Чтение онлайн

— Что, дорогу не могли найти и летом? — удивилась Катя. Ей казалось, что уж политические–то ссыльные вполне могли найти лазейку из этого медвежьего угла.

— Может и могли, но у нас ведь местный народ какой? — спросил Клубники и сам же ответил. — Все — охотники! Если случался побег — наши следопыты обязательно выслеживали. А что? За каждого пойманного заключённого неплохо платили. Представляете? Ни один не ушёл!

И такая непосредственная гордость была в словах Клубникина, что Катя не смогла ничего ответить. Да и что отвечать? Милые, гостеприимные люди — «ни один не ушёл»…

Женский голос объявил посадку. По Москве было ровно столько же времени, во сколько Катя вылетала из Белоярска. Она потому и любила эти перелёты «обратно», что они как бы продлевали день на целых семь часов…

Женева

Сосед оказался сущим затворником.

В течение первой недели Инессе не удалось увидеть его даже мельком. Его присутствие в доме выдавали лишь самые мелкие факторы. Приоткрытая фрамуга в окне второго этажа. Едва слышно звучащая музыка или телевизор за плотно прикрытыми жалюзи. А по ночам раскрывался прозрачный фонарь на крыше, откуда выдвигалось жерло довольно мощного телескопа.

Сосед наблюдал за звёздами, изредка попыхивая сигаретой. Красный сигаретный огонёк на мгновение выхватывал в темноте абрис лица. Но черты лица рассмотреть никак не удавалось. В светлое же время, когда сосед иногда разглядывал в свой телескоп не звёзды, а окрестности, самого его видно вообще не было. Человек–невидимка, да и только.

Изредка вечерами до Инессы доносился звук заводящегося мотора соседской машины. У невидимки был классический тёмно–серый «мерседес-С-200». Ездить в Женеве на таком — всё равно, что в Москве на «форде–фокусе». Этакая, опять же классическая середина «среднего класса». Может, он просто отставной русский шпион, продавший страшные секреты китайцам и поселившийся здесь на покое? Даже такие дурацкие мысли приходили Инессе в голову.

Выезжал таинственный сосед из дома только поздно вечером, уже в темноте. Иногда отсутствовал день–два. Возвращался тоже или поздно или слишком рано, в предрассветных сумерках. В горной стране Швейцарии даже в разгар лета ночь была настолько темна, что легко скрывала тех, кто желал скрыться.

Но ведь она тоже не лыком шита. Уже через неделю бесплодных наблюдений Инесса была заинтригована настолько, что готова была почти на всё, только чтобы увидеть этого таинственного мужичка.

Купив цифровой фотоаппарат с хорошей оптикой, Инесса в один из вечеров заняла выгодную позицию у слухового окна, выходившего в сторону «обсерватории».

Раскрылся купол и выползла труба телескопа. Ждала Инесса не слишком долго. Человек закурил!

Что за чудная вещь цифровая фотокамера! Снимай, сколько хочешь. Да к тому же совершенно бесшумно. В итоге Инесса отщёлкала «три сигареты» в течение примерно полутора часов.

Спустившись в кабинет, она перебросила отснятое в компьютер. Конечно, качество всё равно оставляло желать лучшего. Пришлось уменьшать. Увеличивать. Убирать тени. Делать изображение более контрастным. Наконец, пропустив наиболее удачные кадры через Фотошоп, Инесса устроила из отобранных и обработанных фото слайд–шоу.

Она долго не могла поверить в увиденное. Нет, таких совпадений не бывает! Ну не бывает — и всё тут!

На снимках — Инесса голову была готова дать на отсечение — был Слава Качалов. Наставник, учитель. Мужчина, которого она когда–то любила. И которого теперь ненавидела больше всех на свете.

Конечно, она своё взяла. Но какой ценой! Качалов был единственным человеком, которому она верила. А он её элементарно и подло кинул. И чего ради? Ведь могли бы жить как люди. С деньгами, вместе, счастливые и независимые.

Инесса, ещё раз глянув на мелькающие фото, вспомнила сакраментальную мудрость: что–де от ненависти до любви — один шаг. Может оно и так. Только в обратном порядке. В этом она убедилась уже на личном опыте. И ненависть её нисколько не потускнела. Ну а теперь и вовсе расцвела и похорошела. Как юная женщина, беременная местью!

На всякий случай Инесса всё же решила перестраховаться. И отослала в Москву по электронной почте номер машины «Качалова» и его почтовый адрес. Это здесь, в Швейцарии так блюдут неприкосновенность личности, что простое любопытство могут воспринять не совсем адекватно. А в Москве те ребята, чьими услугами она пользовалась для раскодирования качаловских файлов, всё проверят на раз. Для них влезть в любую базу данных — сущий пустяк.

Уже на следующий день она получила ответ. И «мерседес», и дом были зарегистрированы на имя господина «В. Б. Качалов». Надо же, живёт тут под собственным именем и в ус не дует.

А с другой стороны, чего ж ему бояться? Разве что её — Инессиной — мести.

Расшифровав истинное лицо невидимки, Инесса перешла на режим полнейшей конспирации — благо учителя у неё были неплохие. Во всех смыслах. И начала готовить свою сладкую месть.

Она знала, чем зацепить и заставить действовать швейцарские правоохранительные органы. Недаром она так давно и плотно работала с детьми.

Пришлось испытать немало стрёмных минут, пока она доставала «товар». Тем более, что ей каждого вида нужно было по десятку. Но в конце концов нашлись добрые люди из своих же русских. Денег она заплатила, конечно, много больше, чем эта дрянь того стоила. Но ведь не в деньгах же счастье, честное слово!

Теперь оставалось лишь поместить «товар» в нужное место. В этом была некоторая загвоздка. Всё ж таки специфических навыков ей не доставало. И она не смогла бы «перехитрить» охранную систему качаловского дома. А действовать надо было наверняка.

Единственный путь был — провернуть операцию, когда Качалов дома, а значит, сигнализация отключена. Не каждый же вечер любитель–звездочёт торчит в своей «обсерватории»? Ведь именно туда и только туда можно было пробраться по пожарной лесенке с противоположного фасада дома.

Всё подсказала программа передач канала «Евро–спорт». Как раз сегодня в девять тридцать вечера играли «Челси» и мадридский «Реал». Такой матч Качалов не пропустит. Всё же в футбольном фанатизме болельщиков есть и положительные моменты.

…Качалов появился в «обсерватории» около девяти. То есть, о появлении его можно было догадаться. Так как раскрылся прозрачный фонарь и показалась труба телескопа. Взгляд которого был сейчас нацелен не в небо, а куда–то в сторону Монртё, на другую сторону озера.

Ровно двадцать три минуты десятого труба телескопа замерла. А спустя еще три минуты заработал на первом этаже телевизор. Пора было действовать.

В лёгком спортивном костюме она выглядит очень даже себе ничего, — отстранёно отметила про себя Инесса, перед зеркалом перебрасывая через голову ремешок квадратной холщовой сумки. Натянув на руки тонкие резиновые перчатки, она вышла из дома через кухонную дверь, выходившую в маленький садик позади дома.