Чтение онлайн

Почти сразу при входе Эйтлинн молча указала на боковую комнату слева: судя по всему, охрана размещалась где-то там, фоморка могла воспринимать их своим особым чутьем, определенного названия которому нет в языках людей и фейри. Киэнн невозмутимо кивнул и поднялся на второй этаж. Рико по-прежнему лип к нему, Эйтлинн шла чуть поодаль, пользуясь собственной фит фьятой. Еще с первых ступеней она заслышала голоса и нащупала в пространстве два тела, которым оные голоса, скорее всего, и принадлежали: одно — молодое женское, второе — мужское, крупное, грузное и уже определенно не юное.

— Но Джо… — начал первый голос.

— Заткнись, ты, шваль ацтекская! — перекрыл его второй. — То, что я позволяю тебе пользоваться моим кредитом, не значит, что можно швырять деньги на ветер. Тратить их вот на этот мусор. Что это за хлам? Секонд-хенд? «Бутик-шмутик!» Ты в этом со мной не пойдешь. Дура. Дешевка. А это что? Сколько ты отдала за эту цыганщину?

— Не помню…

— Ну конечно! Чужие деньги можно не считать! Ну? И где ты еще была?

— У массажиста…

— У «массажиста» на была! Небось, у своего блядуна какого-то!

— Джо, ты что?! — возмутилась женщина.

— А то я тебя не знаю! Смотри, Пат, если ты снова притащишь мне выблядка…

— Я тебе никого не притаскивала!

— ...притащишь, как своему прежнему хахалю. Думаешь, я не в курсе? Он еще был к тебе добр, что просто вышвырнул на улицу. И в придачу такой дурак, что четыре года кормил твоего ссыкуна…

Киэнн пинком распахнул дубовую дверь спальной и сбросил фит фьяту:

— Вы о нем?

Комната была определенно женской, и это выдавало не только обилие кружевных подушечек и мохнатых пуфиков вкупе со все теми же кричащими леопардовыми орнаментами, но и разбросанная по полу груда покупок: туфель, чулок, перчаток, сумочек, шарфиков и прочего разноцветного тряпья. Посреди всего этого хаоса, точно магрибинец в пещере Аладдина, высился массивный и грозный хозяин дома — мужчина лет шестидесяти, но полный сил и энергии, с аккуратно уложенной шевелюрой, гладко выбритым тройным подбородком и едва различимой сединой на висках. Его добротно откормленную тушу кое-как прикрывал широкий банный халат с золотисто-синим тиснением античных узоров. Женщина, которую он яростно отчитывал, сидела, поджав босые ноги, на огромной тахте, походившей на нежно-лиловый айсберг. Холеная атласная кожа цвета кофе с молоком, широкие скулы, подчеркнутые броским макияжем и сверкающий шелк гагатовых кудрей, разметанных по высоким плечам, и впрямь выдавали в ней дочь конкистадоров и ацтекских императоров. Правда, их силы и величия в мексиканке не чувствовалось ни на ломаный пенни. Темно-бордовое кимоно едва прикрывало ее интимные прелести.

— Это еще кто? — Мужчина резко развернулся, сверкнув водянисто-голубыми глазами. — Кто их сюда впустил?

Держался он пока чертовски уверенно и властно. Эйтлинн даже стало немного жаль его: он и представить себе не мог, с кем имеет дело. И вместе с тем накатило странное чувство гордости… Черт, ты рехнулась, госпожа фоморка! Чему ты радуешься?

— И в самом деле. — Тон короля фейри сочился гремучим ядом. — Кто пустил к приличной женщине ее ребенка? Покажите мне этого мерзавца и его сразу же расстреляют!

— Это твой «массажист»? — метнул очередной гневный взор на свою содержанку хозяин.

— Я не знаю этого человека, Джо! — снова запротестовала она.

Киэнн ухмыльнулся:

— Она говорит правду, сэр. Я не знаю ее и, полагаю, она не знает меня.

— Так, достаточно. — Мужчина небрежно сунул руку в карман халата, вероятно, собираясь извлечь телефон. Рука в то же мгновение упала, безвольно повиснув вдоль тела, точно кусок бечевки. — Что за?.. — Губы янки наконец слегка задрожали, на лице всё еще читалось скорее недоумение, чем испуг.

— Дергаться не стоит, — еще более недобро усмехнулся Дэ Данаан. — Больнее будет. Звать сюда кого-нибудь тоже ни к чему: толку выйдет не много, а вот крови прольется куда больше. Предлагаю вам, любезный, отойти в сторону и дать мне переговорить с этой сеньорой. Ваша очередь пока не пришла. Говорить будете, когда я вам позволю.

И пока тот беспомощно хватал ртом воздух, уже чисто по-рыбьи тараща глаза и, несмотря на предупреждения, скорее всего, силясь закричать, Киэнн величественно махнул своему маленькому протеже:

— Проходите, сеньор Рикардо, располагайтесь поудобнее.

Рико хохотнул и с видимым удовольствием плюхнулся в кресло, предварительно смахнув с него гору еще не распакованных коробок из дорогих бутиков. Мексиканка в кимоно сдавленно охнула, но голос ей тоже не повиновался.

— Сеньора, — обратился уже к ней Киэнн, усаживаясь в другое кресло, прямо напротив Рико, — я задам вам всего несколько вопросов. Я не стану зачитывать вам ваши права или принуждать вас клясться на Библии, обещать говорить правду и ничего, кроме правды — вы все равно ее скажете мне, как бы вам ни хотелось хоть что-нибудь укрыть. Так вот. — Он указал на Рико, бессовестно маравшего дорогой бархат цвета беж грязными кроссовками: — Вы знаете этого юного сеньора?

Женщина отчаянно мотнула головой:

— Это какой-то гадкий уличный оборванец, я его впервые вижу!

Рико сдернул с ноги кроссовок — тот из двух, что был более целым — и зло швырнул его в женщину:

— !Mentirosa!*

*Врунья!

Киэнн только прихмыкнул в ответ на выходку мальчишки.

— Tiene raz'on, se~nor.* — И с притворной грустью покачал головой: — Ложь не красит человека, тем более, когда она так очевидна. Я дам вам еще один шанс. Может быть, у вас проблемы с памятью или зрением, или же вы недостаточно хорошо понимаете по-английски — все ведь может статься! Нужно быть снисходительными к обделенным судьбой. Я сформулирую свой вопрос по-другому: знаете ли вы девятилетнего мальчика по имени… ?Rico, que es tu nombre completo?**

* Вы правы, сеньор.

** Рико, как твое полное имя?

Латинос важно вздернул нос и набрал полную грудь воздуха:

— Javier Ricardo Gonzalez Campana.

— ...Хавьер Рикардо Гонсалес Кампана, — спокойно повторил за ним Дэ Данаан. — По досадному стечению обстоятельств, он приходится вам сыном.

Мексиканка снова замотала головой, точно взбесившимся флюгером:

— У меня нет никакого сына! И я никогда не слышала этого имени!

Киэнн огорченно цокнул языком:

— Смотри-ка, один в один.

Рико устремил на него щенячий взгляд:

— No te ment'ia.*

*Я тебе не врал.

— Yo se,* — кивнул ему Киэнн. — Ну что ж, если вы настаиваете… Я предупреждал вас, любезная сеньора, и вы не вправе предъявлять претензии. Слово предоставляется госпоже Глейп-ниэр.

*Я знаю.

На этот раз замороженную тишину особняка раскололо вдребезги. Женщину на лиловом айсберге изогнуло так, словно все ее кости и суставы заменили протезами мягкой проволоки, из горла вырвался хрипящий крик. Эйтлинн покосилась на Киэнна: услышат же! Но его это по-прежнему нисколько не беспокоило.

— А теперь вопрос будет таким, — уже с неприкрытой угрозой в голосе продолжил он. — Ты ли та особа, что, произведя на свет ребенка невесть от кого, с четырех лет заставляла его попрошайничать на улицах и избивала до кровоподтеков, когда он возвращался с пустыми руками?

Мексиканка попыталась помотать головой, что-то выговорить, как-то защититься, но, разумеется, тщетно. Она то кривила рот в гримасе уродливой гаргульи, то задыхалась, царапая расписными ногтями собственное горло, то тряслась в лихорадке. Киэнн продолжал невозмутимо поглаживать Серебряную Плеть. Наконец женщина сдалась и кивнула.