Чтение онлайн

Еще обиднее, что где-то глубоко внутри она успела придумать целый романтический, но далекий от реальности сюжет с превращением вставшего некроманта в живого человека и прочими хэппи-эндами. А тут нате вам!.. Мог бы и предупредить.

Впрочем, мертвый — не значит честный.

Она уже хотела высказать все, что думает по этому поводу, но не судьба. В дверь позвонили. Повелительно. Настойчиво утапливая звонок.

Признаться честно, никакого желания открывать двери от такого звона не возникало.

Егор дождался, пока контур на полу и у Насти в руках потухнет, кивнул, легко поднялся и вышел из схемы. Взял первую покрышку и сдавил ее в кулаке, та лопнула все с тем же мерзким звоном. Уши заложило сразу же.

За дверью звон услышали — перестали давить на кнопку звонка.

— Возьми куртку, обувь. Только тихо, — скомандовал Егор. Говорил он теперь четче.

— Я никуда не пойду. И открывать тоже не буду, — уперлась Настя. — Моя квартира. Частная собственность. Права не имеют — хоть коллеги, хоть полиция…

— В городе кто-то половину некромантов положил, погосты поднял, меня поднял, а ты — «собственность»...

В коридоре что-то зашелестело, потом тренькнуло порванной струной и грохнуло.

Настя попятилась к окну, судорожно вспоминая, что у нее в квартире может издавать подобные звуки. Змей и газовых труб там точно не водилось.

— Это…

Егорь соображал куда быстрее — видимо, смерть положительно сказывалась на интеллекте: не таясь, захлопнул дверь в комнату, уронил шкаф, блокируя ее. Прихватил со стола телефон, впихнул Насте в руки, предупредив:

— Сейчас будет быстро, — и уже привычным жестом подхватил ее поперек талии, закинул на плечо и вышел через окно. Вместе с рамой.

У Насти в глазах снова потемнело и крутанулось — то ли от скорости, то ли от предстоящих расходов на ремонт.

Егор, легко касаясь стены и используя балконы как ступеньки, спустился ниже, спрыгнул с высоты второго этажа, приземлившись точно перед соседями — пожилой парой с внучкой, которая тащила ярко-розовый самокат.

— Дядя — эльф? — обрадовалась девочка.

— Почти, — просипела Настя, пытаясь выпрямиться у вставшего на плече.

По остекленевшим глазам соседа стало ясно: никаких ремонтов, придется переезжать.

И тут откуда-то сверху грохнуло так, что заложило уши.

Настя задрала голову — из окна спальни с гудением рвалось рыжее пламя. Такое яркое, словно горела не квартира, а склад с керосином. Стеклопакет на кухне помутнел, покрылся сетью трещин и резко стек вниз белесой массой.

— Уходим, — сообщил Егор, обогнул соседей и рванул вперед, разом перемахнув сразу через три припаркованных у дома авто.

Оказывается, когда тебя носят на руках — это не всегда здорово.

Офис встретил запахом костра и тишиной.

Хотелось бы сказать — гробовой, но таковой Луке при всем богатом опыте не встречалось.

Для упокойника кладбище всегда полнилось звуками: первая форма чуть слышно фонила, подавая сигнал о готовности к трансформации, вторая сама по себе была шумной и разговорчивой, третья звенела на грани боли в ушах, четвертая — молчала, просто ощущалась. Вот как вошел в дом и знаешь: тут стол, там кровать, здесь буфет. Все на местах.

Но для обывателей стояла вполне себе гробовая тишина.

Дверь конторы была прикрыта, но не заперта. На табличку «Левобережная СПП» кто-то из курьеров приклеил желтый стикер с надписью: «Никто не отвечал. Оставил пакет на вахте».

Охрану СПП не держала — мало кому в голову придет устроить налет на некромантов. Брать с них, кроме проблем, было нечего. Все расчеты с живыми шли через банк, а чаевые упокойникам клали по древней примете под левый угол гроба, в изножье. Мол, сможешь уложить — заберешь. Надо сказать, иногда домовину здорово перекашивало из-за толщины подкладки.

Свет в коридорах горел, двери у части кабинетов стояли распахнутыми настежь.

Зато на рабочем месте секретаря царила чистота: компьютер выключен, бумаги разложены по местам, письменные принадлежности аккуратно выглядывают из подставок, и даже монстрообразный фикус полит — с блюдца натекла на стол лужица и еще не успела высохнуть. А ведь именно Инга оставалась на ночное дежурство. Значит, уходила без спешки, за собой прибрала, а за остальными — не посчитала нужным. Странно.

И двери не закрыла.

Лука дернул на себя ящик секретарского стола и выудил связку ключей. По очереди отпер все закрытые двери и зажег везде свет.

Столы сотрудников ничем не выделялись — степлеры, перекидные календари с фэн-шуем, плюшевые игрушки, фото детей, внучат и котят, компьютеры-моноблоки и никаких папок — вся основная документация велась в учетнике. В ящиках стандартное содержимое: разной степени готовности покрышки, распечатки со схемами, составы, пустые флаконы с прошлых подъемов и прочий инвентарь. У кого все разложено по стопочкам, у кого вперемешку. Прям хоть зови психолога и составляй общеофисный психопрофиль.

В свой кабинет Лука заглянул в последнюю очередь: там все было на своих местах, но зудящее под кожей ощущение чего-то упущенного не давало покоя. Кресло, стол, окно, сейф… Точно, сейф! Который всегда стоял нараспашку, а теперь был стыдливо прикрыт и даже забаррикадирован креслом для посетителей.

Лука потянул тяжелую дверь с рулем. По сути, прикрывать было нечего — пробирки исчезли все, а папки со статистикой по подъемам за прошлый год ворам на хрен не сдались.

Те, кто брали, знали, где и что лежит. Не забыли, поганцы, прихватить личный запас Луки — восемнадцать синих ампул, которые там пылились еще со времен его работы в полиции.

Лука на всякий случай нырнул в сейф чуть ли не целиком и осмотрел все полки, но ничего, кроме свободных от пыли пятен на местах, где когда-то стояли составы, не нашел. Неприятно. Составы он, конечно, добудет, но осадочек от кражи оставался.

Лука со злостью пнул дверцу сейфа. Нет, если бы кто-то просто обчистил контору — это удивительно, но возможно: дураки водятся везде. Но на фоне происходившей последние двенадцать часов херни пустой сейф смотрелся знаково.

Так же знаково, как выключенный компьютер замечательной и идеальной секретарши Инги.