Чтение онлайн

Правда, люди есть люди. Какими бы сообразительными, понимающими или суровыми они ни были, нельзя было вот так просто прийти, показать себя и, молча развернувшись, снова уйти, оставив их наедине с мыслями и догадками.

Надо было что-то сделать.

Или сказать?

Но что?

Пафос в данной ситуации был откровенно неуместен. Громкие слова и обещания тем более. Поэтому я немного подумал и, подняв руку, коснулся плеча стоящего рядом Нокса, одновременно с тем приложив усилие, чтобы ненадолго пробудить кровные узы.

Перед моим внутренним взором снова, как и две недели назад, возникла светящаяся паутина, которая соединила всех присутствующих здесь Расхэ в одну большую сеть. Вернее, это была не совсем сеть, а, скорее, схема, где самая первая нить шла от меня к Ноксу, затем от него — к самым близким его соратникам, и уже потом она дробилась на множество дополнительных лучиков, в которых тем не менее чувствовалась система.

Ключевыми точками этой схемы являлись, разумеется, маги. Причем, насколько я понимаю, распределение связей шло от более сильных и опытных к более слабым. А также от командиров к подчиненным. И даже интенсивность свечения в связях между бойцами заметно варьировала, из чего я сделал вывод, что всю эту систему, скорее всего, можно не просто видеть, но ею наверняка можно как-то управлять.

Сейчас, правда, передо мной стояла другая задача.

— Приветствую вас, бойцы, — негромко сказал я, обведя глазами зал и убедившись, что меня не просто слушают, а каждое мое слово будто эхом отдается в людских душах, отчего каждое из них стало весомее в разы. — Меня зовут Адрэа Расхэ. Я — последний представитель основной ветви рода Расхэ. Однако до сегодняшнего дня вы знали меня как человека по кличке Двойник…

Я ощутил, как после моих слов заметно напряглись и потяжелели родовые узы. Народ, хоть внешне это ничем не проявилось, все-таки заволновался. Из-за этого натяжение нитей явственно возросло. Удерживать их стало значительно сложнее. И мне пришлось приложить усилие, чтобы не уронить ни одну, хотя это и было непросто.

— Полагаю, вам уже известно, что уничтожение рода Расхэ было не просто санкционировано тэрнэ Ларинэ, а стало результатом предательства, — ровно продолжил я, когда волнение улеглось. — Восемь лет назад род Расхэ предали, его тан был ложно обвинен и жестоко убит, а сами вы потеряли не только имя, привычную жизнь, но и семьи. Любимых женщин. Родителей. Детей. Друзей…

Люди после моих слов дружно помрачнели, а узы крови потяжелели еще больше. Но меня это не смутило.

— Все вы прошли через боль и потери, — продолжил я, роняя слова в оглушительной тишине, словно тяжелые камни — в спокойное лесное озеро. — Все вы за прошедшее время не раз задавались вопросами: зачем и почему? Вас годами терзали сомнения, непонимание, злость и отчаяние. Но все же вы не сдались. Не забыли. Не простили. И стоите сегодня здесь, глядя на меня с надеждой и ожидая, что с моим приходом все изменится…

— Так вот, я хочу, чтобы вы понимали уже сейчас — оно не изменится, — ровно сказал я, глядя людям в глаза. — Мертвые не воскреснут. Из пепелищ не поднимутся новые дома, а то, что когда-то у вас было, никогда не вернется и не станет прежним. Род Расхэ официально мертв. Его имя предано забвению. Его достижения обесценены. И я не буду обещать, что однажды вы вернете себе прежнюю жизнь…

Люди помрачнели еще больше, а узы потяжелели настолько, что мне стало трудно дышать.

— Но я могу пообещать вам другое, — тихо добавил я, стоя на перекрестье хмурых, недоверчивых, растерянных и настороженных взглядов, в которых стремительно просыпались разочарование и злость. — Я даю слово, что вы сможете отомстить. За свои дома, за родных и за всех, кого когда-то потеряли. Я даю слово, что те, кто нас предал, понесут за это наказание. Больше скажу, мне известны их имена. Пока еще не все, но уже очень многие. Мне также известны их титулы и должности. Я знаю, кто именно это задумал и осуществил, и даю вам слово, что мы их уничтожим. Не убьем — именно уничтожим. Шаг за шагом, постепенно, неуклонно мы лишим их всего: денег, должностей, репутации, связей, людей, имени, будущего… Мы сотрем их с лица земли. Уничтожим все, что они создали. Подчистую. Собственно, мы уже это делаем. И не остановимся, пока не уничтожим их всех одного за другим… Я клянусь вам в этом, братья. Клянусь нашими общими предками и родом.

Меня ненадолго окутало ярчайшее сияние, подтверждая, что клятва действительно дана и принята. По узам после этого прошла волна мрачного удовлетворения. Терзавшие бойцов злость и разочарование стали заметно меньше, однако мне после этого легче совсем не стало.

Держать прямую связь с таким количеством людей оказалось слишком тяжело. Она высасывала из меня силы. Выматывала душу. Она с такой скоростью меня истощала, что очень скоро Эмма деликатно напомнила о грядущей дестабилизации дара.

Однако я и тогда не остановился.

— Что с нами будет дальше, я не знаю, — с трудом выпрямившись, еще тише добавил я, желая быть максимально честным с теми, кто стоял передо мной. — Сколько из вас сумеют дожить до победы, тоже не скажу. Я пока не очень хороший провидец. Тем более не могу пообещать, что сумею возродить наш род, хотя намереваюсь сделать все, чтобы очистить его имя. Не гарантирую, что Расхэ вернут себе почет и уважение, но приложу все усилия, чтобы восстановить репутацию рода. Это может занять годы. Быть может, даже десятилетия. И кто-то может посчитать, что этого недостаточно…

Я сделал небольшую паузу.

— Но я не хочу вам лгать или тешить кого-то ложными надеждами. Здесь и сейчас я могу вам с гарантией предложить лишь одно — месть. Достойную, конкретную, хорошо понятную цель и такие же конкретные действия для ее достижения. Если вас это устроит, то давайте работать вместе. Если же нет, то я сниму узы. Без вопросов. Без претензий. Без последствий. Но — только один раз. Если кто-то передумает в процессе, то я буду рассматривать это как предательство. Поэтому решайте здесь и сейчас. Выбор за вами.

Я умолк, чувствуя, как на мои плечи давит невидимая плита, которая, кажется, с каждым мгновением становится все тяжелее. Но все же стоял прямо. Молчал. Ждал.

И, разумеется, дождался.

— Я с тобой, — спокойно сказал Нокс, первым нарушив воцарившееся молчание. — Ты дал мне возможность жить дальше и сохранил жизни моих людей. Ты подарил нам не только надежду, но и возможность выбора. К тому же ты хороший боец. Сильный маг. Надежный соратник. В том числе и поэтому я тебя уважаю. А еще мне близка твоя цель. Тебя приняли и признали наши общие предки. Поэтому отныне и навсегда я с тобой. В жизни и в смерти.

Я незаметно перевел дух, одновременно ощутив, как с моих плеч ушла часть невидимого груза. Как если бы кровные узы, которые я до сих пор держал в одиночку, неожиданно подхватил кто-то еще, тем самым облегчив мою ношу.

— Второй — поддерживаю, — спокойно сказал Хмурый, решительно выступив вперед, и мне после этого стало еще немного легче, словно следом за первым и Геро снял с меня часть нагрузки. — Ты — тану Расхэ. И уже успел не раз это доказать. Ты — часть моего рода. Ты — сильнейший. Поэтому я с тобой. В жизни и смерти.

— Третий — с тобой, — следом за ним выступил из строя один из водил.

— Четвертый — с тобой, — шагнул вместе с ним второй.

— Пятый… шестой… седьмой… — без колебаний поддержал командира весь остальной его личный отряд, включая Рисса, моего единокровного брата.

Узы после этого полегчали почти на порядок, а терзавшее их напряжение постепенно улеглось, и вот тогда я вздохнул намного свободнее. А когда и остальные Расхэ один за другим их подхватили, тем самым подтверждая, что готовы не просто поддержать меня, но идти до конца, мне стало совсем хорошо. Легко, свободно. В том числе и от мысли, что ни один из них не отказался. Ни один не ушел и не передумал.