Охота на дикие грузовики
Шрифт:
– Как живые?
– Бюскермолен даже привстал и отодвинул бокал с пивом.
– Болеют и умирают? Высокое напряжение! Поверить не могу.
Вольво задумался.
– Трудно ли делать машины?
– спросил он с некоторым сомнением. Он подозревал, что на этот вопрос Гонза и Пард могут и не знать ответа. Но Гонза ответил:
– Достаточно непросто. Впрочем, если есть место под названием «завод», где все для этого приспособлено и подогнано - не очень. Но хитрость заключается вот в чем: чтобы сделать машину, нужны другие машины, которые изменяют металл, пластик, дерево - любые части любых машин. Но ведь эти изменяющие машины тоже нужно сначала сделать, и тоже с помощью других изменяющих машин… в общем, получается замкнутый круг.
– Погоди, - вмешался Вольво.
– Но кто же тогда создал самую первую машину? Ту, на которой стали изменять металл и пластик?
Гонза развел руками:
– Откуда я знаю? Это, кажется, один из вечных вопросов. Я думаю, ответить на него просто невозможно.
Вольво крепко задумался.
– М-да… Ошарашили вы меня, скажу честно. Но почему-то я вам верю. Ну и где это ваше научное место находится?
Гонза и Пард переглянулись.
– А нельзя ли сначала уяснить ваши планы? Обрисовать, так сказать, ближайшую перспективу?
Вольво не колебался ни секунды:
– Планы? Попасть туда и научиться строить машины. Вы-то сами хоть понимаете, насколько это уведет вперед науку? Е-мое, да это же просто новая эра!
– Это-то мы понимаем. А вот… более конкретно?
– Ну, - протянул Вольво, - добраться до этого вашего места. Сколотить команду живых из двадцати, чтоб по городам без помех ходить, и вперед. Ну, и на месте уже разбираться.
– Мы с Пардом должны войти в команду. Мы станем сотрудничать только на равных условиях, надеюсь понятно?
– Да уж, понятно. Конечно, вы войдете в состав команды. Без сомнений. Это я гарантирую.
– Тогда, - Гонза шел по горячему, - по рукам? Мы с Пардом - в команде, и первое дело уже начато?
Вольво, не задумываясь, подал руку сначала гоблину, потом человеку. Гонзе и Парду. Двоим живым, которые принесли в Центр самую важную тайну со времен возникновения Большого Киева.
– По рукам! По рукам, судари-техники…
«Да, - подумал Пард отрешенно, - все получилось куда проще, чем мы с Гонзой ожидали. Стоило ли две недели изображать из себя крутого?»
Но скорее всего, стоило. Иначе Вольво так быстро не вышел бы на Парда. Вольво и тот, кто за ним стоит. Техник Большого Киева.
Бюскермолен снова наполнил кружки.
– Ехать придется на юг, - сообщил Гонза.
– К морю. Думаю, лучше всего в Николаев. А дальше… посмотрим.
Больше Гонза говорить не стал. А Вольво - не стал спрашивать.
И все-таки Парда беспокоила кажущаяся легкость сделки. Впрочем, это только начало. Какую цену придется заплатить за новое знание - Пард еще не знал.
Ведь наивно думать, что подобное знание не придется платить. Придется. И дорого. Ибо так уж устроен мир.
7. Сахама - Дарваз.
Зал таверны в послеобеденное время был наполовину пуст. Многие охотники разбрелись кто куда: кто отдыхать, кто прогуляться, кто по делам. Пард с Гонзой спустились подкрепиться и хватить еще пива, чтоб пригладить нервы. Ну, и, конечно, еще раз обсудить предстоящее дело.
Любое дело требует обсуждения, а Пард с Гонзой, Дюшей и Судером провернули уже больше десятка. Судер с Гонзой - и того больше.
Пард вертел в руках глиняную кружку, не забывая изредка прикладываться. Бочонок на столе неотвратимо и катастрофически пустел.
– Как-то кривовато все получилось, не находишь?
– вздохнул Пард.
– Слишком мы на лохов похожи. Вольво нас чуть прижал, а мы и лапки кверху, тут же и раскололись…
Гонза неопределенно пошевелил ушами.
– Да не кипи ты. Все идет как надо.
– Все равно, - не унимался Пард.
– Я тут две недели дурака валял… И вдруг бац! Шпика моего хлопнули. Жерсона не побоялись… Тебе, вот, не страшно было сюда ехать, когда я позвонил? Вдруг, тут у них гнездо, лежка? А? Скажи, не страшно?
– Нет, - сказал Гонза убежденно.
– Я ведь прекрасно понимал, насколько мы рискуем. Что я - ребенок по-твоему?
Пард только вздохнул.
– Меня другое волнует, - Гонза отхлебнул.
– Нам не все говорят. Впрочем, это-то как раз и неудивительно. Вот только, Вольво что-то готовит. Нутром чую, он что-то затеял. Но и это меня волнует не в первую очередь.
– А что тогда?
– Техник Большого Киева. Он с нами так и не поговорил.
Пард скривил в улыбке рот, но улыбка вышла жалкой.
– Думаешь, у него времени вагон?
– Нет, - ответил Гонза холодно.
– Я думаю, что Техник просто ничего не знает. Ему никто ничего не докладывал. Вольво кажется солидным и надежным партнером, но не такой он простой, каким пытается выглядеть. Он поддакивает нам и тут же конструирует какие-то свои планы. По-моему, он действует за спиной Техника.
– Но ведь это опасно! Мало ли отчего Вольво не представил нас Технику? Почему обязательно считать его изменником?
Гонза смешно пошевелил ушами, отчего кепочка задвигалась, как живая.
– А ты можешь найти другое об®яснение? Почему Техник Большого Киева так и не поговорил с нами? Лично, а не через Вольво? Неужели, он так занят? А если даже и да - Вольво говорил, что наша информация сулит приход новой эпохи. Новой эры. Это что, каждый день случается? Поставь себя на место Техника Киева. Да я бы в живых с такой информацией намертво вцепился бы, на шаг от себя не отпускал!
Пард задумался. Получалось складно. Очень складно. Теперь и у него стала крепнуть уверенность, что Вольво затеял какую-то свою игру.
«А ведь вирг, похоже, и сам не прочь стать Техником», - осенило вдруг Парда.
– Думаешь Вольво метит на место шефа?
– осторожно, свистящим шепотом спросил он гоблина.
– А что - непохоже? Туманные обещания, мгновенные решения, о самом Технике - только разговоры. Да и вообще… попахивает заговором.
Пард опустил глаза, вперился взглядом в затейливый текстурный узор на крышке стола. Заговор. Черт побери! Пард ненавидел политику и всегда норовил держаться от нее подальше.