Чтение онлайн

— А как насчет камер на автостоянке?

— Через эти камеры ноутбук не разглядишь, они слишком слабые. Кстати, почти каждый входящий и выходящий имеет при себе ноут — как копам выделить нас из толпы?

— Ди Ди, вы не католичка? — негромко поинтересовался Митч, идя рядом со мной по коридору с добычей под мышкой.

— Нет, а при чем тут это?

— Будь вы католичкой, вам бы назначили епитимью: читать «Аве Мария» круглые сутки до конца земной жизни.

Не оглядываясь, мы поспешили к машине.

Компьютер упокоился на заднем сиденье «ягуара», за моей спиной.

— Даже не верится, что я принял участие в ограблении, — повторил Митч.

— Я тоже изумлена вашим соучастием.

— Не знаю почему, но вы мне нравитесь, Ди Ди, причем все больше и больше, и я начинаю понимать, почему Барри считает вас чем-то особенным. Но если нас поймают, будет не до смеха. Хищение из государственного учреждения — уголовное преступление.

— Сити-Колледж — квази-государственное учреждение, — поправила я его. — Поэтому и преступление квази-уголовное.

— Знаете, что я скажу? Вы, наверное, будете острить с архангелом Гавриилом, когда тот затрубит, извещая о конце света.

Зазвонил сотовый Митча. Пока он искал его, мой мобильный загудел тоже. Схватив его и сказав «алло», я сообразила вдруг, что слушаю разговор Митча через программу «Селл Спай Про». Видимо, при всей этой кутерьме в моей сумочке нажалась кнопка, переводящая телефон с виброрежима на звонок. Пробормотав для вида несколько слов, я стала бесстыже подслушивать разговор соседа. Звонил Герман из офиса Барри. Ему нужен был совет, и Митч дал его с ходу, не задумываясь. Герман поблагодарил и повесил трубку. Вроде ничего подозрительного. Сказав в микрофон еще несколько фраз, я распрощалась и нажала «отбой».

Я была рада, что удачно вывернулась, поэтому улыбнулась Митчу и начала прятать мобильный обратно в сумочку, но он зазвонил снова. На этот раз обошлось без программы прослушки — это был Карл Патрик. Который сообщил, что поверенный Дэвида, Майк Экинс, был только что найден мертвым в своем гараже с признаками отравления выхлопными газами.

— Мне надо идти, — сказал Карл, — но обещай быть очень осторожной. Думаю, тебе тоже грозит опасность. У тебя есть кто-нибудь, кому ты можешь позвонить в случае чего?

— Со мной все будет хорошо, спасибо, что сообщил новость. Пока.

— Кто это? — поинтересовался мой спутник.

— Мой адвокат, Карл Патрик.

— А он, наверное, звонит вам каждые два часа, чтобы проверить, не угодили вы уже в тюрьму? — рассмеялся Митч.

— Сказал, что в гараже был найден труп поверенного Дэвида.

— О, прошу прощения, Ди Ди. — Он помрачнел. — Что с ним произошло? Сердечный приступ? Суицид? Убийство?

— Неизвестно. Отравление углекислым газом, Карл подозревает убийство. И считает меня следующей в списке.

— В свете всех этих событий, я не удивлюсь, что это так и есть.

Мне хотелось сказать что-то остроумное, чтобы разрядить напряжение, но тут послышался вой сирены, и я посмотрела в зеркало заднего вида. За нами, сверкая мигалками, мчалась полицейская машина.

Я подумала про украденную вещь, открыто лежащую на заднем сиденье. Ну не могли же они вычислить нас через эти смехотворные камеры! Или могли? Похоже, мне еще предстоит позвонить Карлу Патрику сегодня.

— Не может быть, чтобы они за нами гнались, — сказала я, надеясь, что это правда.

— Это утверждение или вопрос? Не волнуйтесь, — сказал он, не дождавшись ответа. — Уверен, у меня найдется пара квази-убедительных аргументов для этих копов.

Митч съехал на обочину, вырубил двигатель и посмотрел на меня.

— Хоть вы и не католичка, Ди Ди, помолиться сейчас совсем не мешает.

В зеркало я видела, как коп вышел из машины, нахлобучил шляпу, расправил плечи и приладил к поясу резиновую дубинку.

— С таким будет нелегко, — проговорил Митч и опустил стекло. — Здравствуйте, офицер. В чем проблема?

— Предъявите права и свидетельство о регистрации, — объявил тот, обводя машину фонарем. На бейджике копа значилось «Уайнберг», а в руках у него появился блокнот.

— Ди Ди, вы не поищите в бардачке свидетельство о регистрации? — попросил Митч, пока офицер Уайнберг внимательно разглядывал ноутбук, выхваченный мощным лучом.

Митч протянул ему права.

Уайнберг сунул фонарь за пояс и потянул документ.

— Черт! — Он затряс ладонью. — Это кровь! Порезался о треклятые права.

Припомнив зазубрины от зубов Кавви, оставшиеся на документе в вечер нашего с Митчем знакомства, я потянулась к окну.

— Извините, офицер, это все проделки моего кота.

— Значит, это кот управляет вашей машиной? Может, еще и на том компьютере работает? Отлично, сэр, выходите из машины.

Полицейский распахнул дверь и жестом предложил Мичу выйти. Тот бросил взгляд на меня.

— В чем меня обвиняют, офицер?

— Прежде всего, вы совершили запрещенный поворот налево, выезжая на Бродвей. Во-вторых, вам предстоит дать пояснения по нескольким подозрительным вещам.

Я лихорадочно продолжала рыться в бардачке, молясь, чтобы Митч не проговорился насчет нашего проникновения со взломом.

— Должен попросить вас пройти тест на трезвость. У меня есть основания думать, что вы и ваша леди-кошатница могли выпить. Управление автомобилем в нетрезвом виде — это большое «нельзя».

— Офицер, я…

— Вам приходилось выполнять этот тест раньше?

— Ну… нет, но я…

— Тогда пройдите по этой линии, сэр.

— Поверьте, офицер…

— Вы отказываетесь пройти тест, сэр?

— Нет, я пройду, — донеслась до меня реплика Митча.

— О'кей, вот и прекрасно, — произнес Уайнберг, видя как проверяемый безупречно ровно прошел по линии. Я тем временем разыскала свидетельство о регистрации и выпрыгнула из машины.

— Теперь насчет ноутбука на заднем сиденье. Он ваш? — спросил коп.

— Вот свидетельство о регистрации, офицер. — Я сунула карточку ему в руки, надеясь отвлечь, прежде чем Митч признается, что компьютер принадлежит не ему. Но опоздала.