Чтение онлайн

На аукционе мне совсем нехорошо. У меня уже совсем не остаётся ресурсов на дежурные улыбки, знакомства, терплю только ради мамы Влада. Она одна из учредителей фонда, который проводит сбор средств. Меня не трогает ни атмосфера, ни красота знаменитого особняка. Мне абсолютно индифферентно всё вокруг. Я сижу за столом и пью воду, у меня такая жажда, как будто я месяц не пила. Влад же поддерживает маму и постоянно с кем-то общается. Когда нахожу его выдающуюся фигуру среди остальных, постоянно отмечаю, как на него реагируют женщины, причём всех возрастов. Я понимаю, что у нас просто уговор и моя ревность неуместна, но все же считают нас парой, тогда почему так и норовят его коснуться?

— Устала, моя хорошая? — нежно говорит Влад, облокачиваясь на мой стул.

— Да. Хочу домой.

— Поехали. Я в принципе всё. Только я голодный. Поешь со мной?

— А тут не хочешь? — показываю на стол с обилием закусок и блюд.

— Нет. Хочу с тобой. Вдвоём. И я хочу бургер из «Воронежа».

— Поехали, — сразу оживляюсь и встаю.

Мы даже ни с кем не прощаемся, сразу убегаем и ныряем к ожидающему нас Борису. У меня от высокого хвоста так гудит голова, что я прошу Влада распустить его. Он такой тугой, что сама не могу. И он второй раз за вечер дарит мне небывалое наслаждение. Даже не знаю, что было лучше…

Буквально через несколько минут Борис высаживает нас у ресторана «Воронеж» рядом с Храмом Христа Спасителя.

Мы не поднимаемся в ресторан, а идём в бургерную на первом этаже. Тут более чем демократично, но вкусно. Брат тоже любит здесь поесть.

Я не голодна и вообще еле держусь на ногах. Сижу и покорно жду, когда Котя расправится со своим огромным заказом. Он так увлечён едой и телефоном, что даже не смотрит на меня. От скуки тырю у него картошку фри. Он даже не замечает, так как постоянно переписывается с кем-то.

— Я могла бы и домой поехать тогда, — раздражённо шиплю. Я уже закипаю от этого безразличия.

Влад встаёт, помогает накинуть мне пальто, берёт меня за руку и ведёт к выходу.

— Зай, прости, я согласовываю самолёт на пятницу. Подожди чуть-чуть.

Обращается к Борису, ожидающему нас снаружи, и говорит, что он дойдёт до квартиры пешком. А меня просит отвезти домой. Чувствую какую-то беспомощность и разочарование.

— Ты опять улетаешь?

— Не я, а мы. Забыла? Мы летим в Норильск. На большом джете, — загадочно улыбается, — притягивает к себе и целует также жадно, как и в театре, совершенно не стесняясь Бориса.

Сегодня у нас опять встреча с Владом в шесть утра. Проснулась в пять, чтобы всё перепроверить. Вчера он был занят весь день, и я только получала строгие указания, что взять с собой. Список меня удивил: «вечернее платье, термобельё и ботинки для хайкинга». Мы летим на юбилей к алюминиевому магнату Пантелееву. Он близкий друг Ананьевских, поэтому приглашены все.

Борис забирает у меня чемодан, сажает в машину. Влад в моём любимом сером костюме. Он какой-то очень уютный и одновременно мужественный в спортивных штанах и худи. Разговаривает по телефону и показывает мне рукой что-то вроде: «Извини, занят». Киваю, что всё ок, и проверяю в телеграме посты для отложенной выкладки. Пытаюсь сосредоточиться, но не могу, и тут до меня доходит, что Влад говорит на арабском. Поворачиваю голову, ловлю его взгляд и изображаю, что я в шоке. Он игриво подмигивает.

В голове сразу рождается образ прекрасной принцессы Жасмин, ещё одной репетиторши-соблазнительницы. А он, очевидно, любит экзотику, то китаянка, теперь арабка. Работать больше не могу, сильное чувство неполноценности накрывает, как никогда за всё наше время знакомства. Включаю подкаст, который давно хотела послушать, и изо всех сил стараюсь отвлечься.

Мы уже заехали во Внуково, прошли проверку, а он всё разговаривает, активно что-то рассказывает и смеётся там с кем-то… Чувствую себя какой-то неприкаянной, даже не смотрит.

Разъединяет телефон только, когда мы уже подходим к трапу.

— Привет, важный звонок был.

— Я заметила.

— Это мой друг, внук султана Омана, мы учились в начальной школе в Англии. Арабы сейчас повсеместно бойкотируют колу, а пьют они её нереально много. Договорился о поставках, — рассказывает с горящими глазами, пока мы поднимаемся.

Мне становится стыдно, ведь думала, что он с девушкой общается. Только хочу его похвалить и как-то подбодрить, как замечаю стюардессу, встречающую нас.

Она необыкновенной красоты и с азиатскими чертами. Ангельская красота с чертинкой во взгляде и улыбке. И смотрит на него, как на самый долгожданный новогодний подарок.

— Владислав Константинович, — томно здоровается и манко улыбается.

— Катя, — произносит её имя так, как моё никогда не произносил, — привет!

Ну, понятно. Спят. Мои догадки с экзотичными девушками подтвердились. Это его типаж. В голове на репите звучит его «Катя». Я уже не обращаю внимание на то, как он самодовольно показывает мне самолёт.

— А где твои родители? — спрашиваю отрешённо.

— А они завтра только прилететь смогут. Котя с заей вдвоём, — произносит с улыбкой.

Занимаю отдельно стоящее кресло и включаю обратно свой подкаст.

— Ты не сядешь со мной?

— Нет, — твёрдо отвечаю.

Настроение просто в ноль. Не могу справиться с эмоциями, бесит, что они вообще зародились. А эта Катя так и снуёт туда-сюда. Конечно, в такой-то юбке… А он прям блещет остроумием. Шутка за шуткой. Я понимаю, что мы не пара, но все вокруг так думают. Или она осведомлена лучше?

Когда мы набираем высоту, Влад подходит, отстёгивает меня и тянет на себя.

— Зай, пойдём, нам завтрак подали. Поешь, и станет лучше, — пытается проявить заботу.

— А мне плохо?

— Ань, ну что с тобой? Не хотела лететь, надо было сказать.

— О, ты уже за меня решаешь, что я хочу или не хочу? — обостряю, но чувствую облегчение.

— Влад. Владислав Константинович, протеиновый коктейль, как предпочитаете, — стюардесса призывно наклоняется и ставит стакан на сервированный стол.

— А ещё что предпочитает? — выпаливаю ей, уже не сдерживаясь.

— Так. Пошли, — тащит меня в конец салона.

Открывает дверь, грубо заталкивает меня в другое помещение, запирает дверь и облокачивается на неё. Ему явно тут низко, и приходится пригинаться.

— Что за выступление, Аня? — строго спрашивает.

— Ну, до показательной программы Катеньки мне далеко, — язвлю дальше.

Влад отталкивается и подходит ко мне.

— Женщина, ты что, ревнуешь? — спрашивает уже мягче.