Чтение онлайн

«Мы изучили все детали сделки и нас все устраивает. Я готов подписать его прямо сейчас».

Харуто очень понравилось это его выражение «мы» и «нас» вместо привычных «я» и «меня». Теперь перед ним действительно семья – они решают всё вместе.

Он поставил свои подписи и пододвинул бумаги к Андрею. Андрей также заверил документы своей длинной и красивой подписью, стараясь выводить её как можно четче и разборчивее. Даже в ЗАГСе он так не старался. Хиро аккуратно проставил везде печати и протянул Андрею его комплект документов. В душе у Андрея росло ликование.

Он ещё раз пробежал глазами по плотным листам бумаги, осознавая – всё получилось, это победа. В сердце разливалось теплое чувство, поплыли образы счастливых родителей, у которых появилась возможность сохранить жизнь своему ребенку. Столько лет напряженной борьбы и вот заветная папка в его руке.

Он посмотрел на Настю и подумал:

«Без тебя, моя милая, этого бы не произошло. Тебя мне послали с небес, мой ангел-хранитель».

Настя улыбалась своей доброй улыбкой, глядя на него, она была счастлива, видеть его успех, быть причастной к нему, похоже, она радовалась даже больше, чем он сам.

Компаньоны закрепили сделку рукопожатием, и Харуто заметив их взгляды, друг на друга, спросил:

«Интересно, а как вы познакомились?»

Андрей будто только что осознавший это, ответил:

«Знаешь, а ведь совершенно случайно – я просто сбил её на велосипеде, не заметил. А потом, когда заметил, уже больше не мог отвести от неё глаз» и с любовью посмотрел на Настю.

Харуто, прищурился, словно что-то отмечая про себя.

Анастасии было немного некомфортно находиться, под взглядом этого мудрого старика, создавалось ощущение, что он видит людей насквозь или читает их мысли. Она постаралась не думать об этом и тоже улыбнулась Андрею в ответ. Харуто, глядя на них – умилялся и добавил:

«Вы двое мне очень нравитесь. Из вас получится крепкая и счастливая семья. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Я состою в браке уже 34 года с одной и той же женщиной и до сих пор не перестаю открывать её для себя.

Я бы пригласил вас на ужин и познакомил с ней, но что-то так устал сегодня, что, пожалуй, пойду спать. Вы можете заказать себе любые блюда из моего ресторана, сегодня весь мой жилой этаж в вашем распоряжении. Я не прощаюсь, завтра ещё увидимся на финальном банкете. Сын проводит вас до ваших апартаментов».

Хиро вел гостей по огромному личному пространству семейства Сато, сорок шестой этаж был впечатляющим, слева от лифта находился вход в запретную жилую зону, там дежурила круглосуточная охрана и стоял турникет с металлоискателем, будто это был вход в аэропорт.

Справа от лифта находилась стеклянная дверь, скрывающая за собой длинный коридор с комнатами для гостей. Сегодня семья Якуниных была единственными инвесторами, удостоенными чести посетить эту гостевую зону, они вдвоем с Настей занимали пол этажа небоскреба, им выделили одну из спален, остальные комнаты пустовали. Хиро отдал ключ-карту от кодового замка спальни, пояснил Андрею как заказать ужин и удалился, оставляя их наедине.

Зайдя внутрь комнаты, оба гостя были настолько поражены атмосферой, что даже не прикрыли за собой дверь. Это не было похоже на номер в отеле.

Сделав несколько шагов вперед, сразу же захотелось разуться, пол был такой теплый и мягкий, он был застелен татами*. Комната была просторной и светлой, разделённой деревянной перегородкой из рисовой бумаги, седзи*, отделявшая санузел от спального места, эта деталь делала пространство уютнее создавая нотку интимности, ощущение, будто они попали в японское кино.

Огромная кровать в центре спальни, стояла почти на полу, на невысокой подставке, как будто парила в воздухе. Несколько светильников в виде фонарей, расставленных по углам комнаты, расстилали мягкий и тёплый свет, который не бил в глаза, он расслаблял и располагал к медитации. У окна стояло небольшое дерево бонсай*, а на стенах висели картины с иероглифами аккуратно выведенными на фоне кристально чистого озера и гор. У кровати стоял низкий столик с чайным набором из фарфора. Все здесь являлось олицетворением японской культуры.

На следующее утро неугомонный Хиро спешил к отцу сообщить: глубокой ночью, судя по данным ключ-карты, гости покидали свою спальню. А точнее, уходил только один Андрей, и вернулся лишь через два часа.

«И что я должен делать с этой информацией?» – поинтересовался господин Харуто.

«Они наши гости, а не пленники. Могут ходить куда хотят, и когда хотят. Ты опять за старое взялся? Оставь уже Андрея в покое и сгинь с глаз моих». Но сын не ушел.

«Ну что там у тебя еще?»

Хиро уже побаивался продолжать разговор, но видя, что отец пока только раздражен, а не зол, продолжил:

«А ещё в их спальне разбит светильник. Вдребезги».

«Ты с самого утра начинаешь злить меня. Мы с тобой вчера прекрасно видели, чем они занимались в спальне. Удивительно, что все остальное в комнате не разбито. Может, прекратишь придираться к гостям и займешься каким-нибудь полезным делом?» прошипел отец.

Хиро тут же поклонился и удалился, понимая, что заронить зерно сомнений не удастся. Однако старый японец ухмыльнулся и задумался.

Сегодняшний банкет для избранных гостей мистера Харуто должен был стать приятным вечером после напряжённых часов ожидания сделок. И так оно и было для большинства, но только не для Насти с Андреем. Как бы они ни старались держаться рядом и мило улыбаться, изображая счастливую супружескую пару, даже не настолько проницательные люди, как Харуто, замечали их отстраненность.

Они больше не стремились случайно касаться друг друга, взгляды встречались крайне редко, а в улыбках читалось напряжение и натянутость. Сегодня они были скорее вежливыми, чем счастливыми – это был резкий контраст со вчерашним днём. Не получалось у них сегодня играть идеальную пару. Конечно, магнат всё это считывал с их лиц и искренне расстроился.

Анастасия обращала на себя внимание окружающих, особенно мужчин. Она была одета в изящное вечернее платье графитового цвета, с открытой спиной на шнуровке. Нюдовая помада и легкий макияж делали ее лицо естественным и свежим, прекрасно скрывая следы ночных слёз. Андрей держался рядом с ней сдержанно; создавалось ощущение, что он был где-то очень далеко отсюда. Он выглядел задумчивым, его рассеянный взгляд блуждал по толпе, он даже не среагировал на мужчину, который подходил пригласить Анастасию на танец.