Чтение онлайн

Габи дернулась от неожиданности и подняла взгляд: все верно, на мощеную площадку у бассейна вышел Анджей. Он приближался к ней, по пути небрежно бросив испачканный выходкой официанта пиджак на один из деревянных лежаков, оставаясь в одной рубашке.

— Как ты меня нашел? — вопрос прозвучал тонко и звонко, выдавая остатки слез, еще стягивающих комок в горле.

Габи приложилась к бутылке еще разок, прежде чем поставить ее рядом с собой.

— Я тебя и не терял, а шел следом. Но тебе явно надо было на минуту… почувствовать себя в одиночестве, — Анджей шумно выдохнул и присел на корточки на расстоянии вытянутой руки. — Оплакиваешь упущенного кавалера?

— Скорее, собственную доверчивость, — Габи шмыгнула носом и поболтала ногами в воде, разгоняя легкие волны. — Тот официант неспроста равновесие потерял. Явно Фолтен приплатил, чтобы тебе испортили одежду.

— Она все равно казенная — еще бы я переживал о какой-то тряпке.

— А о чем… ты тогда переживаешь?

Габи нашла пронзительный взгляд добермана своим и уже не смогла его отвести. Огни гирлянд золотыми огнями светились в серой радужке, волевой квадратный подбородок так и молил о касаниях, но окончательно добила тихая, твердая уверенность в интонации:

— Только о тебе, — ни малейшей попытки разорвать зрительный контакт, но и приблизиться — тоже. — Габриэлла, я действительно переживаю за тебя и то, сколько ты выпила сегодня…

Она уже не слышала. В голове окончательно коротнуло, напрочь вычеркивая пробежавшим электрическим импульсом все образы Нейта, Мел или кого-либо еще. К черту всех, сейчас ей нужен был лишь единственный в мире человек, которому небезразличны ее чувства. Настоящий.

Но вместо того, чтобы податься вперед и ожидаемо получить новый отказ, Габи с лукавой улыбкой оттолкнулась бедрами от бортика бассейна и плавно нырнула в воду. Доберман дернулся было, но остановить ее не успел. Мягкая нега захватила тело в ласковые теплые объятия.

— Эй! Ты что творишь? — вместо упрека и возмущения Анджей рассмеялся, наблюдая, как ее макушка с напрочь распавшейся сложной прической снова показалась на поверхности. — Бэмби, сейчас не время и не место для купания!

— Тут же никого нет, и не думаю, что кто-то появится, — смело заявила Габи, без проблем держась на плаву. — И вообще, я не купаюсь. Я упала и тону! Тону, спасите!

Дурачась, она принялась изображать утопающую, барахтаясь в воде, хотя до дна легко доставала ступнями даже со своим низким ростом. Глубокий бархатный смех стал отчетливее.

— Думаешь, я в это поверю?

— Тону! — пискнув в последний раз, Габи задержала дыхание и погрузилась под воду целиком.

Одна секунда… две. Плеск и волны оповестили о том, что в бассейне прибавилось незваных купальщиков. Сильные руки подхватили Габи под бедра и за талию, после чего Анджей вынырнул вместе с ней, крепко держа свою ношу — впрочем, в воде она наверняка теряла ощутимый вес.

Сон сбылся. Невесомость и те самые грубые солдатские руки, которые сейчас держали Габи будто маленькую святыню, разнося по коже отчетливую дрожь. Невозможно противиться желанию прижаться ближе, да что там — не было сил сделать вдох.

— Ты правда… прыгнул за мной? — дрожащим голосом спросила Габи, словно это не очевидно.

— Может, я тоже хочу утонуть к чертям?

Капли стекали по неровному ломаному носу Анджея, катились по линиям скул к шее и вымокшему вороту рубашки, и из-за гирлянд казалось, будто это крошечные брызги солнца. Габи потянулась к одной из них, зависшей на кончике его гладко выбритого подбородка, и собрала ее губами. Она едва дотронулась, продолжая непроизвольно держаться за спину своего спасителя, но в следующий миг Анджей чуть повернул голову, меняя направление ее движения и накрыв губы Габи своими: влажными, теплыми, требовательными.

Вот теперь сомнений в том, что он готов ломануться с ней в эту пропасть, не осталось. Нетрезвый, развязный поцелуй сквозил глухим отчаянием обоюдного поражения. Язык Анджея проникал все глубже, разделяя фруктовый вкус шампанского, которое словно все еще шипучкой играло на губах. Вода слишком хороший проводник электричества…

Что-то менялось, сжигая дотла самые необходимые границы. Отвечая на напор Анджея, Габи все равно ощущала себя ведомой — под его полным контролем. Она послушно опустила ступни на дно бассейна, повинуясь его рукам, но тут же сдавленно ахнула: он просто поменял захват, с плеском воды закинув Габи на себя и вынуждая обнять ногами его поясницу.

Сорвавшись с ее рта, губы Анджея скользнули на шею, а его пальцы сильнее впились в упругую кожу бедер под давно задранным подолом. За ними следовал головокружительный жар, подчиняющий волю, заставляющий слушать инстинкты и отклонить голову, открывая больше доступа. Вода пропитала одежду насквозь, но от легких поцелуев, дошедших до жемчужной нитки, Габи судорожно выдохнула. Это было так мало. Доберман все еще пытался держаться на плаву, когда они оба утонули.

— Еще, — выпалила Габи, решительно рванув ворот его рубашки и запуская ладони под ткань. И чуть не простонала от восхительного ощущения напрягшихся до предела мышц под пальцами, стальных словно натянутые канаты.

— Чокнутая, — безнадежно прошептал Анджей с горячим выдохом на кожу, и тут впился в ее шею по-настоящему: голодно, влажно, пробуждая отчетливую потребность в глубине женского естества.

Зубами стянув лямку платья с правого плеча, он спустился чуть ниже, одарив смакующими долгими поцелуями самый верх полушария груди. Было в этом жесте что-то естественное, даже немного звериное: чистая, неприкрытая жажда, которую никто не пытался приукрасить. Только притяжение, только возбуждение, бьющееся в каждом рваном ударе сердца. Габи прикрыла веки от удовольствия, накатываюшего на тело вместе с волнами в бассейне. Она хотела отдаться этому цунами. Чтобы ее накрыло с головой, и выплывать больше не пришлось.

Габи снова нашла такие необходимые сейчас губы, первой врываясь в терпкий плен рта Анджея. Слизывая вкус, едва дыша, она сильнее сжала его поясницу, мечтая усилить давление на пульсирующую точку между ног. Вода вокруг них заволновалась, и Анджей сделал пару шагов, а после решительно приподнял и усадил Габи на бортик бассейна — то ли нечаянно, то ли специально задрав при этом подол платья до талии. Она разочарованно вздохнула, подумав было, что этим он ставит точку, но нет.

Это была секунда передышки, момент для взгляда. В глазах Анджея не пробежало желания отступить — только восхищение и голод. Габи сухо сглотнула, потянулась было рукой к его мокрым волосам, пытаясь прочитать его намерения, но на вопрос не решалась. Впрочем, он и не нужен. Опустив губы на ее колено, которое оказалось как раз на уровне мужского плеча, Анджей принялся покрывать его жгучими, затяжными поцелуями, медленно подбирался все выше. В это время его шершавые ладони свободно гуляли по бедрам, мягко сминая кожу, пробуя ее упругость. Габи зажмурилась и непроизвольно попыталась свести ноги: нет, это уже чересчур для нее. Ничего подобного с ней еще никто не пытался сделать, и чужой дом, в котором как раз сейчас идет великосветский прием — плохое место для таких экспериментов.

— Доверься мне, — глухо потребовал Анджей, и мурашки от его выдоха пронеслись по внутренней стороне бедра прямо к точке критической пульсации.

От колена вверх, невесомо-трепетно, но чертовски уверенно губы Анджея собирали влажные дорожки. Габи всхлипнула, откинув назад голову и прикрыв веки — это было слишком прекрасно, чтобы сказать «стоп». Мужские пальцы задержались на резинке белья и потянули его вниз, пока лишняя ткань не утонула на дне бассейна. С еле слышным плеском, повинуясь до дрожи властному нажиму рук Анджея, окончательно занявшему позицию между ее ног, она развела бедра чуть шире, открыв ему полный доступ. Перед закрытыми глазами крутились золотом огни гирлянд.