Чтение онлайн

– Мы с сыном давно уже не в ладах. С ним трудно найти общий язык, так как он никогда не идет на компромисс. Возможно, он вам поведал даже причины нашего отдаления друг от друга.

– Да, - кивнул Кевин и, словно извиняясь, добавил: - Он сказал, что вы были слишком заняты своими делами и мало интересовались его жизнью.

– Что же, - вздохнул маг, - Вполне возможно, что он и прав. К десяти годам, когда у него начало проявляться магическое начало, я взял полностью его под свою опеку, пытаясь вырастить из него в первую очередь сильного мага. Возможно, мне стоило больше замечать в нем сына, а не приемника. К двадцати годам ему надоело чувствовать себя просто "сыном владыки Фаржэ", и он решился доказать всем и, в первую очередь мне, что его сила ничем не уступает моей.

На миг Эрстан замолчал, и Кевин уже решил, что знает продолжение рассказа. Скорее всего, Мэджик Шайн попытался занять место отца, прибегнув к заговору своих сторонников, но его подлый план был вычислен и подавлен, а его самого изгнали на Пустынное Плато.

Но, как оказалось, правда была гораздо гуманнее.

– Мой сын захотел произвести впечатление на жителей Фаржэ и одарить их магическими дарами. Но из-за малого опыта и силы, вышло так, что дары оказались с побочными эффектами.

– Например?
– поинтересовалась Линин, слушая мага с нескрываемым интересом.

– Люди, которые приобрели способность дышать под водой, постепенно начали терять способность дышать простым воздухом. Люди, владеющие магией огня, теряли над ним контроль, что приводило к локальным пожарам. Те, кто могли становиться невидимыми, теряли способность возвращения видимости.
– Маг грустно усмехнулся, смотря в сторону, туда - где проецировались его воспоминания.
– Те, кто еще недавно благодарили моего сына за доброту и бескорыстие, кляли его и ругали, требуя забрать свои дары назад, и сделать все как было раньше.

– Вполне понятное желание, - заметила Линин.

– Да, конечно. Но Артур, как оказалось, не был в силах что-либо исправить, по одной простой причине - незнания. Я так же был бессилен, так как наложенные чары были не моими, и мне пришлось долго успокаивать жителей Фаржэ, обещая все исправить.

– И как вам это удалось?
– поинтересовался Кевин.

– Я продолжил обучение сына, делая уклон на магию исправления и возврата. Спустя год интенсивной учебы, Артур смог снять заклятие, забрав назад дары и исправив их побочные эффекты. Как только это произошло, Артур решил покинуть Фаржэ навсегда, и я не стал его отговаривать от принятого решения, понимая, что это будет просто невозможно сделать, не прибегая к магии. А останавливать его силой, я не хотел. С тех пор мы больше не виделись.

– Позвольте уточнить: именно из-за поступка Мэджика Шайна в Фаржэ появилась традиция на каждой ярмарке одаривать победителей призовыми дарами?
– поинтересовался Кевин, понимая, что его предположение верно.

– Так оно и есть. Вначале жители Фаржэ отнеслись к моему предложению с настороженностью, но после чего несколько смельчаков получили свои ценные дары, которые не имели за собой никаких нежелательных последствий, все жители поддержали эту идею. Таким образом, каждая ярмарка напоминает мне о сыне.
– Маг замолчал, медленно поглаживая свою белоснежную длинную бороду.
– Я не единожды пытался наладить отношения с сыном, но он всегда избегал наших с ним встреч. Я думаю, что он меня даже ненавидит, считая, что я навсегда останусь сильнейшим магом в Молодом Мире, а ему, со временем, будет уготовлено лишь забвение.
– На глазах мага начали наворачиваться слезы, от чего в груди Кевина защемило от жалости к старику. Но, волшебник быстро вытер их рукавом своего белого халата, после чего вновь улыбнулся, как ни в чем не бывало.
– Думаю, я рассказал о себе достаточно много, а теперь мне бы хотелось услышать вашу историю. Уверен, она гораздо интереснее моей.***

Кевин начал свой рассказ с того момента, когда он по возвращению с рынка, нашел на дороге раненого Марка Уотера, мимолетно упомянув, что потерял жену и дочь, при этом, упустив подробности произошедшего с ними - он видел грусть в глазах волшебника, и не хотел чтобы эта грусть, под конец, перешла в жалость. Он упомянул о том, как попал в темницу, по непонятной для него самого причине, и о том, как придумал историю про неуплату налогов, которую рассказал Тифу и Линин.

По мере продвижения истории, лицо мага начало меняться, вначале проступило непонимание, затем недоумение, а когда Кевин дошел до истории своей встречи с ведьмой живущей на болоте, волшебник остановил его, приподняв руку вверх:

– Что-то не так?
– спросил Кевин.

– Погоди, по твоему рассказу, я смог понять, что ты не из одного объединения Молодого Мира, возможно даже, что и не из Ближних Миров.

– Разве вам это не было известно изначально, как магу?

– Нет! Откуда я это мог знать?!

– Но ведь Мэджик Шайн изначально знал кто я!

– Разве?

– Да!

– Этого не может быть! Наша магия сильна, но она не распространяется за пределы Молодого Мира. Он не мог заранее знать, что ты Пришелец, если только...

– Если только что?
– торопливо переспросил его Кевин, желая поскорее услышать ответ волшебника.

– Если только ему заранее кто-то об этом не рассказал.

"Один из твоих спутников предатель", вспомнил он слова Зиамского волшебника, и по его спине пробежался холодок. О ком он мог говорить? О Марке? О Тифе? О Линин? Кто мог поведать Артуру Клэнси всю правду о нем, и с какой целью?

"Не стоит забывать, Кевин, что все они присоединились к тебе исключительно после твоей личной просьбы", напомнил он сам себе, и не смог с этим не согласиться.

Владыка Фаржэ нахмурил свои кустистые белоснежные брови, после чего он улыбнулся настолько широко, что стали видны его сияющие, как и он сам, белизной зубы.

– Океан Надежд!

Кевин словно толкнули в грудь его последние слова. Он был почти уверен, что этими словами Эрстан дал ему понять о своем желании присоединиться к ним. Нолан уже видел повторения сценария того, что им пришлось пережить во владениях Артура Клэнси: угрозы, заискивания, нападки!

– Вот почему тебя так заворожила картина Океана Надежд в моем коридоре! Да, давно я не слышал о Пришельцах из других Миров. И я знаю, о чем вы сейчас думаете, Кевин.

– И о чем же?
– спросил Кевин

– Вы считаете, что я пойду по той же дороге, что и мой сын и предложу вам свою корыстную помощь в долгом пути к Миру Вечности.

– Судя по вашим словам, вы не хотите этого, - произнесла Линин, с легкой дрожью в голосе.

– Нет, - покачал головой Эрстан.
– Конечно же, мои силы не сравнить с теми, что может наделить меня Океан Надежд. Но, нет - я не стану проситься к вам в команду. Я не пошел бы с вами, даже если получил от вас лично, Кевин, такое предложение. Я никогда не считал свою силу чем-то особенным и необходимым для себя. Но я ей обладаю, и отказываться от нее было бы грешно. Я нахожусь в гармонии со своим магическим началом, а его увеличение искусственным путем могло бы только навредить мне. А потому я не стремлюсь к большей силе, чем той, которую я могу сам развить в себе.
– Маг потер ладони, после чего расставил пальцы в стороны, вытянув их верх, после чего разноцветные сгустки энергии волнообразным движением поплыли к потолку замка. Кевин и Линин с восхищением наблюдали за ними, пока они полностью не растворились среди звездного неба, которое было несложно разглядеть через прозрачный потолок.
– Хотя признаюсь, что увидеть своими глазами Океан Надежд - великий соблазн. Но я не столь амбициозен и не впадаю во власть идеи фикс. К тому же у меня и в качестве владыки волшебного объединения хватает забот, а потому я только пожелаю вам удачи в вашем нелегком пути.

Маг положил свою ладонь на плечо Кевина, и сгустки разноцветной энергии расплылись по его белому камзолу-смокингу, окутывая его приятным теплом.

– Будьте осторожны. Не дайте возникнуть в Ближних Мирах новым колдунам, под стать Четырем Темным.

– Вы их видели?
– тут же поинтересовался Кевин.

– Доводилось встречаться однажды. И видеть их вновь у меня нет ни малейшего желания.
– Маг не стал вдаваться в подробности давней истории.
– Я верю в тебя, Кевин Нолан - ты не позволишь повториться тем ошибкам, которые совершил предыдущий Пришелец. Ну а если ты окажешься слабым, то этого не позволит Океан Надежд. Я в этом больше чем уверен.