Чтение онлайн

369

370

371

372

373

374

375

376

377

378

379

380

381

382

383

384

385

386

387

388

389

390

391

392

393

394

395

396

397

398

399

400

401

402

403

404

405

406

407

408

409

410

411

412

413

414

415

416

417

418

419

420

421

422

423

424

425

426

427

428

429

430

431

432

433

434

435

436

437

438

439

440

441

442

443

444

445

446

447

448

449

450

451

452

453

454

455

456

457

458

459

460

461

462

Елена Алексеевна Савельева

Олаус Магнус и его «История северных народов»

Введение

Изучение культурных связей Русского государства и стран Западной Европы периода феодализма в настоящее время становится одной из центральных проблем отечественной историографии. В связи с этим советское источниковедение проявляет значительный интерес к историческим и географическим трудам западноевропейского средневековья, посвященным Московскому государству и содержащим неизвестные или малоизвестные материалы о России. К ним относятся и историко-географические труды о Северной Европе: «Морская карта» с комментариями и «История северных народов», составленные в первой половине XVI в. шведским ученым Олаусом Магнусом. Они содержат ценные сведения о Русском государстве, странах бассейна Балтийского моря, Скандинавии и Кольском полуострове труды, в достаточной степени изученные в западноевропейских странах, почти неизвестны в отечественной историографии. Но и на Западе работа над «Историей северных народов» и «Морской картой» с комментариями ведется крайне неравномерно. Много внимания уделено вопросам, связанным со Скандинавией и собственно Швецией, менее разработаны проблемы, касающиеся Прибалтийских стран. Материалы, посвященные Русскому государству, почти не затрагивались европейскими исследователями. В связи с этим настоящая работа ставит своей целью определение, исследование и введение в научный оборот сведений о России, содержащихся в трудах Олауса Магнуса, и главным образом в «Истории северных народов».

Олаус Магнус родился на рубеже двух столетий, в эпоху географических открытий, когда новые тенденции в географической науке вступили в противоречия со старыми, установившимися традициями. Испытав на себе противоречивость этого времени, он все же внес большой вклад в изучение малоизвестных стран, рассказав всему просвещенному миру о севере Европы. Он не был столь знаменитым путешественником, как Колумб или Магеллан, но тем не менее совершил значительные открытия в области географии и этнографии этой неизвестной до него области земного шара, поставившие его имя в один ряд с именами многих землепроходцев и исследователей. Его заслуга перед ученым миром заключается в окончательном разрыве с древней традицией в изображении и описании стран Северной Европы, основанной на сведениях, заимствованных из трудов античных ученых, в частности Плиния, Плутарха и главным образом Птолемея. Тем самым Олаус Магнус по-новому решил проблему нанесения Скандинавского полуострова на географическую карту.

Противоречивость эпохи, национальные и религиозные конфликты, характерные для Швеции начала XVI в., не могли не сказаться на скандинавской науке того времени в целом и на трудах Олауса Магнуса в частности. Он жил в переломный период, когда его родина освобождалась от датского господства и образовывала суверенное государство во главе с Густавом Вазой. В связи с этим появилось множество противников сильной королевской власти в Швеции, проведения церковной реформы и введения протестантства. Среди них особенно выделялся епископ Линчепингский Ганс Браск и архиепископ Упсальский Иоанн Магнус, родной брат Олауса Магнуса. Освобождение страны от чужеземного ига пробудило у всех шведов горячий патриотизм, объединявший их. Введение протестантства вынудило многих католиков, приветствовавших самоопределение Швеции, покинуть родину. Олаус Магнус и Иоанн Магнус за приверженность папскому престолу подверглись опале со стороны шведского короля Густава I Вазы и отправились в изгнание. Но и за границей они сохраняли верность национальным шведским традициям и много времени отдавали публицистической деятельности, ратуя за возвращение Швеции в лоно католической церкви, но эти их труды не принесли им ожидаемой славы.

Главной заслугой Олауса Магнуса перед мировой исторической наукой явились не его политические деяния, хотя он был в достаточной степени искусным дипломатом и политиком, а его труды, составленные далеко от родной страны и посвященные истории и географии Скандинавии, и в частности Швеции. На них, так же как и на судьбу их автора, наложила свой отпечаток противоречивость эпохи. В своем творчестве Олаус Магнус сохранил верность средневековым традициям, которые не смогли изгладить ни новое время, ни новые впечатления. Живя в Италии в период позднего Возрождения, он усвоил гуманизм итальянской науки и искусства. По словам исследователя трудов Олауса Магнуса И. Коллийна, «у него средневековый человек часто наряжается в пышные одежды Возрождения»[1].

Для Олауса Магнуса как исследователя характерны острая наблюдательность, неизмеримая жажда знаний и интерес ко всему, что встречалось в его странствованиях, продолжавшихся почти всю его жизнь. Будучи добросовестным исследователем, он оставил нам яркие картины, изображающие людей северных стран Европы в труде и в борьбе с суровой северной природой. Олаус Магнус первым обратил внимание на влияние климатических условий на жизнь человека.

Характерной особенностью средневекового ученого являлось обязательное цитирование трудов его предшественников, и в особенности отцов церкви. В литературных трудах Олаус Магнус постоянно следовал этой традиции, ссылаясь на многочисленные сочинения античных и средневековых писателей, часто не имеющих никакой связи с исследуемой темой. Но отличие Олауса Магнуса от многих его современников заключается в том, что в ряде случаев он был способен критически осмысливать разные точки зрения и отстаивать свои взгляды и убеждения. Однако эта способность покидала его, как только он обращался к теме, непосредственно связанной с Швецией. Говоря о своей родине, он преувеличивал ее достоинства и категорически отрицал все недостатки.

Другим недостатком трудов Олауса Магнуса явилось почти полное отсутствие систематизации при изложении материала, что было характерно для всей науки XVI–XVII вв., когда главной целью ученых-энциклопедистов, специализирующихся в различных областях знания, был сбор материала, а не его критическая обработка. Тем не менее, некоторые попытки научной систематизации у Олауса Магнуса можно обнаружить в распределении по главам историко-этнографических сведений, содержащихся в «Истории северных народов». Энциклопедический характер книги, большой ее объем, наличие известий по разным отраслям человеческих знаний тоже не способствовали систематическому изложению; в результате этого — постоянное нарушение плана книги, отступление от основной темы, описание деталей, не всегда заслуживающих внимания, и развитие побочных сюжетов, часто почти не связанных с поставленной в этой главе проблемой.

Изображение и описание Московского государства в «Истории северных народов» и на «Морской карте» с комментариями обладают теми же достоинствами и недостатками. В ряде случаев сведения, содержащие информацию о русско-шведских отношениях, носят ярко выраженный тенденциозный характер. Это объясняется, прежде всего постоянным соперничеством Русского и Шведского государств на Финском заливе и в Карелии. Эта тенденциозность не была непреодолимым препятствием при рассказе о Русском государстве конца XV — первой половины XVI в. Появление Русского Севера, в частности Карелии и Кольского полуострова с Белым морем, на «Морской карте» 1539 г. стало его первым картографическим изображением.

Глава 1.

Олаус Магнус и его труды в западноевропейской историографии

В Западной Европе, и особенно в Швеции, к настоящему времени было опубликовано множество сочинений, посвященных Олаусу Магнусу и его трудам. Его имя привлекло к себе внимание ученых еще во второй половине XVI в. и до нашего времени не перестает интересовать исследователей, занимающихся историей развития разных областей человеческих знаний — истории, географии, этнографии, биологии и т. д. Первые сочинения об Олаусе Магнусе носили чисто биографический характер. Их авторы почти не останавливались на разборе его трудов. Однако наиболее известные историки Швеции нового времени Иоанн Мессений и Иоанн Шеффер[2] уже в XVII в. использовали его сочинения при описании различных сторон жизни народов Севера. В XVIII в. появляются первые работы, посвященные собиранию и учету всего, что было написано Олаусом Магнусом. Наиболее характерной в этом отношении была анонимная статья «Замечания, касающиеся изданий и переводов "Истории северных народов"»[3]. В ней учтено 20 изданий переводов и переложений этого сочинения, опубликованных в XVI–XVII вв. в европейских странах. Таким образом, в Швеции к середине XVIII в. была заложена основа для дальнейшего изучения творчества Олауса Магнуса.

Однако к систематическому исследованию наследия Олауса Магнуса в Швеции и других европейских странах приступили только в конце XIX в. Поводом послужило открытие в 1886 г. в Мюнхенской городской библиотеке подлинника «Морской карты» 1539 г. с автографом ее автора. И до этого времени в Швеции публиковались описания жизненного и творческого пути Олауса Магнуса. Наиболее интересной из работ, появившихся до открытия «Морской карты», была большая статья Ханса Хильдебранда, посвященная личности и трудам Олауса Магнуса и опубликованная в 1884 г.[4] В ней автор исследует историко-этнографическое сочинение Олауса Магнуса «Историю северных народов», уделяя при этом много внимания рассмотрению и сведению воедино всех известий, касающихся непосредственно Швеции. Систематический обзор материала предваряется краткой биографической справкой, базирующейся непосредственно на «Истории северных народов», содержащей автобиографические сведения. Здесь же дается разбор карты, приложенной к базельскому изданию книги 1567 г., которая до 1886 г. считалась точной копией «Морской карты» 1539 г.