Чтение онлайн

Мечтательно протянул, мгновенно отвлекшийся от своих размышлений Олег.

– Да, нам бы такое чудо инженерии было бы в радость. Согласен.

– Может, попросишь? У полковника? Нет? Глеб, что ты такой упертый? Почему ты не хочешь для ОСБ что-нибудь нужное заполучить? Не понимаю я этих интеллигентских заморочек.

– Да, причем здесь заморочки? Ты пойми, ничего бесплатного нет. И вопрос стоит так – какова будет цена? Пока я четко не буду это знать, никаких прошений военным подавать не собираюсь. Свобода, она стоит не мало. Понимаешь? Да, нам пока и так всего хватает, впору самим начинать спонсировать малоимущих и предприимчивых. Вот дождемся предложений от Скороходова и будем решать. Но не раньше. И еще. Тот, кто просит, вправе ждать, что его запрос будет удовлетворен. Но, согласись, тот, кто не просит и справляется сам, в глазах окружающих всегда выглядит более выигрышно.

Чуток помолчав, выражая тем не согласие с моей сентенцией, Олег заговорил вновь.

– Серьезно они оборудовались, как по уставу, возвели укрепрайон. Молодцы, грамотные.

На дороге теперь стоял не хлипкий шлагбаум, а капитальная бетонная «змейка» – примитивный аналог лабиринта. Даже если у кого-то возникло бы желание прорваться – шансов сходу проскочить к базе не было никаких. Рассмотреть, что там дальше было затруднительно, но ощущалось, что активность в Лесном бешенная. Подъехав к блокпосту мы притормозили перед «змейкой». К нам сразу же направились трое бойцов в полной боевой. Автоматы они держали на взводе, никаких вариантов на плече, на ремне и т.д. Мы не стали торопиться и спокойно дожидались проверяющих, сидя в машине.

– Прапорщик Молодцов, кто такие, по какому делу, оружие при себе есть?

– Командир Первой ОСБ Шмелев Глеб на встречу к полковнику Скороходову. Оружия много разного, а в чем дело?

– Приказ командования – оружие сдавать на блокпосту. Будете выезжать, заберете.

Сказав это, он повернулся к одному из бойцов и что-то тихо ему скомандовал, так что тот сразу рванул обратно, к основному зданию. Проверять мои слова. Уверен.

– Минутку. Так не пойдет, оружие я сдавать не буду.

– Куда вы денетесь? – грубо и безапелляционно выразил свое непонимание прапор.

– Никуда. Но сдавать не буду.

И не видя необходимости дальше продолжать беседу с этим молодцом, достал трубу спутникового телефона и набрал номер полковника. Ответили почти мгновенно.

– Слушаю.

– Михаил Дмитриевич, это Шмелев. На вашем блокпосту нам предлагают сдать все оружие. К сожалению, я никак не могу согласиться на такие условия.

– Глеб, уже подъехали? Отлично. С твоей проблемкой разберёмся. Дай трубку моему бойцу.

Я передал телефон проверяющему. Разговор у них вышел короткий, спустя десять секунд трубка была мне возвращена, и я услышал слова полковника.

– Глеб, для вас это правило действовать не будет, вы фактически союзники дивизии, так что проезжайте. Представители беженцев с вами?

– Да. Мы на двух машинах. Четыре человека.

– Очень хорошо. Вам дадут временные разрешения на передвижения внутри базы с оружием, без ограничений. Все. Жду вас в штабе.

Короткие гудки. Я убрал телефон и молча нажал на педаль газа потихоньку проруливая между бетонных блоков. Миновав блокпост снова затормозил и, выйдя из машины, пошел к зданию, мне ведь сказали получить пропуска. Никаких трудностей с этим не возникло. Четыре простых бумажных бланка канцелярского вида, на каждом печать и ФИО (продиктованные с моих слов) одного из нас. Вот и все. Забрав бланки, отдал два Федорычу, заодно объяснив, что эта бумажка значит, и снова загрузился в «Ниссан». Передал разрешение Олегу.

Теперь появилась возможность оглядеться и сравнить памятный мне по прошлому посещению вид поселка с его новым обликом. Изменения коснулись не только блокпоста и пропускного режима. По улицам двигался народ, ехали машины и броня. У меня на глазах только что укомплектованная колонна выдвинулась из ППД в город. Она прошла мимо, обдав мощными выхлопами солярки и ревом двигателей БТРов и «КаМАЗов».

Больше всего меня заинтересовал большой палаточный лагерь, раскинувшийся на обширной территории, на окраине поселка. Он, так же как и блокпост был полностью окружен колючкой в несколько рядов. По периметру стояла броня – несколько БМП. Также видны были и вышки. Все это чуток напоминало зону, и если бы не красное знамя, развевающееся на флагштоке и не отсутствие внутреннего периметра, который отделял бы охрану от населения палаточного городка, то такая ассоциация имела бы полное право на жизнь. Рассмотреть лагерь в подробностях я не смог, зато сразу обратил на него внимание Олега.

– Олега, если сможешь, наведайся туда. Запросто там могут оказаться добровольцы для нас, условия то у них здесь не сахарные. Только нам болтуны и лентяи не нужны. Сам понимаешь. Я про этот лагерь у полковника повыспрашиваю, ты на связи будь, лады?

– Понял. Как там насчет кормежки? Скороход ничего не намекнул?

– Нет, но за этим дело не станет, если что, я и сам намекну, тоже голодный, как волк.

Доехав до штаба, заглушили движки и, прихватив «стволы», двинули всей группой на КПП. Здесь нас уже ждал помощник дежурного с блестящей на груди бляхой. Козырнув, он предложил нам пройти за ним. Не вопрос. Пошли. Поднявшись по лестнице на второй этаж и пройдя по недлинному коридору, оказались в … офицерской столовой. Аллилуйя. Сбылась мечта Медведева. Нас решили накормить. За одним из столов, рассчитанном на восемь человек (столько стояло приборов, тарелок и стульев), нам предложили присесть и поужинать.

Следующие двадцать минут были заняты усвоением армейских деликатесов. Качество пищи меня сильно удивило. Все простое, но очень вкусно приготовленное. Если военные все так питаются, то жизнь у них сладкая. Только сомнительно мне что-то, думаю, это нас по приказу комдива разносолами попотчевали. Ели быстро. Заставлять ждать командование был никак не с руки. Встав из-за стола, я повернулся к Федорычу и тихо спросил у него, будет ли он брать с собой второго бойца, он подтверждающее кивнул и добавил.

– Глеб, Николай мой начштаба, по сути. Так что он мне нужен на переговорах.

– Ясно. Я пойду один.

И, повернувшись к Медведеву, сказал.

– Олег, время есть, осмотрись тут, как договаривались.

– Лады, возьми диктофон, сейчас его включу, потом на досуге послушаю, что наши доблестные защитники наговорят.

И он протянул мне миниатюрный аппарат.

Я, положив аппарат в карман, пошел вслед за удаляющимися помдежем и командирами беженцев.

В уже знакомом кабинете комдива нас уже поджидали полковник Скороходов и два офицера, у обоих по две звезды на погонах – подполковники, возможно, его начштаба и… недавний мой знакомый – товарищ Крушинин, наш псевдоинкассатор и спаситель золотого запаса. Лихо он продвинулся. Молодец. С другой стороны, а почему бы и нет? Во-первых, у него своя группа и не просто бойцы, серьезные спецы. Во-вторых, он сам успел за годы работы в банке наверняка многому научиться, что в ситуации катастрофы оказалось крайне востребованным у военных, живших в иной, чисто армейской, логике.

Подведем итоги. Из троих – двое чем-то связаны с ОСБ положительным. Так что можно надеяться на, как минимум, благожелательный стиль беседы и разумные требования.

Товарищи офицеры поднялись и тепло поприветствовали гостей из солнечной Сибири (что-то меня на юмор потянуло, нервничаю наверно) и представились, мы в ответ тоже назвали свои ФИО. Расселись.

– Чаю?

– Спасибо, мы только что поели, к слову, очень вкусно, большое спасибо, а то мы сегодня и не обедали толком еще.

– Как скажете. Тогда начнем разговор. Предлагаю сначала обсудить вопросы по помощи беженцам. Вячеслав Федорович, какие мысли по этому вопросу?

Федорыч несмотря на свои немалые лета заметно волнуясь, чуть наклонился вперед, и начал.

– На сегодняшний день общее число беженцев, находящихся в трех лагерях в чернолученской зоне отдыха– – три тысячи семьсот двадцать три человека. Из них пятьсот семьдесят один ребенок в возрасте до тринадцати лет. Еще порядка тысячи подростков до семнадцати лет, точнее (он посмотрел в блокнот) тысяча три человека. Стариков почти нет. Остальные взрослые люди – почти поровну мужчин и женщин. Большинство мужиков служило в армии или технически подготовлены, кадры серьезные. Есть и врачи, и педагоги, и инженеры, и рабочие разных специальностей. Мы организовали дежурства, обеспечились продовольствием, техникой, кое-каким оружием, связью. Но и оружия, и боеприпасов катастрофически не хватает, нет тяжелого оружия, бронетехники нет совсем, никакой.