Охотница: Лунная лихорадка
Шрифт:
Эрику не пришлось повторять дважды: он тут же привлек ее к себе, осторожно обвив руками за тонкую талию. Для него она была хрупкой смертной — внезапно напомнила себе Дейдре, так как от бережности его движений защипало в глазах. Он обращался с ней так, как никогда не обращался ни один другой мужчина — словно со своим самым ценным сокровищем. К такому легко было привыкнуть, поэтому девушка крепко зажмурилась, отгоняя все непрошенные мысли прочь. И ровно в тот же момент она ощутила касание горячего шершавого языка на своей коже. Охотница невольно зашипела и крепче стиснула зубы, ощутив, как висок опалило огнем, но оборотень лишь ободряюще погладил ее по спине и невозмутимо продолжил начатое.
— Ты веришь, что это поможет? — пробормотала Дейдре, не открывая глаз. До этого о подобных ритуалах она знала лишь понаслышке, поэтому пьянела лишь от одной близости с великолепным образцом мужчины-воина, но, честно говоря, не слишком верила слухам.
— Моя слюна исцелит тебя, — послышался сдавленный ответ, и девушка резко распахнула глаза, чтобы встретиться с обжигающе порочным мужским взглядом. Неприкрытое желание и страсть — опасный омут, но Дейдре наконец-то решилась окунуться в него с головой. Но прежде оставался лишь один единственный неозвученный вопрос:
— Если бы не инстинкт, тебя бы не тянуло ко мне так сильно, ведь так?
— Инстинкт я ощутил в полной мере лишь после бала, — возразил мужчина. — А хочу тебя я с самой первой секунды нашей встречи.
— Как будто мужская похоть многим лучше! — фыркнула эльфийка, понимая, что вот-вот все испортит. Как и обычно. Но нахальный оборотень не собирался сдаваться так просто.
— Ты недооцениваешь свои смертоносные чары, женщина, — пророкотал он у мочки ее уха, и Дейдре понадобилась вся сила воли, чтобы остаться на месте. — Ты умная сильная и смелая — как альфа я не мог не оценить по достоинству подобных качеств. Твое благородство, стремление помочь окружающим и умение с каждым поладить — думаешь, я не заметил, как ты очаровала буквально всех во дворце? — приводят меня в восторг уже как короля. Ну а как просто физически здоровый мужчина я также не способен остаться равнодушным к твоей неземной ангельской красоте и стройной фигуре, изгибы которой уже давно сводят меня с ума. Как видишь, без всякого инстинкта доводов в пользу нашего союза хватает, ведь я никогда не был ни слепцом, ни глупцом…
Святая дева, она поняла, что окончательно пропала. Резко подавшись вперед, эльфийка прижалась своими губами к губам черного короля. Оставалось надеяться, что женская инициатива его не отпугнет. Не отпугнула — поняла девушка, когда оборотень низко простонал и жадно раздвинул ее уста, проникая языком в рот с напором настоящего завоевателя. Дейдре ощутила горячую волну сильнейшего возбуждения, которая мгновенно прошила ее тело. Подвернув от удовольствия кончики пальцев на ногах, она позволила себе наконец-то отпустить тормоза и отдаться страсти, которую до этого так старательно сдерживала. С этим мужчиной на попятную пойти не удастся — Охотница изначально прекрасно понимала это, поэтому сейчас без оглядки шагнула в пропасть.
Эрик резко привлек девушку, усадив к себе на колени. Их поцелуй продолжался, набирая все больших оборотов с каждой следующей секундой. Ладони Дейдре заскользили по могучей широкой спине, но кончики пальцев так и не смогли сомкнуться, обхватив ее полностью. Рядом с этим мужчиной она впервые ощущала себя хрупкой и уязвимой, но голову кружило не это, а абсолютная уверенность в том, что этот титан никогда не использует свою исполинскую силу, чтобы причинить ей боль.
— Дейдре… — с благоговением прошептал Эрик в коротком перерыве между жаркими поцелуями, а затем его большая рука скользнула в ворот зеленого камзола. Эльфийка выгнулась в его объятиях, подаваясь вперед, когда внезапно ощутила, как нечто острое и холодное уперлось ей между лопаток. Оборотень также оцепенел, и Охотница осознала, что место для внезапно нахлынувшей страсти было подобрано не очень удачно.
— Вы нарушили границы Темного королевства, — позади прозвучал сухой официальный голос, и, быстро обернувшись, девушка увидела перед собой эльфийскую стражу. Один из воинов опасно упирал ей острием копья в спину.
Эльфы!
Святая дева… Она не видела никого из своей расы вот уже как двадцать лет. Сердце забилось, как сумасшедшее, когда она поняла, что их окружили плотным кольцом со всех сторон. Забыться настолько, чтобы перестать замечать все происходящее вокруг себя? Такого с ней не случалось… Да никогда не случалось!
— Я — король Даннотара, и вы пожалеете… — начал было Эрик, но Дейдре накрыла его ладонь своею, призывая к молчанию. Первый шок миновал, и она поняла, что имеет дело не просто с эльфами, а, прежде всего, с представителями Темного королевства, которые никогда не славились особым гостеприимством и добротой. Соотношение сил было слишком неравным, чтобы опрометчиво искать ссоры с первой секунды их столкновения.
Охотница медленно поднялась на ноги, попутно наглухо застегивая ворот своего камзола на все пуговицы до самого подбородка. Повезло, что они не успели зайти дальше. Итак неясно, сколькому из произошедшего успели стать свидетелями незваные гости. Судя по их двусмысленным пахабным ухмылкам, скорее всего, абсолютно всему.
— Я нахожусь под протекцией Ордена, — невозмутимо заявила Дейдре. — А вместе со мной путешествует король Даннотара.
Ее речь не произвела абсолютно никакого эффекта. Одиннадцать эльфов, вооруженных луками и копьями, повели их вглубь леса. Девушка бросила последний тревожный взгляд к обрыву. Балтазар. Он жив. Иначе быть просто не может…
Эрик крепко сжал ее ладонь в своей, но воины тут же пресекли любые контакты, разделив их своей плотной колонной. Оборотень глухо зарычал, и Дейдре поняла, что он следует чужим приказам только ради нее. Всегда гордый и непобедимый черный король послушно склонил голову лишь потому что она попросила об этом… Охотница задумчиво рассматривала его высокую фигуру, задаваясь вопросом: а так ли хорошо она успела узнать за прошедшее время этого мужчину?
— Пора, — стража предпочитала изъясняться односложными предложениями, поэтому это было все, что они услышали, прежде чем непроницаемые черные повязки легли на их глаза. Очередная мера предосторожности: точного расположения Темного эльфийского королевства не знал никто, иначе и сама Дейдре в свое время не смогла бы удержаться от его поисков. Похоже, этот народ умело хранил свои секреты. И не зря — заключила Охотница, невольно вспомнив, какую непомерную цену заплатил за фатальную слабость ее собственный народ. Она безропотно позволила одеть на себя повязку, не оказывая ни малейшего сопротивления.
Время сбилось со своего счета. Девушка даже не пыталась анализировать звуки и запахи, так как знала — Темные намеренно запутывают их, возможно, даже водят кругами… Она не могла их винить за подобные ухищрения. Наконец, они остановились, и эльфийка почувствовала, как чужие руки ослабляют тугой узел на затылке, а затем в глаза резко ударяет свет.
— Темное королевство приветствует вас. Наказание за нарушение наших законов определит король.
Сам Менельдир, король Темных? Дейдре ощутила невольный трепет, осознав, что вот-вот встретиться с прославленным эльфийским правителем, о котором даже среди Светлых слагали легенды.
Но Святая дева… Темное королевство! Ей казалось, что она попала домой! Стража запрещала ей приближаться лишь к Эрику, а вот жадно осматриваться по сторонам — почему-то нет. И девушка вертела головой из стороны в сторону, беззастенчиво глазея на открывшееся ее глазам поселение. Она помнила, как в детстве отец подробно и красочно расписывал ей все отличия и расхождения в быту и законах с Темными, но сейчас Дейдре как будто бы позабыла их все, подмечая лишь одинаковые дома, одинаковые остроконечные уши и утонченные благородные черты лица, так похожие на ее собственные. Отец говорил, что Темные эльфы стали темными из-за своего опасного увлечения темной магией, но повсюду она видела самых обычных мирных граждан, с любопытством рассматривающих пленников короля.