Чтение онлайн

Безумно быстрое вращение завершало программу, в которой Дмитрий Панкратов выложил все свои компоненты, всю хореографию, что ужимал в пользу прыжков. И сейчас это все осталось на льду, пока он катался был маленький спектакль одного актера.

Ему не хочется останавливаться, но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. И эта программа тоже. Дима замирает в финальной позе, смотря вверх.

Зал встает, аплодируя. Со всех сторон раздаются различные крики, поддерживающие спортсмена. Да ему и не надо, он сейчас безумно доволен собой. На лёд падают какие-то игрушки, он совершенно не обращает на них внимания. Тяжелое дыхание, в глаза бьет свет, его ещё раз объявляют… И это не сон?

Тамара Львовна ждет его у выхода со льда с улыбкой на лице. Она довольна?! Она осталась довольна?!

— Я зачем столько ночей думала над хореографией? — вроде попрекает, но так… ласково, — Чтобы ты сам её придумал?

Объятия и поцелуй в лоб… Нет, Дима спит. Точно спит, иначе она бы так себя не вела!

— Молодец, молодец, — она слегка пристукнула по бедру Димы, подгоняя его в КиК, — папа бы гордился.

Она говорит про отца?!

Пока шёл до КиК, оглядывался в надежде увидеть Дашу. Увы, его оглядывалки быстро заметили и прервали. Девушка стояла, как и все трибуны, хлопая и не отводя глаз. Какие будут оценки?.. Она потом сразу же побежит вниз, не дожидаясь, пока Дима сам придёт на трибуны! Она просто не выдержит!

— Даш… — Катя прикоснулась к её плечу.

— Да?

— Ты в одну точку не отрываясь смотришь уже несколько минут.

Дима тяжело дышал, сидя в КиК и пытаясь понять как он мог подумать, что не устал. Усталость накатила даже больше, чем обычно после произвольной. Наверное, это все смешалось с нервами.

Локти в упор на колени, руки сжимают бутылку с водой. Ему нужно столько баллов, чтобы преимущество в произвольной было неоспоримо.

— Сколько будет?.. — Даша нервничала, сжимая руки.

— Около сто пяти должно быть. Это лучший его балл при хорошем прокате.

— МЫ ТЕБЯ ЛЮБИМ!

Какая-то девочка чуть горло не сорвала, пока кричала. Арена зааплодировала, к этому крику подключились и другие крики. А Дима-то сомневался, что его всё ещё любят и поддерживают… Почему-то он думал, что все поддерживают Тимура. Но теперь его мотивация к победе возросла до немыслимых вершин. Он обязан победить. Он не один в это верит.

— Баллы!

107.48!

Это личный рекорд!

На лице Димы появляется улыбка. Он всегда проигрывал в короткой программе Тимуру. Но этот балл выше тех, что обычно получал брат!

Мать сразу же обняла его, а парень под крики зала махал в камеру. Короткая программа прошла, есть! Он еще может показать, что лучший!

— Я тобой горжусь.

Тимур снял наушники, примерно отсчитав время проката и выставления оценок. Дениса Руслановича не было в зале, он вышел в коридор, чтобы лучше слышать оценки Димы. Саша возвращался из коридора, бледный и, кажется, растерянный. Слышал?..

— Сколько?

Тимур задал этот вопрос без обращения, но Саша понял все и без него. Подняв огромные глаза на сокомандника, Сурков осипшим голосом произнес:

— Сто семь с половиной.

Черт. Это личный рекорд Димы. Тимур кивнул, благодаря Сашу за информацию, отворачиваясь и надевая наушники. Значит, ему нужно набрать больше.

Даша практически летела вниз, не замечая ничего вокруг. Как же она хотела обнять его, поздравить! Девушка вовсе не заметила, как начала сходить с ума по парню, которого раньше замечала только как брата кумира. Но сейчас это уже не было важно. Он огромный молодец и она бы соврала, если бы сказала, что не мечтает его крепко-крепко обнять.

— Калинина, е-мое! — Даша практически влетела в Диму, и наверняка бы они покатились кубарем с этой лестницы, если бы парень не успел ухватить её за талию, — Куда бежишь-то?

Полностью проигнорировав вопрос Панкратова, она поддалась смелости, неожиданно возникшей в ней, и обняла парня за шею.

— Ты огромный молодец!

— Спасибо, — Дима рассмеялся, поднимая Дашу в воздух на несколько сантиметров и переставляя её на более равномерную поверхность, — Ты только ради этого бежала?

В смысле «только»? Обычная Даша бы точно расстроилась из-за этого уточнения, но не сейчас. Быстрым движением она наклонила голову Димы вниз, прижимаясь губами к его губам. Резким движением, практически смазывая это все в чмок.

А как еще тут существовать, если приходится решать все за мужчин?!

Сначала Дима опешил. Кто бы не опешил на его месте? Сердце рухнуло куда-то в желудок, руки несмело крепче сжались на талии. Если ради этого стоило просто выдать прокат, то давно стоило это сделать!

— Пожалуй, это ценнее, чем Олимпийская золотая, — первое, что прошептал Дима, как только отстранился от Даши, — Надеюсь, в моих руках джекпот.

— И в моих… — Калинина положила голову на плечо Панкратову, — Спасибо тебе за такой прокат. Ты будешь лучшим.

Спонтанное действие Даши оставило шрам на сердце Димы, который никогда не пропадёт. Такая смелая, но в то же время мягкая и элегантная. На льду ощущающаяся как нечто прочное, как кремень, а в его руках мягкая и покорная. Невероятная девушка.

— Хочешь пойти по стопам Евы? — Дима улыбнулся уголками губ, смотря на Калинину.

— Стать Олимпийской Чемпионкой? — она рассмеялась, хотя совершенно точно поняла посыл. Хотелось поиграть с огнем.

— Стать девушкой Панкратова.

***

— Как ты себя чувствуешь? — два проката до пятой разминки. Тимур и Саша уже наготове.

— Да нормально все, хватит уже, — Панкратов выходил из себя. Каждые полчаса вопросы: как ты, все ли хорошо, может померим температуру. Да хрен с ним всем! Таблетки от кашля работали, головой думать мог. Значит сегодня откатает и без всяких вопросов выдаст то, что обязан. У него не должно возникнуть проблем с прокатом.

Он обещал. Обещал доказать всему миру, кто тут лучший.

— Я не за этим пришел… — Он едва может говорить, смотря в глаза Тимуру. В глаза, на дне которых умерла мечта и смысл кататься, — Я хотел сказать, что ты невероятен. Твой мировой рекорд абсолютно заслужен и ты — двигатель прогресса в фигурном катании. Я тобой горжусь и равняюсь на тебя. Пообещай мне вернуться на Олимпиаду через четыре года и доказать, что ты лучший фигурист на свете.

Что?

Тимур повернул голову на друга.