Чтение онлайн

Все это время песнопения не прекращались, а Синий не переставал проповедовать о силе Темных и об Их скором приходе. С каждым последующим словом, его речь становилась все более восторженнее и надрывистой от криков. В его голосе буквально сквозило безумием, рожденным силой придуманной веры.

– "И имя послушника, отобранное через боль, наполниться силой и энергией. И этой силой мы сможем воспользоваться полностью через священную Руку Познания Тех, кто предстанет перед всеми братьями проповедующих истинную веру и укажет перстом на избранного"!
– кричал Синий, подняв руки сжатые в кулак на уровне груди.
– Это слова Великого Леуша! Он был иным и это непохожесть на других, позволяло ему видеть многое! Он видел Правду! И эту Правду он преподнес нам, братья мои, в знак своего уважения к нам - к тем, кто чтит его память и его проповедь! Мы многого добились за все это время и Четыре Темных знают об этом! Я уверен в своих словах, а потому уже очень скоро Они явятся нам и наделят способностями, о которых невозможно даже мечтать! Помните, что чем больше имен будет записано в Книге, тем больше наших братьев будут избранными Ими! А потому каждое имя имеет огромную важность в нашем деле и мы любой ценой должны их собирать, чего бы нам это не стоило. Жатва имен должна продолжаться!

Синий расслабил судорожно сжатые в кулак ладони и вытянул вперед указательный палец, направив его на Нолана.

– Твое имя необходимо нам, послушник. Не цепляйся за него. Лучше подумай о той цели, которой ты можешь послужить.

– Идите к дьяволу!
– прохрипел Кевин.

– Не знаю, что могут значить твои слова, но я знаю способ, который сможет помочь нам добиться от тебя желаемого. Выведите его на улицу и привяжите к столбу!

Сильные руки схватили его под подмышки и резко подняли над полом. Нолан сделал несколько безвыигрышных попыток вырваться из их цепких рук, после чего закричал во все горло, в надежде, что кто-то его услышит. Кто-то, кто еще не растерял все остатки разума на почве безумных идей.

Так как один из палачей лишился своего послушника, он быстро подскочил на помощь к своему коллеге по распределенным в общине обязанностям, и они уже вместе быстро потащили Кевин на улицу. Остальные прихожане церкви быстро начали распространять между собой факелы и огнива.

Ночной прохладный воздух остудил его лицо, и ему стало немного легче, но только до тех пор, пока он не увидел большую поляну, которая была черна от гари. В землю, в самом центре поляны, был вбит высокий столб, которого окружали стог сена и валежника. Именно к этому столбу Кевина и понесли палачи. Поняв, что задумали сектанты, он вновь попытался вырваться, да не тут-то было - даже по одиночке каждый из палачей был сильнее и массивнее его. Они практически без труда прижали его спиной к столбу и быстро обмотали его очередной веревкой, которая сковала все его тело окончательно. То тут, то там, начали зажигаться факелы под опостылевшее его уху пение. Как только все факелы в руках каждого из прихожан загорелись, они встали полукругом перед ним. Из толпы вышел Синий, так же держа факел в своей руке. Свет пламени играл на его подбородке, освещая его желтые кривые зубы.

– У тебя есть еще время избавить себя от долгих мучений и выбрать легкую смерть. Тебе стоит только назвать свое истинное имя.

– Кевин Нолан!
– прокричал он в ответ. Был ли это голос правды или же его собственный, Кевин не мог точно сказать.

– Как тебе будет угодно. А ведь все могло закончиться для тебя гораздо проще.

"Неужели это конец? Я не могу так умереть. Я должен спасти свою жену и дочь!".

– Имя!
– прокричал Синий.

– Кевин Нолан!
– прокричал в ответ он в ночное небо.

Не говоря больше ни слова, Синий бросил факел поверх сена и валежника. Пламя быстро начало распространяться по сторонам и вверх потянулся белый дымок. Кевин не прекращал вырываться, но путы крепко связывали его тело, и уже скоро он начал чувствовать тепло у своих ног, а затем и жгучий жар.

– Нет!
– прокричал он изо всех сил своих легких.
– Помогите!

– Имя! Скажи свое имя!
– требовал Синий и, не получив больше никакого ответа, сделал знак рукой своим прихожанам, которые поочередно начали подходить к костру и бросать свои факелы.

Огонь начал быстрее распространяться. Валежник трещал и лопал от высокой температуры горения, а на лице Кевин начали появляться первые ожоги. Вместе с ожогами усилился и его крик отчаянья...3.

Дождь начался нежданно-негаданно. Его предвестником не стал звук грома, и ему не предшествовало даже скопление туч. Он начал медленно моросить, пока не превратился в один сплошной водный поток. Дождь начался тогда, когда одежда на Кевине уже была готова воспламениться и накрыть пламенем все его тело. Пуговицы на его камзоле попадали из-за сгоревших нитей, что скрепляли их материей, штаны покрылись желто-коричневыми пятнами от сильного огня, а от его кожаных сапог уже поднимался дым. Кевин лишился бровей и ресниц, но это его мало беспокоило - он был рад приходу спасительного дождя и теперь крики боли начали медленно сменяться криками радости. Вместе со смехом из его груди начались вырываться стоны и рыдания, чередуясь между собой.

Пламя начало отступать и сдавало оно свои позиции с явной неохотой, но против ливня, на который был способен не всякий тропический шторм, у огня не было шансов. Кевин поднял голову навстречу дождю, который беспрерывно падал с небес, заливая ему волосы, кожу и одежду, от чего стало гораздо легче.

Последователи Темных были явно сбиты с толку. Они сбились в кучу и, скинув все до единого с себя капюшоны, подняли свои головы вверх. Только сейчас Кевин понял, что все они были сухими - дождь их совершено не тронул.

– Да, это моих рук дело, - сухой и властный голос заставил всю общину отвести свои обескураженные лица от неба и устремить свой взор на высокую фигуру в синем балахоне. Сам Кевин не заметил, откуда появился очередной член общины, но вскоре сообразил, что этот Синий никакого отношения к секте не имеет. Как только пламя полностью погасла, перестал лить и дождь, стоило незнакомцу в синем балахоне вытянуть вперед руку, украшенную узорами ярко-синего цвета, и щелкнуть пальцем. Несколько из прихожан поспешили пасть ниц перед ними и запеть свою хвалебную песнью.

– Стойте!
– прокричал Синий.
– Помните, что говорил великий Леуша: "Не каждый говорящий правду является пророком и не каждый пророк способен явить нам истину"! Не гневите Четырех Темных признавая в каждом лжеце наших истинных Хозяев! Не стоит верить всему...

Синий не успел договорить, так как истинный Темный сделал несколько пасов руками, узоры на его открытых участках кожи стали ослепительно яркими, после чего все вокруг пошло всполохами энергии, от чего даже Кевин почувствовал как волосы на его голове и в тех местах, до которых не добрался огонь, встали дыбом. Глава секты не успел даже закричать, как все его тело превратилось в пепел, что быстро развеялся на ветру. На землю упал только его пустой балахон. После такой демонстрации силы, все челны секту пали перед колдуном на колени и уткнулись лицами в землю.

– У вас есть несколько секунд, чтобы убраться с моих глаз, - пригрозил он своим последователям.
– Иначе вас ждет нерадостная участь вашего проповедника.

Повторять дважды ему не пришлось. Все члены секты в спехе повскакивали на ноги и побежали в разные стороны, при этом кто-то не скрывал своего страха перед колдуном, заливаясь дикими криками ужаса.

И вот, спустя мгновение, они остались один на один: Кевин Нолан - пришелец из другого Мира и Водолей - один из самых могущественных колдунов в трех Ближних Мирах, предпочитающий носить синий балахон и бывший когда-то простым человеком.

– Водолей!
– заворожено произнес Кевин, после чего стоявший до этого к нему спиной могущественный колдун обратил на него внимание.

– Единственный и почти неповторимый, - ответил ему голос, в котором человеческого было не больше, чем в скрипе половиц в заброшенном доме или же в звоне колокола на старой колокольне.

– Я много слышал о вас, - продолжил разговор Кевин, хотя до последней секунды был уверен, что не сможет произнести больше ни слова.
– Но до этого момент всерьез в вас не верил. Вы спасли меня.