Окленд.Начало
Шрифт:
Я поел. Потом поднялся к себе в комнату, подумал, что я закинул неплохую удочку, и мой улов может быть интересным. Чуть позже ко мне поднялся отец, и прочил рацею о том, что должен прилежно учиться, чтобы обеспечить свою жизнь. Я со всем соглашался, про себя думал, что поступлю так, как будут складываться обстоятельства. Я всегда так действую.
На следующий я вновь пошел в школу. Увидел триумвират из девушек во главе с Николь. Она показалось мне красивой, хотя, думаю, многим так казалось. Интересно было бы с ней пообщаться, но ее парень Джек, наверное, будет против. Да и не смогу я, это известно многим, что я не герой, но я также и не трус. Да и девушкам со мной, если честно, скучновато.
Когда я взял учебники из шкафа, ко мне подошел Майк.
– Ну что новенький, как рука? Нехило тебя наши ботаны взгрели?
– Да пошел ты на хрен, мудила, - ответил я ему, так резко и громко, что к нам теперь было приковано внимание всех находящихся в коридоре, а людей там было много, не только Николь и ее подруги, к ним также триумвират во главе с Джеком добавился, чуть поодаль были Роб и Элис. Я хотел действовать хитрее, но не совсем сдержал свои эмоции.
– Слышь, ты как со мной разговоришь? Совсем что ли, берега попутал?
– Майк набычился на меня, сзади к нему подошли, и начали меня немного окружать еще два парня, - да я урою тебя, тебе тут не жить спокойно, козел.
– Я тут жить и не собирался, - решил я остроумничать, - а теперь отвали-ка, пока я тебе не настучал.
Говорил я все это громко, специально привлекая внимание в этой ситуации, мне хотелось произвести впечатление на учеников этой школы. Он толкнул меня за плечо, и я ударился спиной о шкаф. Я не растерялся, раз начинается драка, то надо начать ее первым. И я ударил его левой рукой точно в его печень, от удара он скрючился, почти сел на пол. Я не стал добивать его, просто закрыл шкаф, и ушел. Думаю, продолжение следует этой истории. В глазах девушек, я увидел, что-то наподобие восхищения. Подумал, что это замечательно, что я смог произвести такое впечатление, наверное, теперь это даст возможность мне стать популярнее в школе. Я спокойно шел в кабинет, когда на меня со спины налетели, и повалили на пол. Это отдышавшийся Майк хотел продолжить выяснение отношений. Я очень больно ударился носом о пол, кровь текла струей. Кое-кто из девушек вскрикнул. Тут вышел директор школы из своего кабинета, увидел происходящее, оценил ситуацию, и сказал:
– Бишоп, Криг, ко мне, оба.
Я встал, отряхнулся, достал платок, вытер кровь, и пошел в кабинет. Следом зашел и Майк.
– Что это было?
– спросил директор, - какого черта, вы тут устроили?
– Сэр, - начал я, - этот неадекватный парень толкнул меня. Я ударился о пол, и сейчас у меня кровь идет из носа.
– А ты что скажешь?
– обратился директор к Майку.
Тот промолчал, лишь враждебно посмотрел на директора и на меня.
– Я думаю, молчание, мистера Крига означает, что он не опровергает мою версию произошедшего, сэр, - решил я продолжить, насмотрелся я же сериалов, - таким образом, он признает вою вину, и считаю, необходимым назначить ему максимально строгое наказание из возможных. Я всего второй день в школе, и набрасываться с кулаками на новичка, это не честно и глупо.
– Ты зачем набросился на него с кулаками?
В ответ опять молчание.
– Никакой причины не было, сэр, - решил я продолжить свою атаку, честно говоря, для меня, это все была игра, театр одного актера, - видимо, у мистера Крига было плохое настроение с утра.
– Да, помочите, вы уже, - не вытерпел моего натиска директор.
– Простите, сэр, - ответил я.
– Так, все идите оба отсюда, о своем решении сообщу позже.
Мы вышил из кабинета.
– Тебе хана, ублюдок, - сказал он мне.
– О, у тебя язык появился, - ответил я, - я бы на твоем месте со мной не связывался, ты меня не знаешь, и поверь, тебе будет хуже. Я могу уничтожить твою жизнь до основания. Могу стереть тебя в порошок, унизить и растоптать, так что лучше подумай об этом, надо ли тебе это вообще.
– Пошел ты, - сказал он, и ушел.
Ну и школа, - подумал я. Умылся в туалете, и пошел в класс, там шел урок американской литературы. Обсуждали роман Теодора Драйзера "Американская трагедия".
– Так виновен Клайд Гриффитс в смерти Роберыт Олден или нет?
– спросил преподаватель, кто желает высказаться?
Желающих особо не было. Тогда он решил спросить меня.
– Вот Вы, молодой человек, Бишоп, Вы новичок у нас в школе, как Вы думаете?
Я немного замялся. Надо было сформулировать свой ответ.
– Честно говоря, - начал я, - мне кажется, ответ на Ваш вопрос следует искать в другом вопросе, а именно: жалеете и понимаете ли Вы Клайда? Вот лично я, понимаю, Клайда Гриффитса, и его поведение. Мне понятны его мотивы и желания. Вместе с тем, я думаю, что необходимо делать большую скидку в романе на то время, в которое происходят события. Ведь, согласитесь, что такое сейчас сплошь и рядом. Ну забеременела фабричная работница от начальника своего? И что? Ничего экстраординарного нет. Ну подумаешь, сделает аборт и все. Или родит, если хочет. Мужчина вряд ли ей будет чем-нибудь обязан. Люди скажут, что сама виновата, нагуляла. А с учетом теперешней доступности девушек, это и не вовсе неинтересная история получается. Типичная история, богатый парень соблазнил бедную девушку, да и все, никому и дела не будет до этого. Но мы ведь оцениваем те времена, времена ханжества, когда всякие религиозные нормы играли какую-то роль, когда мнение общественное что-то да значило. Так вот, в рамках того времени, я все равно понимаю желание Клайда. Конечно, он хотел выбиться в люди, тяжело жить всю жизнь в бедности, постоянно себя ограничивать, не иметь возможности делать то, что хочется. Постоянно работать, ни видеть никаких проблесков, а видеть, лишь то, что вокруг люди живут счастливо, и знать, что тебе никогда не достигнуть этих вершин. Так вот, понимание действий Клайда у меня есть, но его поступок лично у меня не вызывает омерзения. Наверное, даже не надо говорить о поступке Клайда, а надо говорить о поступке того парня, который взят за основу, с того человека, с которого образ Клайда писался. Ведь там была реальная жизнь настоящей девушки. Я понимаю, что у этой девушки были родственники, для которых это была огромная потеря. Но в рамках личности именно Клайда, для меня он не убийца. Он скорее, заблудившийся. Он же в конце концов не нанес того решающего удара, это Роберта сама виновата, именно она встала и хотела подойти к нему. А он, ненавидя ее за то, что она хочет лишить его мечты, а за это я думаю, ненавидеть можно, просто не сдержался и оттолкнул ее. Разве мы в обычной жизни так не делаем? Когда человек, который нам противен, хочет обнять нас, или еще что-то. Мы отталкиваем этого человека, хотим убежать от него. Так же поступил и Клайд, и только то, что это была лодка, именно из-за этого Роберта и умерла. Но, вот то, что он не оказал ей помощь, это уже его преступление. Но не уголовно наказуемое. За оставление в ситуациях, которые могут повлечь смерть, к ответственности могут быть привлечены только люди, которые профессионально должны помочь в таких ситуациях. А Клайд она трус, что с него взять? Не помог, и не помог. Это его преступление перед обществом, перед самим собой, если хотите, перед Богом, но никак не следовало за это его казнить. Таким образом, я считаю, что Клайд Гриффитс не виновен в смерти Роберты Олден. И оценивая роман, в целом, еще раз повторюсь, что его историческая ценность поблекла, таких ситуаций в настоящее время невозможно.
Наконец, я закончил говорить. Класс молчал, преподаватель тоже. Я не мог понять почему, мнение как мнение.
– Интересное мнение, - только и смог сказать, мистер Браун.
– Но, подождите, - вдруг сказала какая-то девушка, - так ведь нельзя.
– Элис?
– спросил мистер Браун, - а ты что считаешь?
– Я думаю, - начала она неуверенно, то, что она решилась высказаться, немало удивило и ее одноклассников, как я понял, - предыдущее выступление проникнуто абсолютным неприкрытым сексизмом. Ситуация в романе рассматривается однобоко, ставя в позиции жертвы Клайда, и в позицию чуть ли не проститутки Роберты. Но это же не так! Она любила его! Верила ему! А он предал ее, и, конечно же он убийца! Роберта была кроткой, милой девушкой, богобоязненной, ей бы и голову не пришло вступать в связь с Клайдом, если бы он не настоял. Она и не хотела этого, просила его не делать это. Это он заставил ее переехать в новое место, под угрозой того, что бросит ее, потом он заставил ее врать родным. Не смог обеспечить ей аборт, и не пожалел делать того, что должен был делать! Он обманщик! Сколько дней она ждала его у себя дома, сколько горьких слез из-за него пролила, сколько писем жалостливых ему написала. А он даже не удосужился ей ответить. Он в это время развлекался с другой. Ну что ему Роберта? Мать его будущего ребенка, он и позабыл о ней, как только соблазнил. А потом, обманув ее, под тем обстоятельством, что она безгранично ему верила, он вывез и убил ее. А после убийства, еще продолжил развлекаться дальше. Старался спрятать все улики, отрицал все до последнего, несомненного он виновен.
Наконец она закончила, я хотел было что-то съязвить, да постеснялся.
– Вот, - вставила свое слово Николь, - я тоже абсолютно согласна с Эли. Она правильно говорит, Кладй просто-напросто, соблазнил Роберту, а потом, когда понял, что она ему не нужна, решил ее как куклу выбросить. Но не вышло, и пришлось ее убить. Это омерзительно, убивать человека из-за каких-то материальных возможностей.
Ну и глупые же, - подумал я про себя, отметив, что Николь очень мило назвала Элис - Эли, наверное, раньше их что-то связывало, но сейчас они очень далеко друг от друга. Надо было что-то сказать в свое оправдание.
– Это все замечательно, конечно, - начал я, увидел, что мистер Браун не против, поэтому продолжил, - но, ведь Роберте Олден было не пятнадцать лет, да и не восемнадцать, ей вроде бы было двадцать три года. Вполне себе самостоятельная женщина, которая вправе принимать решения за себя. Так вот, она сама хотела быть с Клайдом, хотела с ним спать, если хотите. В основе ее мотивов была не любовь, а мысль о том, что Клайд принадлежит к обществу ликургских Гриффитсов, следовательно, он богат. Вот, попытка своим телом привязать к себе богатого наследника, и больше ничего. Но она не учла того, что кроме своего тела, не может дать больше ничего Клайду. Вот и все. Она также виновата в своей беременности. И также должна нести ответственность. Клайд никогда не обещал ей жениться, так же он был готов поддерживать ее материально. Ей всего лишь надо было уехать, родить там ребенка, и спокойно жить. Она в любой момент могла раскрыть правду дяде Клайда, поэтому бы он ее обеспечивал бы. Тем более, когда он почти обрел счастье в Сондре Финчли. Кстати, забыл сказать, не совсем я понял, почему же Клайд так расстроился письму от Сондру в камере своей. Для него это означало конец всего, конец все же теплившимся мечтаниям. Вот лично я, немного по-другому увидел этот эпизод, в нем я увидел всю любовь Сондры, все-таки она не забыла, она помнит. Вот это девушка! Конечно, она не поощряет того, что он сделал, но все же желает ему удачи. Великолепный момент от Драйзера на самом деле, но реакцию Клайда можно было бы изменить. Так вот, в своей смерти Роберта виновата сама, в конце концов, надо было научиться плавать, не больно и сложно. Или если она такая богобоязненная, нужно было изначально, не давать поводов к беременности, да и вообще к отношениям. По запрет, действовавший на фабрике, она прекрасно знала, но жажда наживы, денег, богатства, которые как она думала, есть у Клайда, привели ее к смерти. Не стоит ее жалеть, она вовсе не бедная овечка, она противная девушка, которая вцепилась в парне, не давая ему исполнить свою мечту. Вот, я так думаю.
– Мне кажется, это богохульство какое-то, - выпалила Джейн, - нельзя оправдать убийство.
– Да не было там никакого убийства, - ответил я.
Тут прозвенел звонок. Мистер Браун, кажется, немного, расстроился, он хотел продолжить обсуждение.
– На следующее занятие, читаем Джека Лондона, - сказал он.
Я подумал о том, что как же хорошо, что я люблю читать, и все эти книги уже давно прочитал. Хотелось есть. Сначала эта драка, потом литература и бурное обсуждение, я немного устал. Кстати, еще не совсем понятно, как закончится все ситуация с Майком, будет ли он меня сегодня поджидать, или решит не связываться со мной. Я вышел на лужайку, достал свой обед, и собирался было есть, когда ко мне подошел Николас.