Чтение онлайн

– Очень интересно. Как вы смогли собрать столько людей? Да еще и обеспечить всех продовольствием? Какие потери у вас от зомби?

Вопросы задал начштаба, Алексей Борисович. Он с большим вниманием слушал рассказ и уже пару раз пытался вставить вопрос, в итоге, дождавшись первой паузы в речи Федорыча, обрушил их на командира беженцев. Хотя, лучше я их для себя «летчиками» буду звать, а что, аэродром они захватили? Захватили. Самолеты будут? Наверняка. Вот и будут летчиками.

– Люди собрались сами. Вот Глеб здорово помог, вокруг него все и образовалось. Когда столкнулись с мутантом, рванули обратно из города в лагеря, там бардак был, мы вместе приехали, считай, двадцать мужиков, все с оружием, злые, мертвяков второй-третий день отстреливающие, мы на все это безобразие смотреть не стали. Собрались, договорились, еще народу подтянули и взяли власть в свои руки. Наладили дежурства и по периметру, и по кухне, и по сбору продовольствия, и т.д. Людей практически не теряли. Места далекие от города, заборы хорошие. А в населенных пунктах передвигались только большими группами на машинах с оружием. Продуктами сумели своевременно обеспечиться в нескольких супермаркетах и базах продуктовых. Еще сумели одну минипекарню вывезти и много муки хлебопекарной собрать. Сейчас запасов на полгода примерно.

– Конфликтов много? Народ не бунтует? К дисциплине то наверняка мало приучены?

Вопрос задал сам комдив. Тема явно его интересовала и он очень внимательно выслушал ответ Крюкова. А тот ответил коротко и по существу.

– Поначалу были.

– Поначалу, а сейчас?

Желание услышать ответ у полковника росло просто на глазах.

– Сейчас практически нет.

На лице Скороходова отразилось легкое недоверие. Крюков, заметив это, сразу же отреагировал.

– Вроде бы должно быть много драк, пьянства и прочего, мир сошел с ума и люди вместе с ним. Но все не так. Во-первых, алкоголь жестко ограничен. Во-вторых, люди уцелели и хотят жить дальше, они понимают, что получили уникальный шанс для себя и своих семей. В-третьих, я по опыту знаю, что главное для людей, обеспечить их занятием, делом. И побольше, но без перебора. Самых активных я собрал в боевые отряды, там дисциплина серьезная, тренировки, патрулирование, выходы в город за припасами, почти мародерка, но если хозяин у товара есть, мы либо меняемся с ним, либо не трогаем вовсе. Остальные беженцы заняты на различных работах и нарядах. Дел хватает всем.

Крюков посмотрел зачем-то на свои руки и продолжил.

– Обязательно обучаем разным темам, и в лесу ориентироваться, костры разжигать, и первую помощь оказывать, и оружие изучают, и … да много чего. Водить всех, для начала в теории, учить начали, точнее, основам техобслуживания, а также вскрытия машин и запуску без ключа, а что делать, машин вокруг много, хозяев нет, не бросать же ценную технику.

Мне показалось, что полковник долю секунды колебался, как ему реагировать на столь явное признание в мародерстве, но потом принял внутреннее решение и согласно кивнул, даже более того, сделал знак почему-то Крушинину, судя по всему, означающий взять опыт на заметку. Крюков, также как и я, заметивший молчаливое одобрение своих слов, приободрился (уверен, он внутренне переживал, рассказывая об этом, но для него было важно, как отнесется к действиям беженцев власть) и продолжил.

– Важно то, что люди не только работают, учатся, еще и общаются вечерами, и у нас народ семьями живет, тут не до дебошей и человеку легче на душе. Тем, которые одиночки, тяжелее всех. Но мы им замыкаться в себе не даем. Я всех беженцев не только на работы распределил, но еще и по группам разбил, в каждой группе свой выборный лидер. Все по Макаренко. Я еще в юности его «Педагогическую поэму» чуть ли не наизусть выучил, в жизни эти знания меня не раз выручали, вот и теперь сгодились. А на работах свои лидеры, так что людям легче сорганизоваться. Нам повезло, среди спасенных оказалось несколько философов из университетов омских. Они у нас и еще несколько самых мудрых и уважаемых людей составляют совет старейшин. Власти у них нет, но как советники они не заменимы.

Я был приятно удивлен спокойной, как бы сама собой разумеющейся, реакции товарищей штаб-офицеров

– А самых шустрых и молодых, вот, к Шмелеву в санитары отослал, чтобы воду не мутили избытком энергии. И народ не баламутили. Пожалуй, стоит еще отметить, что все беженцы размещены в спальных корпусах лагерей и домов отдыха, так что условия жизни у них довольно приличные.

– Очень интересно. Да, в армии все несколько иначе. У нас тоже очень много беженцев собралось, часть мы сумели перебросить в область, по селам и райцентрам, часть влили в ряды дивизии, но почти семь тысяч человек временно размещаются в лагере и в зданиях школы, детсада, казармах. Всех привлекаем к работам, но много недовольных, к сожалению. Так что ваш опыт нам важен, когда закончим переговоры, я вас прошу встретиться с комендантом лагеря, он отвечает за беженцев.

– Конечно. Никаких проблем. Все расскажу, хотя, что за несколько дней можно успеть сделать? Больше все в планах.

– Замечательно. Тогда продолжим. Сколько у вас сейчас бойцов? И чем конкретно мы можем вам помочь?

– Дело в том, что сегодня мы заняли новую базу. Куда планируем постепенно перевести большую часть людей. Сосватал нам ее, как раз Глеб. Это аэродром совместного базирования. По Русско-Полянскому тракту. Самолетов и вертолетов там нет совсем. Только не рабочие. Но зато много тех служб, здания, локатор, мастерские, мощная радиостанция, приводы, сама ВПП, по словам спецов, есть шанс пару машин собрать. И самое главное – склады ГСМ. Эта база может стать реальной основой для развития нашей общины. Но территорию необходимо защищать, а у меня два десятка автоматов, и то большую часть Шмелев с его санитарами подкинул, и гладкоствол. А нужны пулеметы, гранатометы, автоматы, снайперские винтовки и боеприпасы. Со своей стороны готов предложить любые разумные условия оплаты или иной компенсации, просто так мы оружие не просим.

– Это логично, но все же я смогу выделить вам часть вооружений без условий и оплаты. Об остальном договоримся. Безусловно, дивизия заинтересована в союзниках. Я так понимаю, что и новая база ОСБ там где-то поблизости?

– Да. Все правильно, километров сорок всего. Мы начали устанавливать контакт с населением и руководством ближайших поселений, так что вскоре сформируем настоящую зону безопасности в Таврическом районе. Правда ситуация в самом райцентре пока совершенно неизвестна.

Я решил чуток поучаствовать в диалоге, не люблю долго молчать. Хехе. Общая линия беседы мне очень нравилась. Изучая лица переговорщиков, отметил для себя их высокую заинтересованность и готовность договариваться. Теперь главное – не напороться на скрытый конфликт и не сказать чего-то лишнего. Тогда все будет отлично.

– Что ж, ситуация проясняется. Так вы еще и добровольцев Шмелеву поставляете? И сколько же людей вы ему дали? Если не секрет.

Федорыч коротко глянул на меня, предлагая самому ответить на вопрос. Нет проблем.

– В целом, именно лагерь беженцев на данный момент и является основных поставщиком бойцов в ОСБ. Всего они прислали шестнадцать человек. А всего в ОСБ двадцать восемь бойцов плюс шесть человек техперсонала, еще моя семья, семьи других участников бригады. Так что значение кадров предоставленных Вячеславом Федоровичем очень велико. Но мы активно продолжаем поиск добровольцев.

Скороходов выглядел даже несколько удивленным. Мне показалось, он не ожидал столь стремительного роста численности отряда, если бы я рассказал еще и о технике, включая броню и про оружие, то удивления было бы куда больше. Но лучше пока помолчим, на сей счет.

– Все же, сколько у вас сейчас бойцов?

Уточнил вновь вступивший в разговор Алексей Борисович, начштаба дивизии, обращаясь к Крюкову.

– Сто двадцать человек. Именно стрелков. И еще автовзвод, там механики и водители – тридцать два человека.

С гордостью сказал Вячеслав Федорович.

– Серьезно. Да с такими силами и авиабазу можно удержать… при наличии вооружений.

– Об этом и речь. Бойцы есть, оружия нет. Мне требуется и пара сотен стволов стрелкового оружия, десяток ручных пулеметов, несколько ПК и гранатометы. Если есть возможность, то и крупнокалиберное оружие очень бы не помешало. «Утесов» пару или ЗУшек. Тем более, что боеприпасов 23 миллиметровых на складах авиабазы нашлось не мало. Большую часть Шмелев с командой вывез, но и нам часть оставил.

– Кхе-кхе, кто успел, того и ложка, – парировал я.

– О том и речь, но раз БК есть, то оружие было бы очень в тему.

И Федорыч выжидательно посмотрел на комдива.

– Хорошо, это мы еще обсудим, а пока о том, что мы готовы выделить для начала. Сразу хочу озвучить – броню мы никому не отдаем. Если будет необходимость и целесообразность, то бронегруппу мы выделим для прикрытия поселка, но она будет в штате и подчинении своего полка в штате дивизии. По стрелковому оружию. Получите сто автоматов АК-74 с нескладным прикладом и полсотни СКС для прицельной стрельбы. Могу выделить пару десятков мосинских карабинов 44 года или полноразмерных винтовок, оптику если захотите сами на них найдете. РПК под 7,62 – штук пять. ПК – не дам, зато, если хотите, выделю штук пять «дегтярёвых». А вам, Глеб, пара «дегтярёвых» не пригодится? С вашей революционной риторикой очень хорошо сочетается, красноармейское оружие.