Чтение онлайн

– И чем дальше – тем хуже?

– Нет, наоборот! После второй крепости никто уже не бунтует. С нами там не церемонятся и ставят на своё место. Остальные Обители отличаются лишь ношей, которая сваливается к тебе на плечи. Самое главное – это, конечно, строительство стен. Чем выше и быстрее ты их построишь, тем довольнее будут хозяева. Если у них вообще есть какие-то эмоции. Для строительства материал нужно извлечь, обработать, установить. И всё это сопровождается мощными всполохами. А этот огонь вечно что-то рушит. А ты потом ходи, заделывай за ним дыры. Пожалуй, ничего хуже строительного труда я вспомнить не могу. Городить платину из тяжелейших камней и тел своих друзей – не самое приятное занятие, знаешь ли. Что действительно было весело, так это быть посыльным. Относить еду, питье, поручения – это было так увлекательно! Столько новых имён! Вы себе и не представляете. А путешествуешь ты при этом! Иной раз забьёшься в какую-нибудь щель, да передохнешь минуту-другую. Жаль только, щелей было мало. Те, кто кладут стены, не очень-то любят тех, кто прохлаждается в тени уступов. Поэтому работяги и строили так, чтобы каждый угол хорошо просматривался нашими высокими хозяевами. Но даже когда отдыха было мало, быть посыльным всегда считалось престижно. Это и увлекательно, и не так тяжело. Нашим владыкам было всё равно, кто мы, кто из нас лучше, кто хуже, поэтому мы между собой сражались за место посыльного. Ведь оно сравни путешествиям, если вы понимание, о чём я. Хе-хе.

А ещё были кристаллы! Да-да, среди нас считалось привилегированным занятием работать с кристаллами. Потому что это единственная работа, где не надо бегать туда-сюда. Да и огонь не бил по тем местам, где росли кристаллы. Поэтому работать там было безопасно. Месторождение кристаллов всегда находились в центре Обители. Это был огромный кратер, разветвляющийся пещерами вглубь земли, на стенках которых прорастали удивительные цветы. И цветы эти на самом деле мягкие! Но во время цветения, когда они распускаются, они каменеют и превращаются в рубиновые драгоценности. Зрелище очень красивое. И завораживающее! Главное – не слишком увлекаться, иначе получишь порцию кошмаров от хозяев. После кристаллизации, значит, цветки вынимались из земли. Это было очень просто, потому что их корни во время цветения выходили через стебель наружу и завивались спиралью. Эти завитки выдергивались в первую очередь, так как они могли снова пойти в землю и пустить новое потомство. По всей видимости, хозяева не очень-то ценили эти блестящие растения. Там, где вовремя был сорван цветок с корнем, больше никогда ничего не прорастало. А между тем кристаллов оставалось очень и очень много. Девонты ещё сажали специальные растения, чтобы яма была ещё больше – бобы. Хе-хе. Хорошие бобы! Но не о них сейчас речь. Потом цветы приходилось разбивать. А разбивать-то толком не обо что! Все твердые породы с собой уносили каменщики, что стену возводят. А у тебя только молоточек, руки да кристаллы. Какие схемы по разбивке этих цветов мы только не изобретали! А сколько было изобретено до нас! Мы били бутон между двумя другими, били молотками всей толпой, отыскивали микротрещины. Самые изворотливые из нас направляли бутон в бутон, пока цветы были мягкими. Так, в момент их твердения, они сами разбивали друг друга. Хозяева ругались, если такое видели – уж очень они боялись, что разрушение произойдёт до того, как корни выйдут наружу.

Потом кристаллы расходились кто куда. Некоторые ящики отправлялись глубоко под землю. Другие –немногие – в мастерскую. В этой мастерской нам уже давали нормальные инструменты, которые резали эти стекляшки, как масло. Мы выпиливали из рубинов разные причудливые формы, а после инкрустировали ими дубинки наших хозяев. Украшали мы их не как кому в голову взбрело, а по определённой схеме. Стимары в наших руках всегда были в нерабочем состоянии. Но это было сделано не для того, чтобы мы не свергли господства Девонтов – нет, этого они не боялись. Как многие из нас уже убедились, находясь в Обители для подростков, магия хозяев действует только на нас, людей. Может это из-за того, что у Девонтов вообще нет никаких чувств, и страха в том числе. А палки эти как раз призывают страх. И ни чей бы то ни было, а твой собственный. Он вырывается из недр твоего подсознания и материализуется вокруг тебя! Но это ты так видишь. Для других ты просто превращаешься в зомби и выполняешь всю работу на автомате до тех пор, пока не сумеешь побороть свои кошмары. Ну, или пока твои страхи не сожрут тебя самого. Увы, первое бывало редко. Очень редко. Мало кто мог этим похвастаться. А когда бывало, хозяева для тебя перестраивали своё оружие и запирали тебя в темнице. Какой? Чёрт его знает, я никогда там не был. Мне об этом рассказывали только. Кто мне об этом говорил? Мимисата… кто ещё? Асилицытум…

Старик начал вспоминать имена, затерявшиеся в безликой истории огненной планеты, пока Пар его не прервал.

– Ох, извините, старая привычка. О чём я? Ах, да, кристаллы! Так вот, орудия нам давали нерабочими скорее всего для того, чтобы мы друг другу не навредили. Сами они их не боялись. Но была ещё огромная партия кристаллов, которая отправлялась в печь. Печь эта находилась глубоко под землёй и представляла собой зал с удивительной машиной. Мы складывали кристаллы на конвейер и наблюдали, как они сгорают в белом пламени. Как ни странно, но этот огонь был холодным. Он испепелял всё вокруг, как самое горячее на свете пламя, но прах, осыпающийся от цветков, источал мертвенный холод. Холод из помещения уносился по трубам, и в зале вновь становилось тепло. Холодно было только внутри нас самих, будто низкая температура пробуждала животное, родившееся из вживлённого нам в грудь лепестка. Но потом проходило и это.

– Куда вели эти трубы? С холодом?

– Не знаю. А они что, куда-то должны вести?

Было видно, что перед Паром стоит человек, который по природе своей родился очень умным, сообразительным, изобретательным. Но жизнь в рабстве, отданная тупому физическому труду, непросвещённость и отсутствие самого простого образования превращали его в полуличность: полуумного, полуглупого, полупонимающего, полузаблуждающегося. Так ему уготована была судьбою роль местного сумасшедшего среди всеобщего безумия. Он был слишком странным для своего народа, потому что о многом задумывался, и слишком странным для любого человека с Земли воде Пара, потому что слишком многое недодумывал.

– Я так понимаю, это всё, чем вы занимались?

– О, нет, есть ещё одно секретное дело! После него Девонты тщательно старались внушить тебе, что оно тебе приснилось. Но в моём случае они просчитались, – старикашка злобно захихикал. – Я их сумел перехитрить. Обитель, напоминающая амфитеатр, вся изборождена подземными помещениями и тоннелями. И вот в одной из таких тайных комнат они выращивают волшебные бобы!

– И чем они волшебные? Быстро вырастают? – вспомнил юноша детскую сказку.

– Да, – удивился старик, – а откуда ты знаешь?

– Для чего они им нужны?

– Они ими добывают кристаллы! А ещё эти бобы останавливают огонь. Но об этом никто не знает! Девонты тщательно маскируют эти воспоминания под видения. Но я их перехитрил – я съел эти бобы!

– И что же с тобой потом было?

– Как, что было? Ничего! Они оказались несъедобными. Поэтому после того, как меня проверили, обыскали и ввели в транс, я, проснувшись, первым делом, выплюнул их. Так я понял, что это был не сон.

– Ты спятил, старик! Ты уже сам не знаешь, что говоришь!

– Нет, сынок, я знаю. Если ты не знаешь, о чём я говорю, так и не порывайся судить, – сказал Пит обиженно. Он что-то достал из карманов и протянул это Пару.

– Вот, гляди.

На ладони у Пита была горсть бобовых зёрен. Старик схватил руки юноши и высыпал на них свои сокровища.

Почувствовав вину, Пар постарался сменить тему.

– Хорошо, даже если всё, о чём ты говоришь – правда, это ни на шаг меня не приближает к моей цели. Мне нужно попасть в Обитель.

– Тут тебе, сынок, я не помощник.

– Да, я помню. Ты ранее уже говорил, что мне никто не поможет.

– Никто? Я разве такое говорил? Я говорил, что никто из смертных.

– А среди нас есть бессмертные? – со скептицизмом поинтересовался Пар.

– Нет, что ты! Мы же люди! Но за пределами Города в горах среди огня живёт нечто древнее и нечто страшное…

Мия проснулась от холода. Внутри неё всё так и ныло, будто она только что съела огромный кусок мороженого, не умудрившись его даже прожевать. Она оглянулась. Вокруг, как и раньше, кипела работа. На неё уставился один из белоликих титанов. Сообразив, что Мия уже в сознании, он направился к ней, угрожающе выставив вперёд стимар. Но не успел он дойти до бунтарки, как к ней подсела девочка в длинном красном плаще и капюшоне. Такую форму носили посыльные. Незнакомка стала выкладывать перед Мией еду, заставив тем самым отступить гиганта назад.

– Они не любят, когда ты сидишь без дела. Ты должна или работать, или спать, или есть. Другого не дано. Иначе последует приказ, а потом наказание.

– Спасибо, – ответила Мия и откусила кусок хлеба.

– Я не могу здесь задерживаться надолго. Но во время следующей трапезы я обязательно к тебе приду. Ты – Мия, верно? – имя девочка произнесла так тихо, что оно разве что читалось по губам.

– Да. А откуда ты знаешь?

– Поговаривают о тебе, – быстро произнесла посыльная, собирая вещи обратно в лукошко. Она намеренно выложила слишком много еды, чтобы выиграть время, и сейчас чувствовала на своей спине пристальный взгляд надзирателя. – Ты что-то говорила о человеке, который должен тебя спасти?

– Да, Пар! – она осеклась, поняв, что только что произнесла имя. Девонт повернулся к ней. – Парк бы здесь разбить, а то скучно, – выкрутилась она. Охранник купился.

– Откуда он? – спросила её посыльная.

– Не знаю даже… жил где-то около Карского моря, а так…

– Ешь и ничего не говори больше. Позже приду.

Она вручила бунтарке батон и быстро пошла прочь. Мия посмотрела на подарок. На корке хлеба было нацарапано: «Меня зовут Лания».

До обеда Мия старалась не выказывать хозяевам своего характера, хотя несколько раз едва не сорвалась на них. Её очень заинтересовала эта девушка, которая была с ней так добра. Когда Мия пыталась разбить очередной кристалл, к ней в помощники вызвалась Агнесса.