под выкрики "гаси богохульников" и "я тебя отлучу от церкви только дайте дотянуться посохом до темечка", святые отцы повязали всех. И бандитов и вояк. И даже несколько нерасторопных святош тоже под раздачу попали.

Батюшки бодро применяли свои разнообразные навыки. Кто-то служил ранее, а потому благословлял неверных крепкими ударами могучих кулаков. Некоторые умудрялись поймать злодеев и спеленать веревками на манер ковбоев. Отец Митрий поразил своим мастерским владением боевого искусства. Размахивая серебряным ковшом, он щедро поливал недругов святой водой и отпускал грехи точным попаданием в лоб раскрученным в руке ведром.

Я так и знала, что омовения - это его пунктик!

Разврат, по мнению Ясмины, пришел тогда, когда наступило время разбора кто есть кто. Определяя по нагрудным нашивкам и медальонам на шеях, святоши отвязали вояк. Отец Митрий лично развязывал девушку, попутно проповедуя ей женское предназначение и осматривая на наличие травм. Осмотр был наощупь. А так как бой был нешуточный, а самый что ни на есть всамделишный, то и батюшки некоторые пострадали. В основном рясы. Вот и сидит девица в обтягивающей одежде, а молодой и привлекательный батюшка в разодранной на могучей груди рясе, смело ощупывает ноги, руки, спину и остальные части "сбитого с толку и не наставленного на путь истинный дитя женского полу".

Мало того, что битву девушка проиграла, дак еще и ржач сослуживцев добил репутацию девы. Почти. Ровно до тех пор гоготали вояки, пока батюшки не начали отпаивать их остатками святой воды. Насильно. Ну, вдруг кто одержим. А то уж больно диковатым был смех этих защитников отечества.

Как оказалось, в этом месте проходила священная тропа, по которой раз в пять лет совершали свой праведный путь паломники. Святоши не вынесли такого удара, как осквернение пещеры святого просветителя Покропа Жуйского, и отстояли сие место.

После встречи божьих слуг и слуг военного подразделения, дело перестало быть секретным. Только поэтому она и рассказала нам эту историю. Ну и потрепаться хотелось. Девушка же.

– До папы моего дошла вся эта ситуация.
– пригорюнилась Ясмина.
– Никогда он на меня не орал, а тут как собака с цепи сорвался.

– А чего орал-то?
– не поняла я.
– Вы ж миссию-то выполнили? Ты целехонька-здоровехонька?

– Это да. Вот только меня замуж отец хотел отдать за своего заместителя. А тот теперь нос воротит и прямо заявил, что я порченая.

– То есть, как на борьбу с преступностью, дак ты несказанно хороша, а как под венец, дак порченая?!
– взвилась я, остро чувствуя несправедливость.

Ясмина только коротко кивнула.

– Идти мне теперь только в монастырь. После вымышленных подробностей моих "товарищей".
– зло проговорила рыжеволосая и мечтательно добавила - Ну или замуж за батюшку вашего.

– Но-но! Мой батюшка уже в следующем году женится. Я не позволю тебе его увести!
– встала я на защиту папы.

Ясмина поморгала не понимая и уставилась на кивающего папу.

– Да не нужен мне твой отец! Я про отца Митрия говорю.
– фыркнула она.
– А вообще, лучше бы он поговорил с моим папой и развеял все слухи.

– Думаешь поверит?
– засомневалась я.

– Не знаю. В любом случае, дорога на службу мне теперь закрыта. А ничем другим заниматься не умею.
– дернула плечом Ясмина.
– Я единственная дочь в семье. А по счету пятая и последняя. Братья старшие пошли по стопам отца. Он старший гвардеец при градоправителе. А мне куда деваться с такими родственниками? Ну не платья же шить да платочки вышивать? А теперь вот!

– Ну не выгонит же тебя родной отец?! Если уж он большая шишка в большом городе, то и нашел бы любимой дочурке занятие.
– поддержала я ее.

– А он не выгонял. Он запер меня. Вот только я не намерена идти на службу к дочери градоправителя! Это ж позор!
– возмутилась девица и треснула кулаком по столу - Не бывать этому! Потому и надо мне со святошей поговорить. Пусть уж лучше меня к себе возьмет, чем позориться в кружавчиках да бантиках.

Юношеский максимализм, стойкое отрицание других жизненных целей, кроме как военное дело, и вечная проблема отцов и сыновей. То есть дочерей воспитанных под сыновей. Я покосилась на папу, спрашивая "что делать будем?" Тот пожал плечами и кивнул в сторону двери. Или выгнать ее, или в церковь ее. Что-то я не поняла.

– А от нас чего хочешь?
– тихонько и осторожно уточнила я.

– Мне разузнать про ваше село нужно. Ты наиболее адекватная, если сравнивать с остальными.

– Отец Митрий с тобой бы не согласился.
– усмехнулась я.
– Но я лично соглашусь. А про село тебе лучше узнать у старосты. Он может и работенку для тебя выбьет.

– Может и так.
– согласилась она.
– Где искать его?

– Я провожу.
– быстро ответила я и засобиралась.

Папа был этому не очень рад, но в дом вошла Василена. Она молча оглядела Ясмину и выставила перед ней какой-то зеленый отвар в стеклянной колбочке.

– Яд?
– синхронно спросила я и рыжая.

– Противовоспалительное. Для ноги.
– и кивнула на сапоги гостьи.
– А если яд нужен, то приходи вечером.

Опасная женщина папеньке досталась. Но я все равно за них рада.

– Сильно заметно?
– кинула на меня взгляд Ясмина и принялась снимать правый сапог.

– Она не видит. Никто не видит.
– уточнила знахарка.

Ясмина кивнула, принимая ответ, и принялась втирать зеленуху в порез на щиколотке.

– Промыть бы сначала...
– вякнула я, но заткнулась под цепким взглядом девушки-воина.