Чтение онлайн

Девушка встряхнула головой, на секунду она словно перестала осознавать, что происходит. То ли зомби-служанка заварила какой-то необычный чай, то ли советник так влиял на людей, но в какой-то момент Джен всерьез начала верить, что Скармори -именно тот человек, к которому она хотела и должна была прислушаться во что бы то ни стало.

– Не думаю, что понимаю, о чем вы, - любезно улыбнулась она, окончательно придя в себя и отсаживаясь чуть дальше от него.

– Ну, конечно же, не понимаете, - Амос почти скопировал ее наигранную улыбку и посмотрел на синюю коробочку в ее руках.
– Так что же просил передать мне ваш отец?

– Ах, да, вот!
– Эфрейн протянула подарок, вспомнив, зачем вообще сюда пришла.
– Папа просил передать это со словами, что очень ценит вашу позицию, которую вы так твердо отстаиваете на каждом из собраний.

– Позицию?
– вдруг пренебрежительно хмыкнул Скармори, похоже, он все-таки остался разочарован тем, что Дженнифер не поддалась на его уловки.
– То есть молчать и не подставляться под Беренгара, как тореадор на корриде?

Но его тон мгновенно изменился, стоило только открыть коробку.

– Что это значит?
– он поднял на инфанту разгневанный взгляд.
– Еще одна дурная шутка Беренгара?

– Почему? Что там такое?
– Эфрейн попыталась сделать вид, что не понимает, о чем идет речь.

– Правитель Мармиати-Ай решил передать через свою дочь мне коробку конфет?
– советник выудил из коробки ассорти сладостей из Амхельна, которыми однажды угостил ее перед занятием Арнлейв.
– У меня аллергия на шоколад! И Беренгар отлично это знает!

Последние фразы Амос практически прорычал от ярости, а Дженнифер не могла поверить в то, что могла так глупо ошибиться. В иной ситуации это была бы одна из тех историй, над которой они бы смеялись с Эйденом целый вечер, но сейчас, когда ее беседа с советником и так непростительно затянулась, Джен могла настроить против отца еще и Скармори.

– Сеньор Скармори, прошу простить меня, это моя вина!
– тут же пискнула инфанта от безысходности, сама заварила эту кашу, самой и расхлебывать.

– Ваша?

– Да, папа сказал передать вам свою благодарность и подобрать подарок на свой вкус, но я не знала о вашей аллергии...

– Что же это за благодарность, что даже подарок он не может выбрать сам?
– фыркнул Скармори, бросив конфеты на столик рядом с чайным сервизом, а Джен поняла, что делает все только хуже.

Если отец узнает, что она устроила, ей не жить.

– Нет, ради Смерти, не злитесь на папу! Он тут ни при чем. Все совсем не так, на самом деле я сама решила прийти к вам.
– выпалив это, Дженнифер тут же замолчала, задержав дыхание.

Амос тоже сидел на диване, широко раскрыв от удивления глаза, не зная, как реагировать на неожиданное признание инфанты. И прежде, чем Скармори нашел, что ответить, вдалеке послышался настойчивый удар железа о металл. Похоже, еще кто-то пожаловал с визитом в поместье советника.

«Ну, наконец-то!» - мысленно воскликнула Джен.
– «Где его носило все это время?»

– Это кто еще?
– нахмурившись, Скармори поднялся с дивана и, метнувшись к окну, откинул тяжелую портьеру.
– Какого.

Эфрейн все это время почти не двигалась, продолжая изображать страх и растерянность от случившегося. Хотя она действительно была напугана тем, что все пошло не по плану.

– Инфанта Эфрейн, я настаиваю, чтобы вы подождали меня здесь, - не допускающим компромиссов голосом произнес Скармори.
– Я быстро узнаю, что там случилось, и мы вернемся к тому, на чем остановились.

– Да, конечно, советник, - судорожно закивала Джен, провожая взглядом Амоса, и, стоило тому скрыться за парадной дверью, вскочила на ноги.
– Хотя насчет быстро я сомневаюсь. Ну, Керро, не подведи меня!

Кинувшись к окну, Эфрейн убедилась, что за воротами поместья стоял перквизитор в своем темно-зеленом кителе, а Амос Скармори раздраженным шагом пересекал пространство сада.

Не теряя ни секунды, Дженнифер бросила на диван шляпу и перчатки и побежала по коридору прямиком к дальней двери дома, ведущей на задний двор. Точнее, туда, где у обычных людей располагался задний двор, а у некромантов - личное кладбище. Личное, потому что у каждого советника была еще парочка частных предприятий, где они сами платили деньги тем, кто искал могилу для своих родственников. Но там все хорошо охраняется городскими стражами, и если кто-то из членов Совета промышлял чем-то незаконным, то вряд ли бы они прятали свои секреты в общественных местах.

– Ох, ничего себе!
– не сдержалась Эфрейн, выбежав на улицу через заднюю дверь.

Кладбище за поместьем Скармори действительно было в несколько раз больше того, что видела Джен на карте Ника, когда планировала вместе с ним отвлекающий маневр с визитом перквизитора в дом советника.

– Как же тут много могил, - Джен на секунду растерялась, обратив внимание на то, что многие имена на надгробиях отсутствовали или стерлись с течением времени.

Еще инфанта обнаружила среди захоронений свадебную арку - с цветами и расставленными неподалеку стульями. Не желая даже думать о том, для чего она тут, Дженнифер припала к земле, наполняя ее пламенем скверны. Извиваясь в прогретой солнцем почве, огонь касался каждого тела, упокоенного в земле. Одно за другим они откликались зову некромантки, но чем дальше распространялось дыхание Смерти, тем скорее Эфрейн теряла терпение.

Чем больше проходит времени с момента гибели и проведения ритуала Забвения, когда душа уходит в Нижний мир, тем менее отзывчивой на зов некроманта становится его телесная оболочка. Нет такого мертвеца, который бы не воскрес от пламени скверны, но свежие трупы могут восстать почти мгновенно, в то время как более древние останки сперва словно вспоминают, как это - снова двигаться и копировать подобие былой жизни.

И чем дольше Дженнифер сидела, пропитывая землю Скармори своей скверной, тем сильнее убеждалась, что все тела были захоронены здесь едва ли не до рождения самой инфанты. Похоже, Амос действительно был одним из тех некромантов, который понимал значение словосочетания «личное кладбище».

– Проклятье!
– выругалась Эфрейн и, поднявшись на ноги, снова зажгла скверну в своей ладони.
– Неужели мы ошиблись?

Используя огонь в руке, как «маяк» для всех зомби в округе, Джен рисковала привлечь внимание самого советника, чья воля контролировала оживших мертвецов. Но, кажется, кроме слуг и тех несчастных, которые вносили разнообразие в одинокую жизнь Амоса, все же здесь никого не было.

– А это что такое?
– закрыв глаза, Джен прислушалась к своим ощущениям.

Одно из тел в доме отзывалось совсем не так, как положено другим зомби, словно ей, как кукловоду, приходилось дергать за ниточки каждую часть тела. Надеясь, что у Николаса еще хватит доводов, чтобы задержать внимание Скармори, Дженнифер бросилась обратно в поместье. Сквозь открытую парадную дверь доносились возмущенные ругательства советника.

– Что ты возомнил о себе, мерзкий филёр!

– Я всего лишь выполняю свои обязанности, - слышался спокойный ответ Николаса.
– В городе пачками исчезают люди, идет расследование. Я должен...

Дальнейшую перепалку Дженнифер уже не слышала, скрывшись в глубине этого огромного особняка.

«Неудивительно, что Скармори немного не в себе. Жить одному среди мертвецов в таком доме.» - ненароком подумала Эфрейн, отворяя подсобное помещение позади кухни.

Именно там Джен ощущала что-то не похожее на обычных зомби, но то, что она увидела, не поддавалось ни одному разумному объяснению.